- Не обращайте на меня внимания, лейтенант, - сержант упорно буравила взглядом поверхность стола, но я всё же различил слабые признаки улыбки на её лице. - Давайте притворимся, что я мебель. - Что? Эй, минутку, - я подошёл к столу и тяжело обмяк на костылях, пытаясь не обращать внимания на боль в голенях. - Сержант, давайте без подробностей Вашей интимной жизни. Уильямс ловила смысл шутки где-то пять секунд, а затем разразилась грубоватым, чуть хриплым смехом. Я выдохнул, с облегчением отметив, что это был не самый неуклюжий способ убить неловкость, который я мог придумать сейчас. - Мужчина, назвавший женщину Уильямс бревном, обычно звонит потом из больницы и долго извиняется, - улыбка не сходила с лица Эшли. - Но Вас сегодня, похоже, уже и так потрепала рота обиженных дамочек. - Я не могу настолько дерьмово выглядеть, - возразил я. - Простите, - Уильямс потёрла кружку пальцем, в чём я углядел некоторую долю кокетства. И это снова напомнило мне непреложную истину о том, что женщина остаётся женщиной даже после того, как пристрелит двадцать ворка и сложит их трупы в кучку. Эта кучка в любом случае будет изящной. - Я отвлекла Вас, Вы кажется шли куда-то. - Да всё в порядке, - вспомнив о лазарете, я подавил настойчивое желание почесать волдырь на локте. - Сканирование всех астероидов в этой системе всё равно затянется ещё лет на тридцать, так что я не спешу. Я присел за стол и подвинул к себе свободную кружку, уж очень соблазнительно пахла лужа кофе, размазанная по полированной поверхности пальцем сержанта. - Сканирование всех астероидов? Всех? - Казалось, глаза Уильямс сейчас вылезут из орбит и вскарабкаются на лоб. - Зачем? - Не в моей компетенции обсуждать приказ капитана, - буркнул я. - Остаётся, впрочем, надежда, что нам не придётся обзывать каждый из них: я выдохся ещё на ступеньках. - Не поймите неправильно капитана, - к моему удивлению, заявила Уильямс, доверительно наклоняясь ближе ко мне. - Ей поручено такое дело. Это ведь огромная ответственность. Она стремится выжать из ситуации всё. - Пока что она выжимает всё из меня, - усмехнулся я, поздно спохватившись, что это прозвучало как-то двусмысленно. - Капитан спасла мне жизнь, - твёрдо произнесла сержант, откидываясь на спинку стула. - И всем колонистам Иден Прайма. А еще она спасла Тали, ту кварианку, которая дала нам информацию о Сарене. И доктор Мишель. И... - Кто все эти люди? - жалостливо выдавил я. - Капитан хороший человек, - зачем-то принялась убеждать меня Уильямс. - Она действительно волнуется об экипаже и о корабле. Правда, о некоторых... членах экипажа она волнуется чуть сильнее, чем надо бы, - я заметил знакомые расистские нотки в её голосе и усмехнулся: - Вам надо пригласить штурмана Прессли на свидание, сержант Уильямс. Эшли ничего не успела мне ответить, потому что в столовую вдруг вышел турианец, один из этих новых офицеров специального отряда фриков, сформированного капитаном. Я отчётливо увидел, как у него на лице дёрнулись эти штуки, мандибулы. Почему-то при виде этого зрелища по мне пробежала рота мурашек. - Простите, я, эм... искал... - турианец выглядел растерянным, хотя я плохо различал эмоции у тех инопланетян, которые напоминали жуков под микроскопом. - Неважно. Лейтенант, - он кивнул мне, а потом повернулся к Уильямс и по-птичьи склонил голову. - Сержант. У турианцев всё круто с субординацией. Я слышал поговорку, что турианец начинает маршировать ещё в утробе матери. Хотя, минутку, они же вроде откладывают яйца?.. Чёрт, как всё сложно. В любом случае, наш турианец чувствовал себя явно не в своей тарелке - либо из-за обилия людей на корабле, либо потому что привык к более строгой субординации. Интересно, а вдруг он тоже расист?.. Вот это будет веселуха... Эшли уже пробурила дыру в столе своим взглядом, нарочито не замечая турианца. - У нас хорошая команда, Гаррус? - невинно поинтересовался я, положив щеку на ладонь. - По турианским меркам?