правильно. - Нихрена не правильно! Перечить командиру и нарушать субординацию на корабле - это нихрена не правильно, - повысила голос Шепард, взмахнув пистолетом как мечом. Она держала его в руке с того момента, как я поймал её в столовой, ещё не успевшую снять скафандр, заляпанный кровью, машинным маслом, глиной и провонявший гарью. - Если бы я не нарушил субординацию, вы были бы - сюрприз! - мертвы. В глазах Шепард словно зажглись два багровых маяка, а по руке чуть заметно пробежал слабый разряд. Капитан была крайне слабым биотиком, я читал это в её досье. Аленко разбирался в этом лучше, он и нашепнул мне, ещё когда Андерсон руководил Нормандией, что биотических способностей Шепард хватает разве что на защитное поле, не больше. Но для меня, человека абсолютно бесполезного даже в обыкновенном бою, это всё равно выглядело страшновато. Не знаю, чем бы кончилось наше "нарушение субординации", если бы не грохот жестяной тарелки позади нас. Мы обернулись одновременно. Смущённый турианец переминался с ноги на ногу, пряча за спиной нашумевшую посуду. - Лейтенант, почему ты кричишь на своего командира?.. - А что, вы разве не кричите на своих командиров? - искренне поинтересовался я. Гаррус пропустил этот вопрос мимо ушей, кивнув - без понятия, понял ли я его правильно, но наверное это был такой турианский способ ухода от разговора. - Капитан, твой скафандр выглядит немного грязным. У меня есть свободное время, если тебе нужна помощь с... - Нет, спасибо, - обрубила Шепард, но похоже, что она не меньше моего была удивлена такому предложению от турианца. - Рожа в глине, в попе ветки - значит, я пришла с разведки. Капитан, не говоря больше ни слова, вошла в лифт и ударила пистолетом по кнопке, уезжая от нас на инженерную палубу. - Отлично поговорили, - из-за того, что я лыбился весь разговор, у меня заболела челюсть. Я вздохнул и проковылял к столу, шумно стуча костылями по металлическому полу; жутко пересохло в горле, да и таблетки как раз пора была пить. - Я плохо знаю обычаи людей, - оказывается, турианец всё это время смотрел на меня, а я и не заметил. - И я никогда не летал на кораблях Альянса. Но, наверное, в нас больше общего, чем я думал раньше. - У нас две руки, две ноги и весёлые, задорные глаза, - согласился я перед тем, как запить таблетки. Почему-то вспомнились хранители с Цитадели, из-за чего я чуть не подавился. - Иногда для того, чтобы заткнуть шипящего варрена, нужно залаять, - глубокомысленно изрёк турианец, вертя перед носом тарелку. Похоже, он ловил в ней своё отражение. - В СБЦ такие сцены, как я видел сейчас, происходили каждый день. Каждый. День. Я услышал странный мурлыкающий звук, когда он ухмыльнулся и чуть дёрнул своими мандибулами. - Начальник не всегда прав, но он всегда начальник, - согласился я. - Вот именно! - вдруг резко повернулся ко мне турианец, от чего я дёрнулся, чуть не упав со стула. У этого парня была особенность, к которой хрен привыкнешь с первого раза: он мог говорить тихим, завораживающим и мурлыкающим голосом, а потом резко повысить тон и внезапно обернуться, махнув рукой или сделав ещё что-нибудь угрожающее. - Ух, ладно, мне пора, - я тяжело поднялся, поудобнее перехватив костыли и заковылял к своему персональному проклятию - лестнице. Чтобы ещё раз я спустился по ней? Нет уж, увольте. Больше капитан не испытает удовольствия живого общения со своим пилотом, набегался. Только интерком. За своими мыслями, наполненными кровавыми брутальными сценами расчленения ступенек, я не заметил, как по-товарищески мне на плечо легла трёхпалая лапа. - Человеческие ноги очень неправильно устроены, - услышал я не слишком складную, но искренне сказанную шутку. - Мы, турианцы, просто обожаем лестницы. - Да уж, вам следовало учесть нашу кривую физиологию, - усмехнулся я и, не сопротивляясь, позволил ему отобрать один из костылей. - Лестница там, лестница здесь, лестница на мостике капитана... - Лестницы... - протянул турианец, довольный тем, что я принял его помощь по восхождению этого эвереста. А затем махнул моим костылем, мечтательно зажмурившись: - Лестницы повсюду! *** Земля была прекрасна. Я не так часто видел Землю раньше. И почти все мои воспоминания, связанные с ней, были подкреплены лишь видеороликами и картинками с экстранета. На одной из фотографий планета была особенно красива: синяя - такая синяя, что это даже резало глаза, а изображение было столь детальным, что отчетливо были видны очертания континентов, утопающие в солнечных лучах... Эта картинка была просто полнейшая туфта по сравнению с тем, какой была Земля сейчас передо мной. В сто раз более яркая, в сто раз более синяя... в сто раз более прекрасная. Я не поэт, я не умею красиво говорить и придавать своим словам изящество и вес. Я знаю только одно слово, которое подходило моим мыслям в этот момент. Идеальная. Гаррус, Кайдан и Шепард бегали по грунту, балдея от своих огромных шагов и старой, доброй перестрелки, которую им предоставил свихнувшийся виртуальный интеллект учебного комплекса Луны. Задание, в общем-то, пустяковое - это даже нельзя было назвать заданием. По-моему, я осознавал истинную причину, по которой адмирал Хаккет попросил нашего участия в этой авантюре. Ведь я-то понимал, что с вышедшим из-под контроля ВИ справится даже ребёнок.