существо: по-моему, это была Лиза, до того, как она... Я отмёл мысли о Лизе. Они были слишком грустными, а сейчас такой настрой служил на поражение. Лишь чувствовал, как щетина на моей небритой роже царапает щёку сержанта Эшли Уильямс, ощущал запах гари и морской соли, смешавшийся в её волосах, да смотрел куда-то на играющую воду и песок, не готовый поверить в то, что в прекрасной голубой лагуне сейчас стоит взвод солдат, за спиной которого тихо ждёт своего часа атомная бомба. Наконец, Эшли отошла назад и, посмотрев мне в глаза, произнесла тихо, но торжественно: - Уходит обратно на нас поредевшая рота. Что было - не важно, а важен лишь взорванный форт. Мне хочется верить, что грубая наша работа вам дарит возможность сегодня увидеть восход. Она улыбнулась и, не оборачиваясь, побежала обратно, где её ждал наш маленький, но очень гордый клан. *** - Адамс, Тали, как поживает бомба? - осведомился я, готовясь к взлёту. Уже давно растворились в тропических прибрежных чащах и "Тень", и "Аэгор", уже минуту раздавались громкие выстрелы и грохот взрывающихся в стане врага гранат. - Всё готово, - услышал я уверенный голос Тали по интеркому. - Но бомбу придётся ещё раз проверить на месте. - У нас полно времени, - проворчал я. - На базе у нас его не будет. И у тех, кто будет отвлекать врагов от нас, его будет ещё меньше. - Мы не меньше твоего переживаем за сержанта Уильямс и капитана Шепард, - отозвался главный инженер Адамс. - Но здесь как при перепое - расслабляться никак нельзя. С бомбой придётся повозиться в любом случае. - Ладно, всё зависит от того, насколько быстро вырубят зенитки, - я нервно смотрел на обновлённую статистику и в пятый раз перепроверил показания. Саларианцы держались, но их теснили, причём серьёзно. В какой-то момент я засомневался, что всё вообще получится, когда вдруг услышал несколько голосов в радиопереговорах: - Сержант Уильямс, отвлеките летунов! Дадим "Тени" немного времени, - протараторил Киррахе. - Не дайте летунам уйти на дозаправку. - Держите линию, зададите этим ублюдкам жару, - Эшли. - Стойте! - снова Киррахе. - Летуны нас больше не сдерживают. Похоже на то, что у гетов проблемы со связью. Секунд пять в эфире стояла тишина, пока я не услышал довольный голос Киррахе: - Это наверное "Тень" нам помогает. Ну да, саботировать вышку связи - это в духе Шепард. К тому же, в её отряде три непревзойденных техника и дешифратора: она сама, плюс Гаррус и Кайдан могли вывести из строя что угодно лёгким мановением руки. Мануальная терапия, мать её. Я довольно усмехнулся, поправляя кепку и поднимая Нормандию в воздух. - А буря мглою небо... тьфу, - я поймал себя на том, что у меня началось что-то вроде лёгкой истерики в предвкушении большого взрыва. - Держитесь, пойдем низко, шторм разошёлся. За окном уже вовсю разгулялся ветер, пригибая тяжёлые стволы пальм прямо к земле. Огромные волны залили наполовину лагуну, в которой до этого базировался лагерь саларианцев: похоже, мы вовремя начали штурм. Поднявшись повыше, я осмотрелся - не столько по приборам, сколько по обстановке за иллюминатором: белоснежная база Сарена была воистину огромна - похоже, мы разворошили главное гнездо этой крысы. Будет здорово, если удастся взорвать его вместе со всем комплексом, хотя это слишком просто для Нормандии. У нас всегда всё через одно место... зато весело. Саларианцы уже полностью прорвались к базе, отряд "Тень" давно проник внутрь здания, саботировав системы безопасности и взяв огонь внутри на себя. Я это понял по тому, как отряды Киррахе и Эшли воодушевлённо орали в эфире всевозможные кличи и одобрения в сторону саботажников. Ну и ещё по тому, что взрывов и безумной пальбы снаружи стало явно меньше: периметр перед комплексом был вычищен, взрывы следовали за Шепард как привязанные. Зенитки хищно скалились в небо: при мысли о том, какую дыру они могут проделать в Нормандии, меня передёрнуло. - Воу, - Гаррус нарушил тишину в канале "Тени". - Вы только подумайте, что эти пушки могут сделать с Нормандией... - Спасибо, адмирал Ясенхрен, - пробормотал я. Судя по комментарию турианца, они уже пробились к орудийной башне. Скоро, совсем скоро... я нежно погладил подлокотник кресла, словно мог таким образом успокоить рвущийся "с цепи" в бой фрегат. - Держать строй! - орал Киррахе в эфире. - Держать чёртов строй! Я занервничал: отряд "Тень" слишком долго возился внутри, а ведь самое отвратное в том, что ничего с этим не сделаешь. Я нащупал в одном из карманов штанов пузырёк с обезболивающими и пару завалявшихся капсул стимулятора. Потом мне будет ооочень плохо, но это будет потом. Я отправил горсть таблеток на язык, следом за тем резко почувствовав, как в голове будто стрельнул электрический разряд, оглушив меня. Жуткий свист в ушах, как во время перепадов давления, заставил меня застонать и скрючиться, склонившись к собственным ногам. На базу летел флагманский корабль Сарена - огромная эбонитовая хищная креветка, казавшаяся живой. Преодолев головную боль и дичайший свист в голове, я прохрипел: - Шепард... что вы там делаете?.. - Джокер. Что происходит? - Шепард была абсолютно спокойна, будто мы тут не бомбу собрались взрывать, а на пикник приехали и я ей сообщил, что мы вилки дома забыли. - На вас... на вас только что полетел флагман Сарена... дредноут, - я стиснул зубы, пытаясь усилием воли прогнать цветные круги, плясавшие перед глазами. - Это не флагман Сарена, - ответил Гаррус. - Корабль живой. - Мы сейчас отрубим зенитки, - перебила турианца Шепард. - Давай быстрее. Я почувствовал, как горячий пот заструился по моему телу. Ноги онемели к чёрту, в ушах словно ваты наложили, но я отчетливо различил спустя несколько минут радостный солдатский рёв в эфире: - "Тень" отключили ПВО! "Манновай"! "Джаэта"! Поднажали! Что-то "Аэгор" замолчал... Я похолодел ещё сильнее. "Аэгор" вела Эшли. Но некогда было разбираться: я рванул вперед, будто в Нормандию ударила молния; в первые секунды меня так вдавило в кресло, что я даже почувствовал половину своих ребёр. Зенитки больше не скалились на меня: я пролетел мимо них, заложив крутой вираж и выискивая площадку для посадки. Ага, вот эта подходит. Я нервно огляделся, но похоже, что этот дредноут не собирался нападать на меня. Подо мной простиралась практически идеальная посадочная плошадка, закрытая со всех сторон стенами: почти ровная, если не считать хлещущих из шлюзов речных потоков. Похоже, что шторм поднял уровень воды, но это меня волновало сейчас в последнюю очередь. Фрегат неуклюже накренился, когда я понял, что неизбежно зацеплю крылом стену огромного здания - слишком уж мало было места. Но я надеялся на худшее до того, как сообразил, куда садиться, поэтому лишь вздохнул и заложил крутой вираж. Неприятный толчок возвестил о том, что, складывая крыло, Нормандия-таки задела им по стене: по корпусу пробежал голубой всполох кинетического щита фрегата, среагировавший на урон. Нас немного потрясло, но я посадил Нормандию как раз в тот момент, когда услышал голос Киррахе в эфире: - А, нет, "Аэгор" работает за троих. Так держать, Уильямс, прижимайте их, пока мы отходим! *** Тали и Адамс вытаскивали тяжелую бомбу из Нормандии, когда я, не удержавшийся и спустившийся на инженерную палубу, чтобы проконтролировать процесс, увидел, как дальняя дверь в одной из башен открывается. На всякий случай я, прислонив один из костылей к стене, приготовил штурмовую винтовку: приземлившись, нам пришлось расчистить площадку от нескольких гетов и кроганов Сарена, поэтому мы были готовы ко второй волне. Стоя по колено в яростно бегущей сточной воде, всё прибывавшей из шлюзов, Тали нервно возилась с бомбой, попеременно оглядываясь. Дробовик кварианка держала на коленях: я уже видел десять минут назад, как она, не переставая одной рукой держать бомбу, отстрелила джаггернауту гетов башку. Крепкая девчонка - в этот момент я понял, почему Адамс от неё в таком диком восторге. Я почувствовал счастливое головокружение, когда из двери выбежали три знакомых силуэта: Гаррус отстреливался прямо на бегу, пока Шепард возилась с омнитулом, пытаясь, видимо, саботировать дверь. Кайдан бежал к нам, взрезая целые волны своим биотическим щитом, словно торпеда. Тали уступила место лейтенанту: одна голова хорошо, как говорится, а два сапога пара. Вдвоём они принялись колдовать над бомбой, пока Шепард и Гаррус, размазывая по лицам кровь и грязь, подходили к нам. - Так, - я быстрым шагом, радуясь, что принял убойную дозу обезболивающих, направился к лифту. - Мы в небо, подберём Киррахе и остальных. Держитесь здесь. - Нормально, - махнула рукой Шепард. - Давай. Ковыляя к креслу так быстро, как мог, я пытался связаться со всеми тремя оставшимися отрядами штурмовиков. - "Манновай", "Аэгор", "Джаэта"! Мы готовы подбирать вас, нам нужны координаты, - рычал я в омнитул, давно потеряв по дороге один из костылей и неуклюже семеня на оставшемся. - Повторяю: мне нужны координаты! - Киррахе на связи, - отозвался комадир саларианцев. - Мы будем на посадочной площадке у входа в комплекс через минуту. Максимум. - Дорога чиста? - я буквально с разбега рухнул в кресло, стискивая зубы от множества неприятных ощущений, которые пытался всеми силами игнорировать сейчас. - Никак нет. Много трупов, - Киррахе шумно вдохнул. - Трупов врагов. Будем там через минуту. Киррахе, отбой. Нормандия, цепляя за верхушки деревьев раскладывающимися на ходу крыльями, оставляла далеко под собой и бомбу, и Шепард,