- Коня тоже сзади оставляй. Друга чумазым тоже не пущу. Как закончите, подходи к бару, на месте разберемся. – Девушка кивнула, обрадовавшись возможности поспать в кровати. Она еще не понимала во сколько обойдется ей эта услуга, но всяк лучше чем грязной плескаться в речке с контуженым. Бри вышла из бара и кратко изложила Августину что к чему, после этогоон осмотрелся и нашел дверь ведущую во двор. Вечер был спасен.
Несколько дней Габрриела бегала по таверне и выполняла мелкие поручения, что бы расплатиться за ночлег. Общих денег критически не хватала, к том же Августин был очень слаб и целый день лежал в постели. Серьезных травм у него не было, обошлось даже без переломов. Но вот его белокурая голова получила свое. Синяки сходили несколько дней, попутно меняя цвета. От насыщенно фиолетовых до болезненно зеленых. Трактирщик вошел в положение ребят и даже купил для Августина мазь. Мало по малу жизнь стала налаживаться. Габрриела то и дело выходила в город и просила милостыню, что позволяло ей оплачивать похлебку и уносить ее домой. Августин осуждал это, считая попрошайничество безобразным. По итогу он написал ей пару стихов, которые она заучила и декламировала на площади. Эффект от этого был не большим, зато хоть какая-то польза. Когда основной отек спал, Августин начал выбираться вниз в зал и разговаривать с жителями о том о сем. В один вечер он познакомился с девушкой с чудесным голосом. В тот же вечер он раздобыл себе лютню и составил ей компанию. Людям понравилась их игра и трактирщик согласился дать Августину возможность выступать по вечерам.
На улице темнело, народ прибывал. Тут и там за столиками разносился раскатистый смех, все спешили к началу выступления. Августин стал настоящей звездой города, каждый вечер собирая полную таверну. Некогда пустой бар сейчас ломился от яств, а доски скрипели под тяжестью шагов. Прекрасный город . Голос Млады очаровывал буйных, а заводные проигрыши Августина отправляли всех в пляс. Серый город ожил и поддался беспочвенной радости. Просто потому что жить хорошо и жизнь хороша. Млада распелась к середине песни и выдала импровизацию, Августин тут же подхватил мотив и встал рядом с ней. После травмы он старался особо не скакать и чаще всего отсиживался сзади. Лишь иногда он подмигивал красоткам, но потом тут же стыдливо прятал свой взгляд в струнах лютни. Млада вскинула руки вверх и ее длинные волосы красиво взмыли в воздух. Зал замер. Каждый вожделел эту девушку, и это возбуждение летало в воздухе. Бывали вечера, когда Габриела буквально дышала им. Тут и там все говорили о ее точёной фигуре и обворожительном голосе. И если с первым Бри ещё могла поспорить, то второе было фактом. А то, что она работала с Августином, ни разу не улучшало ситуацию. Она не знала, что у них там происходит и не видела никаких сигналов за или против. Она и не догадывалась, что когда она протирает стойку или моет чашки, внимательным взглядом он сопровождает каждое ее движение. Что он меняет полевые цветы в вазе каждые 3 дня, потому что она так чувствует себя дома. И уж тем более она не знала, что частенько по вечерам он достирывает вещи или домывает полы после неё, лишь бы хозяин таверны не ругался. И как бы Млада не вкидывала свои руки, и как бы ее золотые как рожь волосы не летали, он уже выбрал своё чёрное золото. Почувствовав напоминающее возбуждение, Бри отошла в сторону к стенке и опёрлась на перила. Она не хотела оказаться в гуще событий, к тому же ее могли задеть. Поэтому она скромно стояла возле лестницы, прижимая тряпку для столов к своему рабочему фартуку. Млада притопнула ножкой и Августин пустил новый мотив. Группа играла что-то свежее и все восприняли это на ура. Кто-то начал хлопать и все это подхватили, воздух буквально наэлектризовался человеческой энергией. Августин на эмоциях вскочил со стула и его прошибло насквозь током. От такого сильно удара голова закружилась и он на секунду перестал играть, а потом будто заново вдохнул воздух полной грудью. Не прекращая играть он прошёлся мимо Млады в зал и осмотрелся. Затем тряхнул своей челкой и улыбнулся постоянной клиентке, та захихикала. Люди расступались перед ним, позволяя пройти. А Августин и шёл, не много пританцовывая, не много присвистывая. Затем он крикнул своему компаньону и кинул в него лютней, тот растерялся, но поймал инструмент. Августин кивнул ему в знак благодарности и понимания. Казалось, он был пьян от самого запаха в таверне. Все были как в тумане. Сказанной пелене этого вечера. Он подошёл к Бри и взял ее за руку, притянув к себе одним легким движением. Девушка узнала знакомые тёплые ладони и подалась вперёд. Мотив сменился на более спокойный, Августин закружил Бри. Толпа разошлась, предоставив им больше места. Бархатный голос Млады идеально встроился в давно написанный романс Августина. Трещотки четко отмеряли каждый бит попадая в шаги. Млада не много опешила, затем взяла барабан с бубенчиками и пустилась в пляс. Августин вслушался в импровизацию и приобнял Бри. Та сделала с ним оборот, потом кивнула и пустилась в пляс. Обладая потрясающим музыкальным слухом она с легкостью попадала в такт импровизации, а когда ее заносило Августин тут же подлетал и плавно уводил ее в зал. Чёрные как смоль волосы летали по залу, очерчивая причудливые круги. Натруженные руки, будто змеи, огибали невидимую арфу, играя на настроении окружающих. Прихватив юбку сбоку она, словно пожар, пронеслась мимо толпы. Августин прижал ее к себе, девушка ухмыльнулась и исчезла из объятий. Он кружил вокруг неё как охотник выслуживает жертву, не зная, что сам стал добычей. Мелодия набирала обороты и Бри уже было не остановить. Она закидывала голову, ее движения стали ещё более резкими и рубленными. Быстро перебитая ногами она уже почти перешла в чечетку, как неожиданно сзади объявился Августин и, положив ей руку, на плечо развернул девушку. Мелодия оборвалась. В гробовой тишине стояли два влюблённых, глядя друг на друга. Их сердце бешено колотилось от такой нагрузки. Августин положил руку на щеку девушки и они соприкоснулись лбами. Музыка снова заиграла, но в их мире повисла гробовая тишина. Казалось, что напряжение этой близости можно было потрогать руками. Бри задержала дыхание, пытаясь успокоить сердце, но это не помогало. Августин закрыл глаза и облизал губы.