— Готовься! — скомандовала принцесса, парировав очередную атаку. — …Сейчас! Отвлеки его на пару минут!
Появилось мгновение для удара. Мёртвые мышцы наполнились бессмертной силой, время замедлило ход, я рывком прыгнул на живот демона и рубанул Алхимиком по грубой коже. И… У меня достаточно времени, чтобы удивиться остроте оружия эбонитового уровня? Лезвие прошло в тело этого монстра, как нож в масло! И дело не в том, что это чрезвычайно хорошо — клинок вошёл в плоть по самую рукоятку! Конечно, такому гиганту хоть бы хны, но… Нет, всё таки клинок не застрял.
Подтянув себя вверх, я акробатическим номером подскочил выше, легко достав клинок из демона, и зацепился уже за солнечное сплетение, так же легко вонзив его в грудную клетку. Нащупал рычажок на рукоятке… Кажется, понял, какой механизм он запускает. Исполин отступил назад, пока Анна плела какой-то ярко сияющий магический круг, но не от большого урона, а от возмущения. Он пытался смахнуть меня со своей груди, но я, подобно назойливой мухе, был слишком быстрым до него, и уже скользил по его мускулистой бочине, оставляя клинком длинную ровную рану. Теперь уже демон оглушающе завыл, получив львиную дозу яда вдоль всего туловища, а теперь и наполовину лишившись кисти…Нет, полностью лишившись. Упав вниз, я вонзил Алхимика в бедро монстра и снова нажал на рычаг, выпуская из лезвия кислотно-зелёный яд Стайни, и спустился по всей ноге, прорезав все сухожилия, какие смог зацепить. Исполин упал на колено, схватившись за стены замка, раздался звук пошатнувшихся камней.
— …лять! — обрывок недовольной фразы Анны дошёл до моего слуха.
Я уже карабкался обратно по ещё целым стенам, надеясь, что демон не переключится на принцессу, потеряв меня из виду, но волноваться было уже не о чем.
Сверху вспыхнул благородный голубой цвет, затмив собой и небо, и город, и Исполина превратил в блеклое, тянущееся чернильным росчерком пятно. Судя по звуку, Анна стукнула скипетром по земле. Свет погас, а демон, уже явно мертвый, завалился на спину и огромной безжизненной тушей пикировал на крыши домов, расщепляясь на голубые частицы.
Я оказался рядом с принцессой именно в тот момент, когда великан рухнул вниз и раздавил собой целый квартал, если не больше, и теперь медленно распадался, повинуясь магии Мантруса.
Принцесса смотрела на демона, вытаращив глаза и медленно дыша. Она уже не хмурилась, опустив скипетр, и не моргая наблюдала за разрушениями, которые учинил в столице Зингер со своими нелепыми планами и запрещённой магией. Да уж… Ей всего четырнадцать, а она уже столкнулась с… Этим. А ведь ещё даже коронации не было.
— …Ваше Высочество? — я не сводил с принцессы глаз, почему-то думая, что она решит сброситься со стен замка, лишь бы не видеть всего этого.
— Быть монархом нелегко, да? — губы Анны вдруг сложились в хрупкую ухмылку. — Наверное, думаешь, что я напугана? Знаешь, авантюрист, я и до этого хаоса успела убедиться в том, что корона — непосильная ноша. До сегодняшнего дня от моего лица правил Совет, но он же и готовил меня к правлению со всей строгостью. И отец готовил. Пока его не отравили.
Анна поправила выбившуюся из причёски прядь за ухо. Принцесса выглядела измученной, но почему-то и воодушевленной. Но она отнюдь не светилась от счастья. Усмешка на её лице заставляла так думать, но убийственный взгляд и сжатые губы… Может, она и показалась бы кому-то спокойной сейчас, но я видел, что внутри неё бушует ненависть и гнев. Гнев за свой народ и город, который эоффийцы отстраивали веками. И который оказался почти разрушен меньше, чем за пару часов.
— Думаешь, и меня не пытались убить? Я насчитала двенадцать раз, как месяцев в году. А со смерти отца прошло… Один месяц и двадцать три дня. Один месяц и двадцать три дня, а на меня совершали покушений больше, чем на кого-либо из монархов за всю их жизнь. Скажи мне, ты понимаешь — зачем?
— Узурпировать трон? — в ответ Анна удивлённо хмыкнула.
— Узурпировать… Красивое слово для того, кто зарабатывает на жизнь наёмным трудом. Конечно, они хотели сместить нашу династию и захватить власть. И для чего? Чтобы правили такие, как этот ублюдок Зингер?
Вдалеке громыхнул взрыв. Чародеи Бюро пытались подорвать нового Исполина, появившегося почти сразу после изгнания первого, и больших успехов, видимо, не добились.
— Все эти месяц и двадцать три дня я думала, готова ли я. Пока отец был жив, я фантазировала, как взрослая буду сидеть на троне и командовать слугами, но даже представить не могла, что моё правление начнётся так скоро. — Анна окинула взглядом город, нахмурившись. — …Начнётся с этой ноты.
— Вы же не виноваты, что Зингер…
— Ещё как виновата… — девочка сжала кулаки, такие же дрожащие, как её голос. — Если бы я не тратила время на страдания о своей судьбе и тяжёлой ноше, которую взвалили на мои плечи, я бы заметила, что вокруг плетётся заговор. Стайни ведь предупредила… Сказала быть готовой к чему-то сегодня, но к чему именно ей разузнать не хватило… Ума, буду честной. Если бы я только не металась в сомнениях о том, достойна ли Хрустального яблока и примет ли меня трон, я бы…
— Ещё можно все исправить, Ваше Высочество. — не знаю, зачем, но я перебил её, положив руку на плечо. В следующую секунду уже пожалел, ведь взгляд Анны тут же стал прожигать мою ладонь насквозь. И чем думал, идиот…
— Если это дружеский жест… — принцесса угрюмо смотрела на мою руку, которую я почему-то до сих пор не убрал. Видимо, того хотела судьба? Или, как говорят в Эоффии, того хотел Мантрус.
Неожиданно Анна сделала шаг вперёд, воспрянув духом. Теперь — взаправду воспрянув, расправила плечи и нацелившись взглядом в огромного демона на горизонте.
— …Ледас, да? — она зловеще обернулась ко мне, скрыв нижнюю часть лица за плечом. — Напомни мне наградить тебя за верность, самопожертвование и прочие почётные вещи. Я могу просить тебя сопроводить меня ещё раз?
— В Храм Мантруса? — я тоже сделал шаг вперёд, не сводя глаз с Исполина. Анна, смотря со мной на одну цель, кивнула.
— В Храм Мантруса.
***
— Почему они такие жуткие?! — Энни швырялась в окруживших её зомби огненными шарами, вращаясь на месте.
Вместо робы Энни была обмотана бинтами, затянутыми вокруг груди и раненого плеча. Шляпы тоже не было, и девушка больше походила на огненного монаха с посохом, нежели на мага. Повязка на руке уже снова пропиталась кровью, от пятна которого исходила морозная испарина.
— Ещё бы они не были. — улыбался Алахар, с крыши прикрывавший ученицу стрелами солнечной магии. — Это ведь ожившие мертвецы, а такие вещи и должны пугать здорового человека, не находишь? Противоестественные, я имею ввиду. Интересно, какие эффекты эти создания принесут в стигмату?…
— Да можешь ты хоть раз не думать о своих сраных стигматах?! — Энни вдруг развернулась и запустила огненный шар в Алахара, который маг играючи отмахнул кистью, преградив себя секундным барьером.
Горожане, спрятавшиеся в парадной жилого дома, испуганно наблюдали сначала за сражением своих защитников с мертвецами, а теперь и за неожиданной перепалкой между ними самими.
— Я же ради науки! — Наигранно-обиженно посмеялся чародей, улыбаясь, но не прекратил осыпать полчища мертвяков магией.
— Зингер тоже устроил конец света «ради науки». — волшебница фыркнула, осуждающе покосившись на учителя исподлобья.
— Энни! — я приземлился с Анной на спине на крышу рядом с Алахаром. Хорошо, что Вервона в порядке… Даже сражаться может.
— Ледас. — поприветствовала она меня, вдруг сконфуженно замерев.
Полчище зомби вокруг заметно проредилось, и сама улица была похожа на огненное представление из самого Ка’Шао’Бая, в центре которого волшебница и стояла. Оставив Анну рядом со стигматологом, который весь напыжился, стоило ему заметить принцессу рядом с собой, но на этот раз сбегать не стал. А мне на секунду показалось, что даже в пылу всего происходящего Алахар на это способен. Спрыгнув к Вервоне, я достал кинжал и прижался к ней спиной.
— Чтобы ты знал… — в пол голоса начала она. — Я не обижаюсь.