— Где, это здесь? — Я, конечно, давно заметила, что все, что меня окружает, далеко не советского производства. Тот же холодильник был украшен надписью «Coopers», а все его содержимое было украшено надписями на английском, как впрочем, и все остальное находящееся не только в этой комнате, но и в ванной, и в спальне. В общем везде, куда только я не кидала взгляд. Но отнесла это скорее к тому, что хозяин этого дома, помешан на импортных вещах. В прошлом году, меня как-то пригласили на день рождения, к одной школьной подруге, отец которой работал, или как говорил он сам — служил, на мобилизационных складах танковой дивизии, расквартированной в нашем городке. Так вот у них в доме тоже было все импортное, и телевизор, и холодильник и все остальное, что можно было заметить. Здесь все это, разумеется, было возведено в ранг абсолюта, но мало ли чудиков на свете.
— Здесь это в Австралии. — Я даже вначале не поняла, что произнес этот парень, задумавшись о своем, и лишь когда он продолжил свою речь, до меня вдруг начали доходить его слова.
— Да, Австралии, точнее в ее южной части. Мы сейчас находимся примерно в сорока километрах от Мельбурна, на побережье залива Порт-Филипп. Но я вижу, ты мне не веришь. Пойдем, покажу.
Я еще находилась в некоторой прострации от его последних слов, как он взяв меня за руку, вывел на довольно высокое крыльцо дома, в котором мы находились, и я едва не задохнулась о восторга охватившего меня. Прямо передо мною, буквально в двадцати шагах от крыльца раскинулась огромная гладь воды. В мои легкие тут же ворвался запах моря, водорослей, рыбы, в общем всего того, что несет в себе морское побережье. Было немного странно, что ничего этого я не ощущала в доме, но этот вопрос разъяснился достаточно быстро. Парень просто объяснил, что в доме работает кондиционер. Все же морской воздух достаточно специфичен, а порой и отвратителен из-за доносящихся ароматов гниющих водорослей или рыбы выброшенной на берег, поэтому воздух кондиционируется, чтобы избавиться от лишних запахов.
— Но, как?
— Пусть это будет моим маленьким секретом. Ведь могут же быть у меня секреты?
Чайник, как раз закипел и мы сели завтракать.
— Лучше скажи, как у тебя с английским? — Неожиданно для меня, он перешел на иностранный язык. Конечно, я поняла, и даже ответила, но похоже это его совсем не впечатлило. Он ненадолго задумался, а после произнес.
— Есть два варианта развития дальнейших событий. Первый, я возвращаю тебя в Союз, но в этом случае, самое многое, что смогу предложить, так это минимальный набор документов. То есть свидетельство о рождении, об окончании 8 классов, ну и если понадобится медицинскую справку. В этом случае, ты сможешь поступить в какой-нибудь техникум или училище, и продолжить учебу там. Можно подобрать такой, где обеспечивают общежитием. То есть до его окончания у тебя будет жилье. Дальше, как получится, но скорее в общем порядке, то есть, возможно, годам к тридцати у тебя появится, что-то свое. Если конечно повезет.
— Меня там ищут. И все что ты говоришь, разумеется хорошо, но до первой проверки.
— За это можешь не волноваться. Документы, можно сделать на любое имя, как впрочем, и поправить твою биографию и внешность. Кто я, Художник, или погулять вышел?
— Что значит Художник?
— Это такой магический дар. Правда, официально я маг-огневик, но это неважно.
— Ты хочешь сказать что ты — одаренный? — Парень, услышав мои слова, расхохотался во все горло. Успокоившись, добавил.
— Одаренные это там, в Союзе. Понимаешь, советская наука, она такая правильная, материалистичная, что просто отрицает возможность существования магии, при этом пользуясь ею без зазрения совести. Поэтому тех, кого во всем мире считают магами, колдунами, ведьмами и просто волшебниками, в союзе называют — Одаренными. То есть они, как бы не признают существование магии, а магов, считают тихими сумасшедшими, способными с помощью неких манипуляций управлять подвластными им стихиями. Ты знаешь, что все одаренные находятся на спецучете в Психиатрических клиниках? Нет? Тем не менее, это так. Все объясняется довольно просто. Если у нормального среднего человека, не получается овладеть способностью управлять некоей энергией, следовательно тот у кого это получается не совсем нормален. Психом его разумеется не назовешь, а магия в советском государстве признана лженаукой. Следовательно, тот кто ее практикует — одаренный. А так как одаренных достаточно немного, и они в какой-то степени не нормальные, значит должны находиться на спецучете. А для психов, такой учет возможен только в Психиатрическом диспансере. Здесь все иначе. Если бы я был там, то тоже наверное назывался одаренным.