И вот на скамейку перед ним опустился высокий мужчина с резкой складкой между бровей, пронзительными глазами, широкими скулами и жестким подбородком.
— Три монеты. — Привычно предупредил Иржи. — Бумага, карандаш.
— Хорошо. — Отозвался тот звучным голосом и расстегнул неброскую куртку. Тяжелые кисти рук с оплетающими их венами положил на колени.
Художник рисовал, а мужчина молча позировал. Стоящие за спиной зрители привычно кивали головой, сравнивая рисунок с оригиналом. Фаркаш в пятнадцати шагах веселил народ прибаутками:
— Я и прямо, я и боком — мой кинжал летит с прискоком, попадает точно в щит! Эй, ну кто же там пищит! Ох, летают высоко, увернуться нелегко!
— Ты где учишься? — Внезапно спросил художника мужчина. — У тебя сильный дар.
— Не учусь. Пока нет денег. — Спокойно ответил Иржи. — У меня друг тоже с даром. Вот, пытаемся заработать, кто чем умеет.
— Возможно, на первое полугодие заработаете.
— Тоже неплохо. Мы будем стараться.
— А куда хотели поступать?
— Туда, где учат и светлых и темных.
— Значит, твой веселый друг — светлый?
— Да.
— Но такая Академия только одна — в долине Клана Саламандр.
— Когда накопим, отправимся именно туда. Спасибо за информацию. — Говорил, не отрываясь от рисования, Иржи. — Вот, Ваш портрет готов.
Художник снял лист и подал заказчику. Тот ссыпал монеты в ладонь парнишки и, вглядевшись в изображение, замер. А потом поднял на Иржи странный взгляд.
— А скажи-ка, парень, почему ты так нарисовал?
— Как? — Недоуменно спросил паренек, закрепляя следующий лист бумаги.
— Ты это что, видишь? — Мужчина ткнул пальцем в рисунок.
— Вероятно. — Пожал художник плечами. — Да что Вам не понравилось?
Люди, окружавшие мужчину, заглянули в портрет, зажатый в руке. Один из них даже присвистнул.
— Дайте-ка, я еще раз посмотрю! — Попросил Иржи свое творение, которое рисовал полуосознанно, уловив суть.
На рисунке был изображен этот же мужчина, но не одним лицом, как в большинстве работ, а в полный рост. Короткие волосы неожиданно стали длинными. Яркий взгляд пронзал насквозь. А за плечами у него в полураскрытом состоянии находились большие крылья, похожие на сгустки оформившегося тумана или мерцающего марева над нагретым песком.
— Перерисовать? — Поинтересовался Иржи.
— Не стоит. Но, когда придешь в Академию поступать, спроси Герина Эрайена. Тебя как зовут?
— Иржи.
— Но ты — не человек и не эльф. Тем более, не гном. Ты… — Эрайен прищурился, пытаясь разглядеть спрятанную ауру.
— Может, не при всех?
— Хорошо. — Мужчина вложил лист в планшет, висевший сбоку на ремне. — Но я тебя запомнил.
— Спасибо. — Поклонился Иржи.
Когда мужчина ушел, а его место заняла очередная хорошенькая барышня, к нему подошел Фаркаш, крутящий в руке кинжал.
— Чего хотел дядька?
— Не знаю, Йожеф. Просил найти его, когда придем поступать в Академию.
— А может, нас возьмут бесплатно и без рекомендаций? — Загорелись глаза у Фаркаша. — Может, мы такие крутые, что нас сразу на пятый курс?
— Йожеф, ты писать почти не умеешь, да и читать тоже. Про латынь я вообще молчу! Иди, выступай, фокусник! И вообще, может нас пособием для начинающих магов работать позвали.
И Иржи начал рисовать портрет девушки.
Когда бумага закончилась, художник поблагодарил публику и, сложив этюдник, подошел к Фаркашу, жонглирующему кинжалами. Подождав, когда тот закончит номер, Иржи взял шкатулку с монетками и пошел по кругу. Несколько серебрушек звонко плюхнулась внутрь.
— А еще представлять будете? — Спросил скрипучий голос одной из молодящихся старушек. — Когда подойти-то?
— Через один оборот, госпожа! — Поклонился Иржи. И, когда публика разошлась, они уселись в сдвоенном тенечке хвойников на берегу и разложили булочки с сыром и творогом, завернутые им госпожой Ингрой. И тут к ним с двух сторон подсели трое молодых людей.
— Зарабатываем? — Поинтересовался один из них.
— А за аренду места по тарифу не платим. — Покивал головой другой.
— Делиться не хочут. — Наябедничал третий. — Жадные.
— За откатом в пользу местной теневой гильдии? — Спросил у Иржи Фаркаш, игнорируя парней.