«Я верю в тебя, сынок!» — прошелестел отлетающим ветерком ему на ухо такой родной хрипловатый голос.
И с этого дня Риалон совершенно перестал пить и гулять, начал заниматься делами Клана, подробно обо всем выспрашивая у Кейрина, и полюбил теплыми вечерами сидеть на огромной веранде с сыновьями, рассказывая всякие истории о своих странствиях, опуская, впрочем, некоторые подробности, не предназначенные для детских ушей. Но хорошие отношения с Рысью были потеряны навсегда. Еще пару лет она терпела, практически не показываясь мужу на глаза, а потом подошла и попросила: «Отпусти меня, Риалон. Мы не любим и не уважаем друг друга.»
«Но как же обряд? Ведь мы перед Богами связаны навсегда!»
«Тебя обманули. Этот брак не был благословлен свыше. Изначальное пламя не соединяло наших рук. И эти дети рождены вне брака.»
Риалон задумался. Кого же тогда хотел обмануть отец? Теперь получается, что ни один из его сыновей не сможет наследовать титул Главы после него! Зато у Кейрина растут двое великолепных и умных ребят…
Отпустив Рысь обратно в ее Клан, он долго решал, что можно сделать. Вероятно, самым простым выходом стала бы женитьба? И он начал искать подходящую девушку. Как-то раз, получив для всего семейства приглашение на праздник к южным соседям — Горным Кроликам, он был очарован молодой и прелестной девушкой. Круглое простое личико, чуть вздернутый носик, светлые длинные волосы, приятные и плавные изгибы полноватого тела, а ведь Риалон не любил худышек, так взволновали его истомившееся, но скованное обещаниями отцу, мужское естество, что он, не наведя мало-мальских справок о нраве и характере девушки, попросил ее руки. И она стала его женой, благословленной в Священной Роще Божественным огнем. Истосковавшийся по женской ласке мужчина дневал и ночевал в ее спальне, любуясь мягкой податливой кожей, полной белой шейкой, большими, но крепкими грудями, с удовольствием каждый раз погружаясь в ее лоно. И скоро она родила первую дочь, Мариилу. И отец начал ее воспитывать, как мальчишку, возя вместе с сыновьями в дальние морские походы, обучив обращаться с оружием и отдав ее потом в самую сильную Академию. А жена, тем временем, родила еще одну дочь и, вопреки утверждению, что Горные Кролики плодятся чуть ли не каждый сезон, детей больше не рожала. Да и Риалон к ней постепенно охладел, заметив ее невежество и непроходимую глупость, замешанные на гиперсексуальности, отчего из ее окон периодически вылетали различные мужички, собственноручно выброшенные взбешенным мужем. Плюнув на избалованную матерью с младенчества младшую дочь, он оставил воспитание девочки на совести жены и приехавшей навестить ее сестры, которая потом как-то естественно загостилась на неопределенное время. Да, с фамильной склонностью младшей дочки и ее позором он давно смирился, как и с тем, что никто не возьмет ее замуж. Но как он мог проглядеть тайную влюбленность своей старшей дочери, в которую он так много вложил? И этот эльф… А ведь он ему доверял!
Риалон осмотрел серьезные лица своих ребят и промелькнувшую усмешку на губах Кейрина. Может, это он так рвется во власть? Да нет, кишка тонка! Гадить втихую и радоваться этому он может вполне, но взять на себя ответственность за всю долину… Нет, Кейрин на такое не способен. Тогда на кого работал Фэлин? Да и зачем ему все это понадобилось?
И тут дверь кабинета, запертая и запечатанная, содрогнулась под ударом чьего-то мощного кулака, а затем, словно фанерная, легко легла на пол. За ней, улыбаясь, стояли двое: один — темноволосый высокий здоровяк в черном кожаном костюме, а второй, как всегда, бледный, но изысканно-хрупкий рыжик с длинным носом и тонкими губами, на которых мерцала такая знакомая Змейская улыбка. В ореховых с золотыми искрами глазах плавилась радость встречи и тепло узнавания после длительной разлуки. Риалон подскочил в кресле и, раскинув руки, вышел из-за стола:
— Боги! Это ведь Альеэро Ромьенус! Какими судьбами в мой дом?! Здравствуй, друг!
Сыновья и Кейрин вежливо встали, приветствуя гостей.
— Сейчас накроем стол, посидим… — засуетился Риалон, не отпуская руку Змея, который в их компании был самым младшим и независимым. Но веселым и своим. — Представь меня своему другу!
— Да вы, наверное, встречались, — улыбнулся еще раз Альеэро. — Это Скалистый Дракон Саэрэй Сааминьш.
— Кто?! — раскрылись глаза у Оленя. — Ты, Альеэро, меня конечно извини, но дружить с существом, выпихивающим своих маленьких детей в белый свет необученными и мало что знающими… Как Вы могли так поступить с Иржи?!