Как было известно всем жителям континента, черные драконы обитали только в одной его долине и звались Сааминьшами. А еще было известно, что если тронешь хоть пальцем члена любого клана, то остальные тебя раскатают тонким блином, а потом порежут на ленточки за своего горячо любимого родича. Поэтому думал тролль недолго. Сглотнув вязкую слюну, он хрипло спросил:
— А где человечки?
— А ты каким местом смотрел, когда похищал сына Клана Сааминьшей и его друга, белого мага? — Дракон слегка выдохнул дымную и горячую струю троллю в лицо. — Сидеть! — Прошипел он, когда увидел, что посеревший возница сейчас спрыгнет.
— Извините, не знал! — Он отрицательно закачал головой и руками. — Нас наняли на один день довезти мальчишек к месту жертвоприношения, и все!
— Убеж-жиш-шь, поймаем, выреж-шем всю семью…
— Что мы можем сделать, чтобы замять эту небольшую проблемку? — Прогудел тролль, делая вид, что ситуация выеденного яйца не стоит.
Иржи тут же принял свой обычный вид и хлопнул тролля по плечу.
— Ну ты и нахал, братец. Еще и торгуется! Продаться здешним отморозкам — еще куда ни шло, но приезжим… это неэтично. Собрался воевать со своими сородичами в долинах?
— Н-нет! Мы не думали…
— Понятно, что вы ни о чем не думали. Тот, что сзади, он старший или ты?
— Я! — Приосанился тролль, осознав, что прямо сейчас его бить не будут.
— Зови, поговорим!
Телега остановилась, второй тролль подъехал на лошадке к телеге и недоуменно уставился на хмурого Иржи.
— А чего это ты его развязал? — Поинтересовался он у напарника. — Он же удерет!
Первый поджал губы.
— За тухлый заказ мы взялись, Борко. Этот мальчишка — Черный Дракон Сааминьш.
— Ой! — Округлил глаза всадник. — Вот говорила моя мама: не суйся в те дела, что предлагает твой неосторожный друг Тинто, поскольку сам вступит, да и тебя с головой окунет! Нет же, не послушался, соблазнился легкими деньгами! — Пожаловался Иржи здоровый амбал, увешанный оружием, словно новогодняя елка шариками.
— Господин Сааминьш! — Перебирая вожжи в руках, начал первый. — А, может, отпустите? И мы пойдем потихонечку. И Вы пойдете, куда надо!
— Пойдете. — Согласился Иржи. — Только сначала проступок отработаете. А я о вашем позоре никому не скажу. Договорились?
— О, господин Дракон, моя мама, когда я ей расскажу за ваше великодушие, будет молиться каждый разочек о здоровье вашего рода и благословлять тот день, когда Боги не допустили нас до греха! А делать-то что придется?
— Просто подвезете телегу в даякам, получите деньги и мотайте!
Тролли переглянулись:
— А если они проверят ее?
— Конечно, проверят, но внутри все будет в порядке. Кстати, а где наш мешок?
— Так в телеге. Только деньги трактирщик взял.
Фаркаш вылез из-под груды вещей и показал большой палец.
— Я тут и монетами разжился!
Лица троллей заметно скисли. Видимо, это были их монеты.
— Зато возьмете себе остаток. Кстати, можете вернуться и передать трактирщику пламенный привет. А так — молите Богов, чтобы вам не было воздаяния за ваш греховный поступок!
Они кивнули и снова тронулись в путь. А в телеге продолжилось совещание.
«Вы выйдите из повозки заранее, а меня оставьте. И будет им сюрприз!» — Сказала йонси. Иржи согласно кивнул головой.
— Эй, Тинто, скоро приедем?
— Поднимемся на мыс над морем — и все!
— Пошли, Йожеф. Марж — удачи! — И парни выскочили на дорогу, тут же скрывшись в кустарнике.
Пока повозка неспешно ползла по серпантину дороги, Иржи и Йожеф лезли вверх по утесу. И вот, прячась в редком подлеске, они подкрались к поляне, в середине которой лежал плоский синий камень. Вокруг него, прямо на очищенной от травы и веток земле, была нарисована пентаграмма с рунами, в острых углах которой уже горели малиновые огни. Двое из даяков, все еще прячущих свои лица под капюшонами, стоя на коленях в изголовье и ногах алтаря, что-то пели заунывными голосами. Третий прокаливал над жаровней длинный и узкий клинок.
— Ха! — Сказал Йожеф шепотом. — Я свои тоже взял!
И показал Иржи нарисованные им ножи.
— Растают!
— Не, — беззаботно отозвался Фаркаш. — Твоя магия сильнее ихней! Справимся!
Четвертый стоял в стороне, то и дело поглядывая на небосвод. Видимо, обряд привязывался ко времени.
— Помнишь, как только Марж их отвлечет, сразу бьем!
— Кого учишь, художник? — Фаркаш снисходительно посмотрел на Иржи. — Я — профессиональный солдат.