— Пойдем, Тонимэл, — позвал я ученика. — Нам здесь делать нечего! Они умудрились забрать даже Божью искру.
— Зачем? — В глазах эльфа стоял ужас. — Они не смогут вернуться в круг воплощений!
— Зато, мучаясь от невозможности попасть на Божественный план, они придают хороший тонус тому, кто умудрился их собрать и запереть в каком-нибудь артефакте.
— Чудовища! — Проговорил эльф, полоснув клинком по высоченному чертополоху. — Эти-то что так раскапустились?
— При насильственном отъеме жизни капли праны все же улетают в пространство. Растения подхватили. Не пропадать же добру.
Волки нас ждали посередине улицы.
— Давно это произошло? И где скотина? — Поинтересовался я.
«Тридцать два раза светила вставали и заходили, эльф. А скотину — ее вместе с детьми…»
— Скажи, а такое раньше было? Или началось только недавно?
«Только недавно, эльф. Говорили, раньше черным хватало жителей городов. А теперь они отнимают силу и у природы». — Опустил морду Вожак.
Я присел перед ним на корточки и заглянул ему в глаза.
— Ты можешь отвести нас туда, где обитают черные? Мы хотим сами все увидеть.
«Пропадете, как эльфы и люди». — Грустно заметил он.
— Чтобы исправить следствие, надо разобраться с причиной. Согласен? Веди!
И мы бегом отправились к ближайшему крупному поселению.
Высокую черную стену, огораживающую периметр городской территории, увидели еще издалека. К стене вела дорога, упираясь в черные металлические ворота, закрытые, вероятно, на ночь. Попрощавшись с нашими провожатыми, мы с Тонимэлом решили в темноте обойти это сдерживающее сооружение в поисках какого-нибудь лаза. Ведь как бы люди подавлены не были, постоянно держать их в узде чрезвычайно затратно. И, как известно из истории, чем больше подавляется личность, тем крепче в обществе криминальная составляющая. А там, где воры и бандиты, должна обязательно быть и маленькая дверка на свободу. И мы отправились ее искать. И нам повезло, — усмехнулся Олерин, — или наоборот, смотря с какой стороны посмотреть. Лаз на волю оказался под общественной уборной одного из трактиров. Так что внутрь города мы вышли благоухающие отнюдь не эльфийским парфюмом. Так что пришлось прятаться в парадную большого грязного дома и, наслаждаясь запахом кошачьей мочи и жареной рыбы, немного помагичить.
Переночевали мы на чердаке дома напротив, любуясь сверху на охранников, среагировавших на всплеск магического фона. Прочесав здание и выгнав покорных жителей на улицу, они уехали ни с чем, поскольку свои следы мы подчистили. Правда, в тот момент, мы с учеником заметили одну важную вещь: охранники поднимали руки каждого из жильцов, сканируя надетый на запястье браслет. И, как выяснили впоследствии, на нем отражается уровень силы носителя.
Утром нас разбудил массовый топот, словно все жители разом покидали свои дома. Приникнув к маленькому чердачному оконцу, Тонимэл и я увидели, как люди, эльфы и даже гномы, молча выходили из подъездов своих домов и дружно шагали в одном направлении. Спустившись вниз, мы влились в толпу, подравнивая свою энергетику под окружающий нас фон. Ручейки сливались в реки, и вот толпа вышла на площадь. Там, закрывая светлеющие небеса, высилась громада круглого здания, расписанного по стенам знакомым мне руническим письмом. Да, Герин, это был древний язык друидов. Я увидел руну смерти, руну преображения и руну освобождения. Они, словно закатное оранжевое светило, сияли перед широким входом внутрь, куда медленно втягивалась молчаливая толпа. Когда народ проходил под рунами, браслеты вспыхивали, словно засчитывая явку. Герин, тебе надо ввести такую систему в Академии. И тогда точно будешь знать, кто сегодня пришел за знаниями, а кто отсыпается в комнате после бурной ночи.
— Спасибо, брат. На досуге можешь оформить патент. Правда я и так знаю, где каждый из моих студентов в данный момент времени. Продолжай, прошу тебя!
— Прицепившись своими аурами к идущим с нами рядом, мы вошли внутрь. Стены сияли искристой белизной свежего снега на горных вершинах в суровые зимние месяцы. Кругом горели магические светильники, отражаясь в крошечных зеркалах слюды. Белые искры и чистый, высокий нежный голос, поющий о всеобщем счастье, которое наступит совсем скоро. Прозрачные слезы радости лились из людских глаз, которые не замечали, как прямо из воздуха к их браслетам присасывается тоненькая трубочка, по которой начинала стекать темная кровь, уносящая с собой силы и магию своего владельца. Потом музыка менялась на маршевую. «Мы возьмем у тех, кто не хочет делиться, их богатства. Лесами покроем их континент. Высадим на полянах прекрасные цветы и будем жить долго и счастливо». — Приблизительно таким смыслом наполнялся музыкальный ряд. И все дружно, словно зомби, подхватывали слова, в конце выбрасывая руку с браслетом вверх. Трубочка при этом слетала, освобождая запястье. А потом они отправились к городским воротам. Массивные створки открылись, и из толпы тут же сформировались армейские подразделения, подчинявшиеся даякам. Которые выдавали всем, и мужчинам, и женщинам, деревянные мечи. И они сражались. Строй против строя. Один против другого. Через два часа тренировки их отпускали, чтобы они могли вернуться к выполнению своей непосредственной работы. Мы побывали в трех городах. Везде, с поправками на местные реалии, то же самое. Руководят процессом черные существа с татуированными головами. Но, Герин, я рассмотрел их узоры. Ничего общего с запирающими рунами черных друидов, оставленными им Богами, там нет. Только руны подчинения. И мы начали искать хозяев.