Выбрать главу

— А с чего Вы решили, что в этом виноваты наши парни? — Враждебно посмотрел на друида Альеэро. — Волну могли нагнать зашевелившиеся даймоны. Или те же Боги.

— Боги не убивают миры, а у даймонов пока нет тех силенок. Но и парни не виноваты. — Друид опустил голову. — А что делать, я пока не знаю.

— Может, пропустить даймонов, пусть лезут, прочищая нам выход? — Предложил Луисо.

— Теперь к оси их нельзя подпускать ни в коем случае. Представляете, сколько там скопилось чистой концентрированной силы? Они ее сожрут, закусят нами, а потом разом сгрызут всю нашу ветвь миров!

— Значит, все же придется воевать в любом случае. — Вздохнул Эрнаандо. — Только теперь шансы на победу стали совсем призрачными.

— Еще раз повторю: не знаю. Но, как мне кажется… возможно, у нас есть шанс.

— Только о том, что мы сейчас обсуждали, остальным говорить не стоит. Думаю, понимаете, почему. — Подытожил ректор Эрайен. — Для всех и так будет шоком существование в нашем мире даймонов. А паника и вовсе нам не нужна.

— Альеэро, задержись, пожалуйста! — Сказал Олерин, когда остальные встали и тихо пошли на выход.

— Я вижу, ты принимаешь большое участие в маленьком Драконе?

Ореховые глаза тут же раскалились жарким золотом, а брови сошлись у переносицы.

— Мальчика я вам не отдам! Он — не игрушка! Ему и так пришлось вытерпеть многое! В таком юном возрасте сражаться с черными магами! Тут любой взрослый сын Клана с катушек съедет! Не дам! — Змей сжал кулаки.

Герин и Олерин переглянулись и расхохотались. А потом пристально посмотрели ему в глаза.

— Береги его, Альеэро! Никого не бойся и люби… Он должен знать, что у него есть кто-то, ради кого стоит жить…

Змей улыбнулся и, кивнув, вышел за дверь.

А Олерин продолжил неоконченную фразу:

— И умирать.

Глава третья

В которой кушают, знакомятся с девушками и теплицей, страдают, философствуют и лечат

Иржи, Йожеф и Инваар Роолен первым делом решили навестить столовую. С утра прошло уже полдня, а желудки еще не грела никакая пища. И этот непорядок решено было устранить самым радикальным образом: заполнить его побыстрее да поплотнее.

Инваар широким жестом распахнул массивную входную дверь, над которой знакомо красовалась очередная ржавая, качающаяся на одном гвозде, подкова. Выше нее, грустно облетая старой краской, висела кривая вывеска с ухмыляющейся рожей в поварском колпаке: «Ед. льня Кифиси: накопил гроши — сюда отнеси!»

— Букву «а», полагаю, он сожрал сам? — Задумчиво посмотрел на физиономию без зубов и одного глаза Иржи. — Вроде за учебу берут весьма приличные гроши, а вывеску сменить — денег нет?

— Заходи, не рассуждай! — Пропустив новичков вперед, сказал Инваар. — Смотри, какая великолепная у нас столовка!

И действительно, все кругом блестело чистотой: от пола и столов до сверкающих под лучами светил тонированных стекол. На специальных полочках стояли хлебницы со свежими булками, а на раздаче улыбчивая троллиха в белом передничке и неизменным бантом в волосах разливала горячий борщ. Одних салатов Иржи насчитал пять видов. И сразу набрал по одной порции каждого на поднос.

— Слушай, — подмигнул ему Инваар, — а ты точно Дракон? Смотрю, мясо не берешь, зато столько силоса!

— Берегу фигуру. — Иржи томно вздохнул и похлопал ресничками. — Вдруг перестану тебе нравиться?

Повариха перестала улыбаться, а Йожеф заржал. Две девушки, идущие сразу за ними, отодвинулись, увеличив дистанцию.

— Девушки, не бойтесь, это он не вам! — Теридель, вытирая слезинку, подмигнул и продолжил. — Зато я ем все. Меня зовут Йожеф. А вас?

— А нас не надо. — Серьезно сказала темненькая худенькая девушка в длинной юбке. — Мы не вкусные.

— Зато очень симпатичные! — Продолжил Йожеф. — Представляю, как приятно учиться с вами рядом!

К диалогу уже прислушивались все окружающие, а в зале даже перестали болтать немногочисленные, пока еще нет занятий, посетители.

Девушка улыбнулась подруге.

— Мальчик хочет с нами рядом учиться, представляешь?

— Ну, если хочет, надо дать ему шанс!

— Эй, девушки, это вы о чем? — Забеспокоился Йожеф. — Мы даже толком не знакомы!

— Конечно, ведь мы, вдвоем, — она посмотрела, наконец, на эльфийского принца, — ему очень приятны!