Шиноби должен быть терпеливым, вот только Мадаре приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не показать, сколь ему неймётся. Мальчик подышал на зябнущие пальцы. Необходимость скрывать чакру делала лежку ещё более неудобной, вот только теперь их могли заметить, разве что наступив. А из укрытия неплохо можно было рассмотреть постоялый двор. На первый взгляд, ничего подозрительного не наблюдалось, но только призывные соколы и вороны уже успели облететь окрестности, а ниннеко — не привлекая внимания пройтись и внутри построек. Что разведчики нашли, осталось достоянием отца и командира Хагоромо. Ещё, возможно, торговца и его телохранителя. Но раз никто не спешил менять расположение, всё в силе. Все роли были распределены на последнем обсуждении, оставалось лишь ждать сигнала. Безмятежность устроившегося рядом Хикаку рождала желание как-то подколоть друга. Останавливало осознание, что это не получилось бы сделать тихо. На глаза в который раз попался запыхавшийся торговец. Мужчина непостижимым образом умудрялся быть всюду одновременно, заполнять всё пространство. Он не был похож на купцов, которых доводилось видеть раньше. Те как-то не особо рвались в бой, а этого телохранителю приходилось чуть ли не за шиворот удерживать. То ли так подействовали выпитые снадобья, то ли присутствие рядом сильных шиноби. Обладатель бьякугана тоже будоражил любопытство. Но поговорить с ним возможности не было. И близко-то удалось рассмотреть только во время обсуждения плана. Мадара впервые порадовался, что на совещаниях у него пока нет права голоса. Наверняка ляпнул бы что-то глупое. От неожиданности. И так от волнения горло пересохло, когда понял, какую придётся играть роль. Мальчик глянул на братьев. Те явно нервничали, хотя и старались не подавать виду. Сам он тоже вынужден был признать, что волнуется. Обычно прикрывали его, а в этот раз отец посчитал, что время пришло. Хикаку сжал его плечо. — Всё будет хорошо, — произнесено было одними губами. Мадара смог лишь усмехнуться. На то, чтобы как-то пошутить, идей не возникло, да и горло перехватило так, что вместо слов мог вырваться хрип. Придержав Изаму за доспехи, он ткнул пальцем в ремень, который следовало подтянуть. Младший брат, смущённо улыбнувшись, принялся поправлять снаряжение. Хруст ветки показался оглушительным, как и тяжелое дыхание явно не привыкшего к таким нагрузкам человека. Рука непроизвольно потянулась к оружию. — Право слово, это неразумно, — раздался тихий смутно знакомый голос. — Нарушая построение и оговоренный план, можно попасть под атаку кого-то из Учих. Или Хагаромо. Поверьте, особой разницы не будет. Мадара повернул голову. Хьюга в очередной раз пытался вразумить своего нанимателя. Вот только судя по взгляду, шиноби уже смирился с неизбежным и делал это лишь для очистки совести. — Осаму-сан? Соклановец, до того словно ставший частью дерева, покинул укрытие и теперь замер рядом, обманчиво расслабленный. — Началось, — не оборачиваясь, ответил он, — и помните, вам не надо рваться вперёд, чтобы кому-то что-то доказать. За мной! От этих слов вместо крови будто огонь потёк. Заметив лишь начало движения взрослого, стараясь не терять из виду братьев, Мадара вылетел из укрытия.