Кагаяши решил, что он ослышался или не так понял. — Что… Что ты сказал? — Выжил только я, — не разгибаясь, повторил мужчина. — Остальные были убиты шиноби или сами просили об этой милости, поняв, что станут вам обузой. Принесённые новости выбили из груди воздух. Его люди, те, в кого столько вложено и времени, и денег! Всё ведь шло по плану! — Как это произошло? — хрипло поинтересовался Кагаяши. Разгорающуюся ярость удалось сдержать с трудом. Куда смотрел индюк-Рио?! — Учиха… — агент замялся. Кагаяши бросил на него недовольный взгляд. — Люди, внедрённые в окружение господина кокусю, хорошо выполняли свою работу, нам всем удавалось получать помощь лекарей и беспрепятственно покидать застенки. А потом Учихи просто стали вырезать банды подчистую, а на требования предоставлять живьём — серьёзно калечить. Тогда я и затаился. Кагаяши нахмурился. Была вероятность того, что шиноби всего лишь надоело раз за разом отлавливать одних и тех же людей, но интуиция подсказывала: здесь нечто иное. — В какой момент Учихи изменили тактику? Ответом стала тишина, но мужчина слишком хорошо знал своего подчинённого и не торопил, только старательно дышал, чтобы не сорваться. — Сразу после того, как мы стали работать с крестьянами, — наконец прозвучал неуверенный ответ. — Хотя нет, раньше. Когда нашли тела купцов. Но после крестьян как в ёкаев обратились. Кагаяши приметил мелкую дрожь сидящего перед ним мужчины. Непонимание и страх. А ведь эти чувства старались подавить наряду с остальными, для исполнителей должен был существовать лишь господин и приказ. — Вот как… Ступай отдыхать, — поняв, что ничего больше на добьётся, Кагаяши дал отмашку. Доломать собственное оружие не хотелось. Прогулка по саду не принесла новых мыслей. Вернувшись в комнату, мужчина неспешно заварил чай. Но первый же глоток закончился сдавленным кашлем. Догадка обожгла сильнее разлитого напитка. Отношение, вот что показалось странным! Кагаяши ещё помнил, как вскоре после попадания в этот мир внутренне содрогался от некоторых реалий. Вытащив и перечитав отчеты за год, он выругался. Изменение составов групп, большая опека детей. Появление искалеченного, но всё равно опасного шиноби, которого ненавязчиво прикрывали товарищи. И вот теперь — такая рьяная защита крестьян. Как можно было не обратить на подобное внимание? Да он оказался слепее того Учихи! Столь трепетное отношение к чужой жизни свойственно совсем другой эпохе! Ещё один попаданец. Похоже, оказавшийся здесь недавно и не растерявший прошлое восприятие. Кто-то из Учих, и достаточно могущественный, чтобы повлиять на клан. Кагаяши шумно выдохнул. Мысль, что он не один такой, почему-то оказалась болезненной.