На энгаву чуть ли не упал темный взъерошенный комок. Раздраженно каркнул и сбросил ношу на доски. Ворон, всем своим видом выражая недовольство, пытался пригладить встрёпанные перья. На принесённом тубусе красовались свежие царапины, а одна из завязок была надорвана. Встретившись взглядом с посланником, получил ворох обрывочных образов. В гендзюцу не вышло разглядеть детали — слишком всё происходило быстро, но вроде как пытавшиеся его перехватить птицы были роднёй чаек или им подобных. Ворон смог оторваться лишь потому, что преследователи оказались непривычны к лесу. Однако! Раньше посланников не пытались перехватить. Вот теперь в дело точно вступили другие кланы шиноби. Будто без них скучно. Быстро просмотрев принесённые письма, поморщился. Начало было тревожным. Несколько диверсий предотвратили, но всплыли более серьезные проблемы. Помассировал переносицу и углубился в чтение. Вот оно. Оставшиеся без внимания аристократы из окружения кокусю начали тянуть одеяло на себя, привлекать к интригам наложниц и юного наследника. Тяжело вздохнув, убрал письма за пояс. Придется опять бежать в провинцию, делать внушение, возможно, и с гендзюцу. Перекраивать личности нет необходимости, достаточно внедрить запрет на некоторые аспекты. Такое воздействие не привлечёт внимание. Вот только как тут всё бросить? У порога комнаты заставил себя не думать о лишнем. Всё равно “вотпрямщас” бежать нельзя, нужно закончить то, что горит. Сачико сидела на татами, окружив себя какими-то свитками. Сейчас они просто лежали, а девушка неспешно расчесывала волосы. Выглядела куноичи значительно лучше, и я решился. — Пойдёшь со мной на миссию? Рука, держащая гребень, чуть дрогнула. — Мы не отправляемся немедленно, к тому времени, как все дела будут улажены, твоя рана успеет как следует поджить, — озвучил самый оптимистичный прогноз. Тащить не до конца восстановившуюся девушку в неспокойное место не хотелось, но мало ли что она может себе напридумывать в моё отсутствие! Или какую сплетню услышать. Плавали, знаем. Пусть уж лучше на виду будет. Заодно сможем решить, получится ли действительно стать парой или отношения останутся на уровне ровного общения и “дружбы организмами”. — В провинцию? — девушка недоумённо похлопала глазами. — Из меня сейчас слабый боец. — Я не собираюсь отправлять тебя в одиночку зачищать банды, — сама мысль о подобном холодила. — То, что ты теперь не можешь оставить после себя спекшуюся в корку землю и превратившийся в стекло песок, не делает калекой! — Как следует порасспросив ирьенинов, долго и обстоятельно доносил до Цукико, насколько она неправа в своих оценках. И, вроде, убедил. — Я уже не раз говорил, что главное оружие шиноби — его мозги. — Если они есть, — фыркнула Сачико. — В твоих я не сомневаюсь. — Думать над тем, в чей огород камешек, было лениво. — Потому и хочу попросить помочь Име-чан с разработкой новой техники. Что? — Взгляд, каким одарила меня девушка, заставил насторожиться. — Има-чан через несколько лет превзойдёт старейшину Цукико не только в плане лечения. И поскольку девочка не подошла ко мне сама, инициатива не её. Что на этот раз задумал наш глава? — промурлыкала куноичи, хищно прищуриваясь. — Я же говорил, мозги есть! Сачико взвесила на ладони гребень, точно прикидывала, насколько наглым и безрассудным будет запустить им в меня. — Хочу помочь восстановиться тем шиноби, которых наши ирьенины признали безнадёжными, — поделился далеко идущими планами — Има-чан талантлива, но вернуть потерянную конечность не могут даже Сенджу. — В голосе собеседницы проскользнули сомнение и сожаление. — Да и выжженную чакросистему тоже. — Научится. Не она, так её ученики или их преемники. Я сейчас не об этом. Вспомни себя несколько дней назад, — прикусил язык. Упс, это не подумавши ляпнул. — Поняла, — Сачико мрачно улыбнулась. — Теперь я вижу, что всё не так уж и плохо. Но тогда хотела умереть, чтобы не жить воспоминаниями, не быть обузой клану. Ты злишься на моего отца? — Злюсь, но он уже сам себя наказал. И вообще, это мой вопрос. — Покушение на соклановца должно смываться кровью, — куноичи пожала плечами. — Мне не за что на него злиться. Речь шла о наследниках клана. Такое поведение понятно. — А мне нет. — Руки срочно требовалось занять. Забрал у девушки гребень и сам принялся расчёсывать её волосы. — Ещё немного, и правды никто не узнал бы, а предатель продолжил бы действовать. А всё из-за поспешности твоего родителя. Что с ним делать? Сачико недоуменно замерла. Наклонившись, уткнулся носом в пахнущие травами пряди. — Это должна решить я? — наконец тихо переспросила она. Ну вот, шокировал девушку. — Я хочу знать твоё мнение. И желаю показать старейшинам своё неудовольствие. Пропустили такое у себя под носом. Пусть теперь потрудятся вернуть доверие. — Но ведь... — Ты больше всех пострадала, притом зазря. Такое нельзя оставлять без внимания. Но любая кара кажется мне чрезмерной. Сачико склонила голову. — Твой отец изводит себя чувством вины. А каково твоё отношение к этому? Не как куноичи клана, а как дочери. Ответом стал тихий всхлип. Ну вот, перегнул палку. — Сачико… — протянув руку, стер с её щеки слёзы. Она подняла голову. С удивлением понял, что девушка улыбалась. — Вот как ты это делаешь? — Довожу до слёз и нервного тика? Само как-то выходит… — Да что я сделал-то такого? Видимо, выражение лица было достаточно красноречивым. Сачико тихонько фыркнула, ткнула кулачком в плечо, а потом и вовсе перебралась ко мне на колени. — А вот не скажу! — изящные, но сильные руки обхватили за плечи. — Но на миссию пойду. Куда захочешь пойду, — едва различимый горячий шепот коснулся уха.