шие вокруг глаз родителя морщинки от сдерживаемого смеха. — Конечно! На ком-то же тренироваться надо! — Потренируешься на Мадаре, — отец заговорчески подмигнул. — Он опять сбежал на полигон до завтрака. Я накрываю на стол, если он не успеет вернуться, то… — Что? — не выдержал Изаму. Уж очень многозначительной была пауза. — Увидит! *** Тама радостно ставил на забракованном черновике отпечатки пальцев, то и дело опасно наклоняя тушечницу. Попытки её отодвинуть напарывались на бурное возмущение. Стол уже обзавелся кляксами. Юдсуки быстро ткнул кисточкой в тушечницу, пока тушь ещё оставалась, и вновь начал изрисовывать другой испорченный черновик. — Это никуда не годится. — Хикаку с тоской отложил очередной исписанный листок, но всё же подальше, чтобы сразу не попал на растерзание. — На бумаге мы можем что угодно расписать. Нужно попроситься на миссию, у нас слишком мало опыта. — Так отец нас и отпустит… — Мадара не смог сдержать вздох. — А если попробовать показать ему эти черновики? — Думаешь, кто-то из взрослых согласится превратить наши наработки в полноценное гендзюцу? — Отвлекать и без того загруженного главу клана такими просьбами было неловко. — А папа вежливо попросит! — широко улыбнулся Юдсуки, несколькими штрихами превращая кандзи в жука. — Или сам сделает! Подобное заявление вызвало смешок. Видел уже, как сенсей вежливо просит. Только у окружающих часто был такой вид, словно они вот-вот сбегут на какое-нибудь опасное задание, чтобы сложить там голову. С чем подобное связано, понять не удавалось. Неужели взрослые не понимают, насколько это интересно? Хотя разбирать чужие ошибки было жутко: за каждым кандзи — погибшие соклановцы и проваленные миссии. Потом без успокаивающего чая заснуть не мог. И Мадара тоже. — Смотрите, как странно. — Изуна ткнул пальцем в середину очередного листка. — Миссия выполнена, большая часть отряда жива, но почему-то отчет лежит вместе с теми, где задания провалены. — Ого, ты где такое старьё откопал? — Мадара придвинулся ближе и вчитался. — Это ж ещё папы на свете не было! — Кажется, мы всё перемешали, — вздохнул Хикаку. — Они же по годам шли. — Ой, а тут приписка. Оставьте отчет, где лежит, для Тенгу потери равносильны провалу, — вслух прочитал он. — А разве Тенгу не миф? — Как Тенгу?! — Хикаку отбросил очередной изобилующий кровавыми подробностями отчёт и подсел ближе. — Подожди, не убирай! Это же такое сокровище! — Хикаку, у тебя сейчас шаринган появится, — рассмеялся Мадара, протягивая листы. — Ксо! Тама, стой! Это нельзя рвать! Попытки спасти какой-то отчет взволновали слабо. Хикаку полностью сосредоточился на тексте. Писал не сам Тенгу, а кто-то из отряда, наблюдавший бой со стороны. Перед глазами как наяву возникали завораживающие и пугающие картины. Кисть найти удалось ощупью, под руку кто-то сунул чистый лист и тушечницу. Пальцы чуть подрагивали от волнения. Ерунда, что непонятно, как выполнялась половина техник. Тот, кто работал над отчётом, не скупился на подробности работы с воронами. Наконец последние кандзи были записаны. — Хикаку, ты уже с нами? — встревожено поинтересовался Мадара. — Что ты так в этот отчёт вцепился? — Помнишь, что нам говорили про необходимость работы с призывом? Тут детальное описание сражения первого шиноби, заключившего контракт с воронами! Его и Тенгу прозвали как раз потому, что постоянно работал в паре с птицей! — Тихо-тихо, — друг поднял руки. — Надо бы показать это Рюозо-сану, у него вороны. Вдруг всё то, что там написано, уже общеизвестно. *** — Как — внук Тенгу?! Слишком громкий возглас, донёсшийся из дома, заставил поморщиться, спрятать лицо за очередным свитком и сделать вид, что получил приступ избирательной глухоты. — Ха, даже имя его не помнишь! — голос Джиро пробивался и сквозь медитативное состояние. Рюозо медленно выдохнул и запретил себе думать, каким образом этот факт его биографии стал известен. Оставалось порадоваться, что бойцы главной ветви в большинстве своём всё же обладали деликатностью и сам Акума не из тех, кто лезет с расспросами. Вспоминать о ставшем легендой при жизни деде не хотелось. Ещё в детстве привили отвращение пополам с чувством вины. Словно наяву вновь слышался полный разочарования голос отца, сетовавшего, что никто из детей не оказался под стать предку. Рюозо не сдержал усмешки: спустя годы он отчетливо видел, что сам родитель тоже не тянул на второго Тенгу. Да и первый погиб по глупости, забывшись и уверовавши в собственную природу ёкая. Чужое присутствие вывело из задумчивости. Наследник клана и ученик главы устроились неподалёку на энгаве и тихонько шуршали бумагами. Мужчина напомнил себе, где находится, и попробовал вернуться к медитации. Тщетно. Рефлекс настораживаться в присутствии шиноби главной ветви позиции сдавал неохотно. Доживи отец до сего дня, резко изменил бы своё мнение. Эта мысль вызвала неожиданную злость. — Рюозо-сан, — оклик отвлёк от самокопаний, — можете посмотреть? Мужчина с недоумением поднял взгляд на подошедших мальчишек. Наследник клана протягивал свиток. Он не был похож на те, в которых записывали техники, да и с таким к сенсеям обращаются. Развернув и вчитавшись, шиноби невольно приостановил ток чакры, убеждаясь, что это не гендзюцу. — Откуда? — с трудом удалось заставить голос звучать ровно. — Из старых отчетов, — пояснил Хикаку. — Мы хотели бы выяснить, насколько такие методы сейчас нужны, осуществимы и возможно ли будет их повторить. — Тогда удалось бы не раз шокировать противников, — Мадара мечтательно улыбнулся. — Всё описываемое нужно, — не ответить тем же было просто невозможно. — А вот насчёт “повторить” мы поработаем! Сомнения отступили. Дед любил напускать туману и почти не оставил после себя записей, но можно было попробовать восстановить всё с помощью воронов. Пора перестать шарахаться от своего же прошлого. *** Сосредоточиться на бумагах оказалось непросто. Мысленно пожелав, чтоб придумывающим такие цветистые послания аристократам икалось, убрал письма. На душе было неспокойно. Дать Сенджу в руки оружие и частично разблокировать чакру… До сих пор не пойму, как Совет на такое согласился. Как я сам на это пошел! Там ведь и мои дети. Ощутив чужое приближение, на всякий случай отодвинул важные бумаги, чтобы не заляпать: новости бывают разные, а сейчас так вообще авантюра. — Как все прошло? — постарался говорить максимально спокойно. — Великолепно! — Отвратительно! Два голоса слились в один. И как это понимать? Таких противоположных мнений я не ожидал. Мрачный Акума бросил недовольный взгляд на широко улыбающегося товарища. На скуле Джиро наливался большой синяк. Но шиноби светился довольством настолько, что хотелось сжевать имбирь, чтобы убедиться, что он не сладкий. — Рассказывайте. — Сенджу отказался сражаться, — припечатал Акума, усаживаясь на татами. — Заявил, что не собирается усилять Учих, и сел на землю. Мысленно поблагодарил пленника: были серьезные опасения, что он воспользуется ситуацией и постарается кого-нибудь убить. Вот только явно сдерживающий смех Джиро рождал желание поискать солнцезащитные очки, чтобы глаза не резало. Эксперимент провалился, он-то что такой довольный? — А Изуна-кун с возгласом "Вот и хорошо!" бросился ему на шею, — продолжил всё больше походящий на грозовую тучу Акума. — Куда и как ваш сын убрал оружие, я понять так и не успел. Ой! Джиро наклонил голову, пряча губы в широкий ворот. Плечи заметно затряслись от беззвучного смеха. —Так вот что тебя настолько задело! — мужчина всё же справился с собой. — Не смог отследить движение ребёнка. — А потом? — направляющим вопросом постарался не допустить ещё большего балагана. — Остальные дети решили, что так и надо, и присоединились, — вздохнул Акума. — Теперь я не могу избавиться от отвратительного чувства, что спас Сенджу! Пришлось срочно маскировать смех кашлем, но, похоже, неудачно. Вот только эта душещипательная история не объясняла синяк у Джиро. — Я с дерева упал, — пояснил он. — В жизни так не смеялся! А может, ещё одного Сенджу притащить? У меня есть кандидатура на примете! Ага, весь лесной клан оптом… Помассировал переносицу и посмотрел на задумчивого Акуму. — Это серьёзно? — уточнил без особой надежды, что они пошутили. — Да, — похоронным тоном признался мужчина. — И хорошо хоть упал не на всю эту кучу сверху. Сенджу обратно к допросчикам попросился! Ками-сама, глава, как такое вообще могло придти на ум вашему сыну?! Вздохнул. Ох, Акума, лучше бы тебе не знать. Жестом велел впустить нового визитера, благо его приход мы все почувствовали. Куро старался выглядеть невозмутимо, но волнение скрыть у него не получалось. — Что ещё? — решил не тянуть время. — Я хотел бы знать, — вздохнул допросчик, — что вы с Сенджу сделали? — А что с ним? — живо поинтересовался Джиро. — Да он в шоке! М-да, неловко вышло. Кто же знал, что всё так обернётся. — Сакэ. — Больше в голову ничего не пришло. — Можно попробовать подпоить. — Я это обеспечу, — обрадовался Джиро. Ой, что-то мне это уже не кажется такой хорошей идеей. — Ками-сама, я начинаю сочувствовать Сенджу! Дожил, — разделил мои опасения Акума. — Таджима-сама, вы уверены, что это необходимо? — нерешительно уточнил Куро.— А если у него крышу снесёт? — У Сенджу от стресса может быть то же самое. — Джиро уже загорелся идеей. — И потом, мы же рядом будем. Вернём на место. — Только не увлекайтесь осо