ял додзюцу: картина намертво врезалась в память. Один из взрослых Учих, до того наблюдавший за представлением с некоторого расстояния, приблизился к весело барахтающейся куче, то ли из любопытства, то ли желая начать растаскивать заигравшихся детей. А через миг шиноби рухнул и был втянут в возню. Кейтаро почувствовал, как перехватило дыхание: соклановец, пусть и сгруппировавшись, именно упал, притом не специально. Словно что-то зацепило за ногу. Едва не оступившись на ровном месте, старейшина приостановился, наблюдая. В том, что его заметили хотя бы взрослые Учиха, сомнений не было. Веселить их ещё и своим падением не хотелось. Ощущение чужого присутствия поблизости заставило повернуть голову. — Хочешь решить проблему быстро? — поинтересовалась Юми. — Что позволено дурням, потерявшим разум от ненависти, недопустимо для старейшины. — Кейтаро жёстко усмехнулся. — Тем более, в реальном бою Сенджу так себя вести не будут. И первая же миссия это подтвердит. А выжившие, пожалуй, пробудят шаринган. — Тем более, — поддразнила женщина, — неизвестно, что сделают дети, если их опять попробуют лишить игрушки, — она хитро прищурилась. — Цукико была впечатлена их фантазией. — Так те происшествия… — Кейтаро припомнил волну невезения, обрушившуюся на тех, кто больше всех жаждал крови Сенджу. — Вынужден признать, что детки сделали определённые успехи. Я подожду с выводами, — почти шепотом закончил он, понимая, что трава, на которой расселись наконец переставшие дурачиться дети и взрослые, после таких игр просто не могла остаться пышной и лишь слегка примятой. *** Это хозяйственная служба или конкурс красоты? Проводил быстрым взглядом очередную прелестницу, выпорхнувшую из отведённых отряду покоев. Чакры от девушки вроде не чувствовалось, но всегда остаются умельцы ментального воздействия, да и агентов из числа гражданских у кланов хватает. — Я уже говорил вам соблюдать осторожность? — всё-таки не выдержал, поинтересовался у сына и ученика. А то создалось впечатление, что они обо всем забыли. Вроде рановато ещё так на девушек заглядываться. — Проверять всё, что едим и пьём, а лучше дождаться остальной отряд, — послушно начал перечислять Хикаку. — Не разделяться и стараться не ходить по дворцу без сопровождения кого-то из отряда, — подхватил сын. — Не открывать послания, которые могут принести в твоё отсутствие. Не уходить с присланными слугами, даже если будет требовать сам даймё, пока ты не скажешь обратного. Еще разрешение может дать кто-нибудь из отряда. — И всё? — чуть прищурился. Торопливые шаги были услышаны издалека, пришлось сменить тему. — Если закончили располагаться, можно будет немного прогуляться, пока есть время. Очередная служанка, на этот раз не из хозяйственной службы, передала фигурно сложенное послание, но ответа ждать не стала, с поклоном удалившись. — С аристократами и придворными дамами наедине стараться не разговаривать, а если это произойдёт, вежливо сослаться на необходимость срочно найти тебя, — продолжил сын, получив отмашку. — В случае серьёзной опасности немедленно уходить обратным призывом, — закончил ученик. — Сенсей, неужели всё настолько плохо? — Это не так весело, как казалось вначале… — Мадара тяжело вздохнул. — А я сразу сказал, что мы не на праздник отправились. Наследник клана и мой ученик — слишком лакомые цели для всевозможных интриг. Ещё не хватало, чтобы Учиха через вас связали какими-то обязательствами. Кодовую фразу помните? Оба синхронно склонили головы. Надеюсь, всё это не вылетит у них из мозгов в нужный момент. Фигурка легко развернулась в листик. Приглашение на ночной чай… И ведь не откажешься никак. Припомнив необходимые мероприятия, заподозрил, что скучающие придворные решили проверить границы шинобьей выносливости. Снова шаги. Мальчишки подобрались, хотя старались выглядеть естественно. Интересно, как скоро до них дойдёт, что вокруг постоянно будут шнырять слуги и если так реагировать на каждого, через несколько дней окончательно вымотаешься. Мужчина был знаком: уже не первый год прислуживал Хитоми. Послание агента оказалось оформлено иначе. Дамы озверели! Вот делать им нечего... С тоской осмотрел фигурно сложенное письмо, ещё и из тонированной бумаги, прикрепленное к цветочной композиции. Общий посыл: всех благ. Это понятно, но всё равно даже открывать боязно. Вдруг там такое понаписано, что без пол-литра не разберешься? И как быстро сработала, отряд едва-едва успел разместиться! Кажется, Хитоми очень хотела показать, что клан Учиха не зря поддержал её семью. Слуга говорить что-либо не решался, но завозился снаружи более чем красноречиво. — Сын, разотри тушь, — начал отдавать распоряжения, чтоб на меня не смотрели так заинтересованно. — Хикаку-кун, распечатай тансу и найди подходящую случаю бумагу. Писала знатная дама. Мысленно выругавшись, всё же отцепил нежно пахнущий пучок и принялся разворачивать этот ребус. В цветах и самом оригами ничего интересного не было. А вот стихотворные строки под взглядом шаринганом преобразились. Какая занятная картинка вырисовывается! Стоило погасить додзюцу, как послание снова несло лишь романтический посыл. Да-а, а легенду-то надо поддерживать. Хотел любовного приключения — получи. Только слишком сложный поход в бордель выходит. *** — Я не апельсин, — демонстративно надулся рыжий котёнок. Изуна прикусил губу, давя смешок. Маленький ниннеко, когда садился, из-за пушистости становился почти круглым. Вот и сейчас походил на апельсин и цветом, и формой. — А какое тогда имя ты хочешь? — поинтересовался мальчик, сетуя на неудачную шутку сенсея. — Красивое! — глубокомысленно выдал котёнок и, подняв трубой хвост, направился мешать тренирующимся под деревом Изаму и Юдсуки. Изуна покачал головой: напарник давил на то, что новое имя будет носить до конца дней своих, и капризничал, выбирая. — Ой! — Юдсуки не удержал на лбу листик. — Няотвлекайся! — важно заявил пока безымянный пушистик, делая вид, будто это не он только что щекотал ноги кончиком хвоста. — Ня-я! Возмездие в лице подкравшегося Тамы не заставило себя долго ждать. Изуна удивлённо похлопал глазами, понимая, что мгновенно распушившийся ниннеко одним махом оказался у него на голове. Подобное открытие заставило замереть. Слишком свежо в памяти было то, какими могут оказаться царапины. — Ня! — радостно повторил младший из братьев. — Дай! — требовательно протянутые руки указывали на замершего пушистика. — Я не игрушка! — котёнок распластался и сделал попытку слиться с волосами. — Осторожно! — Изаму соскочил с места, но листик так и не уронил. — Кохаку, забыл, как вы оцарапать можете?! Котёнок всё же переполз на плечо и растянулся, словно элемент брони. — Дай! — повторил Тама, не собираясь отступать. — Нянадо меня тискать! Нялюблю! — Сейчас попробую призвать того, кто любит… — Изуна поморщился, ощущая, как сквозь одежду всё-таки начинают колоть когти. — Тама-чан, да отпусти меня, сейчас всё будет! Кивком поблагодарив Изаму, всё же оттащившего младшенького, Изуна прислушался к своим ощущениям. Чакра уже почти восстановилась, на две-три попытки его должно хватить. Предупреждение не экспериментировать с договором и для начала научиться призывать кого-то одного было свежо в памяти. Вот только Тама в любой момент мог разреветься. Это казалось страшнее возможного чакроистощения или объяснений со случайно выдернутым чужим напарником. Изуна прокусил палец и, представив котенка, с которым играл Тама, сложил печати. — У тебя получилось! — Изаму отпустил Таму. Тот немедленно сгрёб сонно потягивающегося пестрого котёнка в охапку. Такое самоуправство вызвало лишь мурлыканье. Поняв, где и с кем он, ниннеко закинул передние лапы на плечо, изображая воротник. — Я тоже хочу! — так и не возобновивший упражнение с листиком Юдсуки оказался рядом. — После тренировки! — интонации Мадары получилось скопировать хорошо. Изуна довольно улыбнулся. — Кохаку, — протянул так и не слезший с его плеча котенок, — а мне нравится. Буду Кохаку! Говорить о том, что уже предлагал это имя ранее, Изуна не стал. Дни, проведённые в роли самого старшего брата, научили хорошо следить за языком. *** Капуста, однако! Очередной слой одежды воспринимался как неизбежное зло. Одним больше, одним меньше — уже и роли-то не играет. Извращенцы! В такую жару так паковаться. И вот оно того стоило? Бордель, конечно, элитнейший, но скорее самого морально поимели во всех позах. Какое там “расслабиться”, не говоря уже о “получить удовольствие”, когда стоит забыться, и можно травмировать хрупкую гражданскую. А если учесть, что пока дело дойдёт до постели, начнёт преобладать желание убивать и спать... Ладно хоть “штукатурка” с девушки в процессе не опадала. — Таджима-сама, время уходит. — Сакура проскользнула в комнату, почтительно склонилась, а затем быстро вытащила из-за пазухи несколько конвертиков. — Мне ещё нужно привести в порядок госпожу. — Ладони куноичи засветились зеленоватым светом. Да, неловко вышло: ощущение, что всё же наставил девушке кучу синяков, не проходило. А ведь старался быть аккуратным. Спрятав послания, покинул покои Хитоми. Темнота не создавала трудностей. Не почувствовав поблизости никого, подавил желание пробежать по крыше, чтобы сократить путь. Нужно невзначай попасться на глаза кому-нибудь из местных полуночников. Коридоры и веранды как назло бы