После обеда, мужчины перешли в кабинет Альберта. Мне туда был вход воспрещён. С первого дня моего пребывания в этом доме. Это была единственная комната в доме, куда Альберт не разрешал мне входить и она всегда была заперта, независимо от того дома ли Альберт. Да я и не горела желанием туда попасть. Даже, если бы попыталась, то была бы избита. А мне это не надо. Я наоборот старалась меньше злить Альберта, чтоб он меня не убил. Несмотря на свою не сложившуюся семейную жизнь, я хотела жить.
Пока Альберт с братом занимались своими делами, я распорядилась подготовить комнату для Александра, ту которую заранее выбрал Альберт, а сама отправилась в свою комнату. Мне надо было поработать над бумагами фонда. Чем и занялась до позднего вечера. Когда глаза уже начали болеть от напряжённой работы, оставила все бумаги и сама вышла на балкон своей спальни.
Наши с Альбертом спальни были смежными, что мне несказанно радовало. После того, как он приходил и исполнял свой супружеский долг, я могла уединиться и дать волю своим эмоциям.
Очень часто представляла, оставшись наедине со собой, как бы сложилась моя жизнь если бы не этот брак. Я бы поступила в университет. Мечтала стать врачом и приносить людям пользу, помогать и лечить. Может быть вышла бы замуж за своего сверстника или за мужчину чуть старше меня. Родила бы иебёнка и жила бы с семьёй в окружении любви и нежности. Была бы счастлива.
Я даже допускала мысль, что было бы если бы мы с Альбертом поженились по любви, если бы это не было договорённостью между ним и моим отцом. Если бы я не была для них выгодным вариантом для достижения каждым из них своих целей. Если бы Альберт любил меня и я любила бы его...если бы. Как много если бы сопутствовали моё представление о нашей счастливой семейной жизни. Ведь если он умеет так играть на публику, то мог бы быть и на самом деле таким нежным и любящим со мной. Только этому быть...только в моих мечтах о счастье.
Приняв душ и высушив волосы, надела на голое тело короткий пеньюар чёрного цвета и легла в постель. Усталость дала о себе знать сразу и, как только голова каснулась подушки, я сразу провалилась в сон.
Сон был настолько глубоким, что я даже не услышала, как Альберт зашёл в мою комнату и лёг на мою кровать. Через сон я ощущала, как меня ласкают мужские руки. Это было нежно, возбуждающи, так как у нас никогда не было. Но это ведь сон...Даже не думала, что сон может дарить такие реальные чувства... Мне не хотелось просыпаться. И хотя я не видела во сне, кто доставляет мне это удовольствие, я знала, что это Альберт. Я чувствовала запах его парфюма в перемешку с запахом виски...Неужели я настолько нуждаюсь в его ласке, которую он мне не даёт уже пять лет, что хочу чувствовать её во сне? Нет же...Я всегда хотела, чтоб он ко мне не прикасался на самом деле, а не наоборот. Тем временем, он продолжал ласкать меня, доставляя удовольствие, а потом я ощутила его губы на моих губах...я распахнула глаза и встретилась с пронзающим взглядом Альберта. Осознание пришло сразу, это не сон.
Он повис надо мной. Несколько секунд пронзая меня свои взглядом, изучая меня, следя за моей реакцией, а потом впился в мои губы жёстким поцелуем, но всё так же лаская меня одной рукой между ног. Я не смогла сдержаться и громко простонала ему в рот. Вдруг, прервав поцелуй, он раздвинул мне ноги и вошёл в меня резко, грубо, причиняя мне боль. Всё снова встало на свои места. Он снова стал бесчувственным Альбертом, разрушающим всё вокруг. В частности — меня.
Но, на этот раз, всё было по другому. После очередной порции грубости, Альберт столкнулся с моим отрешённым взглядом. Он смотрел на меня, а потом снова поцеловал, но на этот раз нежно?! Я была в растерянности, что с ним? Это опять игра? Но ведь в спальне только мы вдвоём... Что произошло с Альбертом? Почему он решил этой ночью стать другим? Мысли смешались, но это новое ощущение влекло за собой. Я стала смелее с ним, раз он сегодня такой, то и я наверное смогу забыться на короткое время. Обвила руки вокруг его шеи. Он на мгновение замер, но потом, не прерывая поцелуя, продолжил двигаться во мне. Но на этот раз более сдержанно что-ли. Не так грубо и жёстко, как обычно. Я испытывала такие чувства, которые были впервые. Он терзал мои губы, мою грудь и двигался во мне. Это было новым и невероятным, во мне нарастало неведомая волна и вот ещё чуть–чуть и я взорвалась, разлетелась на тысячи маленьких осколков. Я простонала его имя. Впервые за пять лет.
От избытка чувств и новых ощущений, из глаз потекли слёзы. Тоже впервые. Нет, конечно я плакала и много, но только не перед Альбертом, что его и бесило больше всего. После каждого избиения и насилия, когда он ждал, что я буду лить слёзы, я всегда сдерживалась, насколько плохо бы мне не было. Он не должен был их видеть.