- Я все слышу! - погрозил пальцем дракон.
- Я ни-ни... боюсь темных шахт и сырости. - Ужаснулся Эрнаандо.
- Тоже мне, Подгорный Змей называется!
- И не говори, сосед, одно название и осталось. А так: пенсия на носу, радикулит и насморк...
Альеэро хмыкнул и, махнув брату рукой, вышел из столовой. За ним потопал и Саэрэй.
- Полетим на пегасах. Нам уже запрягли двухместный экипаж. - Сказал младший Змей и открыл дверь, ведущую в сторону конюшни.
- Как скажешь, будущий родственничек. - Благодушно улыбнулся Сааминьш и подумал: "Знать бы, что так повернется дело, взял бы и дочек!"
Через полчаса запряженный пегасами летучий фаэтон стартовал с подъездной аллеи дворца в расцветшее сине-зелеными красками небо.
Немного опаздывая к назначенному времени, последнюю часть пути до городской почты Тони с парнями бежал бегом, а Марж, смешно подкидывая задние лапы, норовила запрыгнуть Иржи на руки. В конце концов, он ее подхватил и повесил на шею, магически уменьшив вес.
- Так. Подождите немного здесь. - Остановил их эльф на углу дома перед центральным почтовым отделением. - Не стоит сразу пугать нашим численным составом моего приятеля. А то решит, что его хотят ограбить! Хотя, я и так его ограбил... Но все равно, пока постойте.
И он вышел из-за угла, направляясь к запряженной четверкой пегасов почтовой карете.
Волшебные кони расправляли крылья и переминались с ноги на ногу в ожидании полета.
- Хей, Эриэл, старина, я пришел! - негромко позвал эльф в ночной тишине.
У входа в почтовое отделение тут же зажглись огни, и хлопнула дверь, выпуская светловолосого курьера в мундире и фуражке.
- Едем, Тони. Уже все готово. Забирайся!
- Слушай, Эриэл, у меня тут пара мальчишек с кошкой. Это по моей работе. Надо доставить в Зеленый Град, в Клан Оленей. Вернее, к их двоюродным братцам - Сайгаакам.
- Ты бы им лучше девочек ромаальских привез. Вот порадовались бы! Ну ладно. Они хоть маленькие? По сиденьям скакать и орать не будут?
- Спокойные, неприхотливые ребята. Сядут в уголке, ты их и не заметишь.
- Смотри, поверю на слово. Если что не так, выкину при первой остановке. Ты меня знаешь.
- Знаю, знаю. Йожеф, Иржи, идите сюда! - Махнул им Тони рукой из-за кареты.
Фаркаш вырулил на угол дома и приуныл.
- Йожеф, ты что?
- Карета, пегасы...мы что, полетим? - лицо парня потихоньку вытягивалось и зеленело.
- Хорошо. Быстрее доберемся. Постой, ты боишься летать?
- Меня укачивает, Иржи... Как сажусь в самолет, сразу достаю пакет.
- Сядем, я что-нибудь придумаю! Давай шевелись, младенчик.
Ребята, подойдя к карете, были подвергнуты тщательному внешнему осмотру высокомерным эльфийским курьером.
- А они насекомых мне не натащат? - С сомнением в голосе спросил Эриэл у Тони.
- А зачем они Вам? - Похлопал Иржи ресничками. - Вы их щелкаете вместо семечек?
Тони хмыкнул, а Эриэл махнул рукой:
- Полезайте на лавку у окна. И тихо. - Потом повернулся к приятелю и погрозил пальцем. - Ты обещал!
Все расселись, и невидимый кучер, сидящий за прозрачным щитком спереди, слегка пошевелил вожжи, просунутые в зачехленные отверстия. Пегасы плавно начали свой разбег по взлетной дороге.
- Иржи...- проскрипел зубами Фаркаш и стиснул локоть друга.
Тот немного подумал и, закусив губу, выдал:
- Sjmnus usque ad locum, - ткнув пальцем в Йожефа.
Тот зевнул, сонно посмотрел по сторонам и, положив голову Иржи на плечо, тихо засвистел носом.
Марж, недовольная захватом нагретой территории, сползла на колени, вытянув хвост и задние ноги на руку Йожефа.
Последний рывок, и копыта летающих лошадей оторвались от земли, взмывая в ночное небо. В его бархатной темноте ярко светили крупные звезды, серебрившие своим искристым светом прозрачные кромки высоких облаков, задумчиво проплывающих над спящею землею в дальние, солнечные края. Туда, где прольются, наконец, теплым летним дождиком, смывающим пыль с виноградных листов и плоских иголок шелестящего на ветру хвойного леса.
Карета с тихим свистом летела над маленькими поселками и возделанными полями. Над черными блестящими реками с сидящими по берегам русалками, которые махали им вслед руками и зажатыми в них водяными лилиями. Где-то в стороне, подняв приветливо шляпу с круглыми полями, пролетел на большом белом зайце колдун. Задние лапы косого так прытко отталкивали воздух, что колдун скоро превратился в маленькую точку, а затем и вовсе исчез. Иржи, поправив голову друга на плече, посмотрел вниз. Там, на лесной поляне, развесив на ветвях магические огни, кружились в легком танце длиннокосые дриады.
Марж успокаивающе урчала, Фаркаш сопел, Тони с Эриэлом вспоминали учебу, давясь негромкими смешками. Иржи и сам не заметил, как глаза его закрылись, и он тоже уснул.
Желтое светило уже выкатилось из-за горизонта на глубокое небо, сделав его своими лучами пронзительно-синим. Маленький провинциальный городок встречал очередной день своей тихой и размеренной жизни, когда на его центральную площадь перед ратушей приземлился роскошный, отделанный блестящими металлическими обводами, фаэтон правящей семьи, запряженный парой великолепных, мощных золотистых пегасов.
Градоправитель, живущий в особняке по соседству, только уселся в халате завтракать, покинув роскошные объятия молодой супруги, с огромным трудом выторгованной у старосты соседней деревни, который был ей батюшкой и утверждал, что сие дитя является плодом его плодом любви с местной русалкой. В это утверждение невольно, хоть и с трудом, верилось, поскольку жена старосты была мала, суха телом и чернява. А девица, наоборот, телом бела, широка в кости, круглолица и светлокоса. И любому мужику при взгляде на роскошную грудь, белые плечи и синие глаза, наивным взглядом задевающее за живое нечто, находящееся ниже пупка, еще долго не хотелось без внутреннего сожаления смотреть на собственную жену без тоскливого вздоха: "эх, поторопился...". Так вот, несмотря на огромное количество единиц мужеского пола, утрамбовавших деревенскую дорогу до состояния асфальта, староста воротил от претендентов нос, постоянно задирая и так высокую планку отбора потенциальных женихов. Невеста сидела у окна, хлопая целыми днями коровьими глазами, а староста, выставивший товар лицом, ухмылялся и ловил золотую рыбку в мутном потоке недовольных произволом претендентов.
И вот надо было случиться такому, что овдовевший градоначальник возвращался как-то через этот населенный пункт после дружеского "официального" визита с охотой и последующей трехдневной попойкой из соседнего города. Сначала ему понравилась дорога. Ровный, утрамбованный до каменного состояния, грунт шириной в две повозки так восхитил чиновника, что он изволил отдернуть занавеску и начальственным оком рассмотреть это чудо в деталях. Но, почти миновав стоящий в центре деревни роскошный двухэтажный дом, глаз зацепился за розовые ставни в середине, а потом уперся в необыкновенную красотку, сидящую в окне словно в витрине, с распущенными светлыми волосами и грызущую от скуки семечки. Шелуха, летевшая вниз, тут же разбиралась бегающими под окошком мужичками на сувениры.
Градоправитель забарабанил кучеру в стенку, и карета, сделав плавный разворот, причалила к резному крылечку. Едва слуга открыл дверцу, как на крыльце материализовался здоровый черноволосый и чернобородый мужик в нарядной рубахе и портах. Пряча за густыми бровями пляшущих в глубине синих глаз бесенят, он торжественно предложил зайти в дом, выпить да закусить. Чиновник приглашение принял и в течение двух оборотов терзал перенасыщенную в другом месте плоть брагой, квасом, окрошкой, поросенком и его ушами, сваренными в меду... Под конец, доверительно посетив отхожее место, он все-таки поинтересовался, что за прелестное видение он случайно заметил в окне? Староста мысленно потер свои здоровые лапы. Именно на подобную дичь и охотился хитрый и расчетливый мужик.