Осторожно выбравшись из объятий, Сен тихо поднялся на ноги, медленно сдвинул седзи и вышел на энгаву. Оказавшись на улице, парень потёр горящее лицо, чувствуя: он окончательно перестаёт понимать, что с ним происходит. Так-то ничего сверхъестественного, определённые желания порой возникали, но почему не приснилась куноичи-Сенджу? Или какая-нибудь обитательница квартала развлечений? Назуми. Учиха. Некстати вспомнилось ощущение горячих ладоней на спине. Разговоры. Взгляды из-под пушистых ресниц. Улыбки, и едва заметные, и открытые, от которых всё лицо девушки словно светилось.
Ночная прохлада заставила поёжиться. В памяти снова всплыл разговор с главой. Таджима-сама был серьёзен. Да, с лидера Учиха сталось бы сделать так, что возвращение в клан оказалось возможным.
Отказался. Он сам отказался от шанса прекратить это безумие. Чтобы обезопасить свой клан. Во всяком случае, хотелось верить именно в такую формулировку.
Кажется, сумасшествие началось с самого момента его захвата в плен, только проявилось не сразу, как коварная болезнь забралось глубже в тело. В самую душу влезли, ёкаи красноглазые! Сен обхватил себя руками. Вот только от памяти никуда было не деться.
“Я не собираюсь усиливать Учиха!” — собственный голос звучал как со стороны. Ещё помнилась надежда, с какой он садился на траву: может, его просто убьют и всё закончится?
“Ну и ладно!” — мальчишеский возглас и неожиданные объятия словно сломали реальность окончательно. Ожидая удара и сознательно подставляясь так, чтобы он стал последним, получить это… Изуна-кун потом показывал, как он так ловко прятал кунай в потайных ножнах, что оружие даже не чувствовалось.
— Сен-кун, — тихий оклик, горячие руки обхватывают уже в реальности. К спине прижимается Назуми. Почти как во сне. Изящные ладони мягко погладили от ключиц до живота, рождая волну жара, легли на пояс, практически касаясь узла. — Жалеешь о своём решении?
— Назуми-чан, — парень удивился тому, как прозвучал собственный голос. Понять вопрос удалось не сразу. — Я принял его сознательно и обдуманно.
Дыхание сбилось, а девушка мягко сдвинулась так, чтобы оказаться к нему лицом. Понимая, что вот-вот сорвётся, Сен наклонился, уткнулся лбом в удачно подвернувшееся плечо и прикрыл глаза.
В следующую секунду Сенджу пожалел об этом решении, потому что теперь Назуми почти касалась губами его уха.
— Может, хватит бежать от себя? — шепот и горячее дыхание. Ладони мягко оглаживали спину и не давали отстраниться. — Не надо изводить себя, мы ведь с братом всё видим.
— Куро-кун, он… — догадка, почему тот до сих пор отсутствует, обожгла огнём.
— Он этой ночью скучать не будет, — многообещающе усмехнулась Назуми, — а вот мы пока зря теряем время, — девушка решительно начала распутывать узел на поясе. — Я не хотела, чтобы ты принял это за попытку воздействия.
***
Рюозо подал знак остановиться. Оторвались. Об этом оповестили кружащие в небе соколы и таящиеся в кронах вороны. Патрульный рейд едва не кончился плохо. В самой встрече не было ничего удивительного, а вот интерес представители лесного клана проявили неожиданный. Традиционные обмены метательным железом и короткая стычка быстро переросли в настоящий бой.
В этот раз им попался отряд Сенджу, возглавляемый Рокеро. Вот уж с кем встречаться не хотелось! Живыми смогли уйти лишь потому, что до мальчишек, уверенных, что количество чакры и шаринган решают всё, удалось-таки донести писанные кровью истины.
Рюозо сел на землю, едва не застонав блаженно. Наконец-то можно было вытянуть ноги, позволить себе немного расслабиться, перевести дух. Хорошо знакомое чувство начинающегося чакроистощения разлилось по телу. С некоторым злорадством мужчина отметил, что его подопечные изрядно запыхались и потеряли большую часть гонора. Прижженные катоном раны выглядели скверно. Представив, как старейшина Цукико будет в очередной раз ругать и его, и подопечных за такое “лечение”, Рюозо только вздохнул. Альтернативы пока не было. Ощупью найдя в подсумке пакетик с пилюлями, мужчина отправил одну из них в рот и разжевал, почти не чувствуя вкуса.
Теперь демонстрировать слабость было нельзя. Только не перед вверенным главой отрядом. Мальчишки лишь недавно перестали хорохориться и действительно начали признавать командиром. Пока авторитет могла пошатнуть и такая малость. Таджима-сама своё решение озвучил недвусмысленно, серьёзно возникать никто больше не смел, но юношеская горячность то и дело давала о себе знать.
Рюозо прикрыл глаза, отсчитывая мгновения до того, как пилюля подействует, и обдумывая, что сказать главе. Весточка уже должна была попасть в клан, значит, сменный отряд спешит на помощь.
Момент, когда Таджима-сама ввёл его в своё окружение, ускользнул от внимания. Незаметно всё произошло. Отряд сильнейших шиноби клана принял к себе как равного, как достойную замену погибшему товарищу. Даже по возрасту они с Горо-саном были почти ровесниками.
А вскоре выяснилось, что Сенджу, с которым всегда сражался его предшественник, никуда не исчез.
— Привалило счастье на старости лет… — пробормотал мужчина.
— Рюозо-тайчо? — встрепенулись подчинённые.
— Если вы перевели дух, выступаем. — Он не стал вдаваться в подробности. — В спокойной обстановке всё обсудим. Нужно добраться до укрытия. Сенджу не пытались нас убить, целью был захват.
Сборы не заняли много времени. Ведя отряд к цели, Рюозо прислушивался к своим ощущениям.
Очаг заработал интенсивнее, чакра теплой волной прокатилась по телу, давая обманчивое чувство, что необходимый отдых получен, но мужчина не обольщался. Чем чаще прибегаешь к подобным стимуляциям, тем тяжелее откат. Через несколько часов организм потребует настоящую передышку, и отказаться от неё будет чревато.
На ум начал всё чаще приходить вопрос, как долго удастся продержаться, получив такое “наследство”. Сенджу был силён. Настолько, что при случае взял бы его измором, не потратив и четверти резерва. Пока спасал опыт, да и не было необходимости сцепляться всерьёз.
Пользуясь тем, что подчинённые не видят его лица, Учиха прикусил губу.
У многих родичей были давно выбранные противники из другого клана. Те явно отвечали им взаимностью, тоже целенаправленно пробиваясь навстречу через неразбериху боя. Вот только Рюозо всеми силами старался подобного избежать. Не вышло.
Впору было поверить в старые байки про связь, сохранившуюся со времён сыновей Рикудо.
Оставалось пойти по стопам деда, стать новым Тенгу. Ведь такому противнику нужно соответствовать.
***
Ощущать кору через плотную одежду довольно приятно. Прижался спиной к стволу, чуть поёрзал на насесте, устраиваясь удобнее. Перехватил блокнот так, чтобы ветер не перевернул страницу. Изящное очертание ветки легло на бумагу, чуть прорисовал текстуру коры. Затемнил листья, оставив приглушенные блики. Дорисовал ползущего жучка.
Ударяться в гиперреализм не хотелось, так что убрал карандаш и полюбовался результатом.
— Хидеки-сан уже который день приходит в дом главы.
Услышанный снизу голос заставил убрать блокнот и прислушаться.
Хидеки? Конечно ходит. Ближайший ведь помощник старейшины Кейтаро. А мы всё никак не можем придти к устраивающему нас обоих решению. Как сделать так, чтобы и миссии выполнялись, и группы обучались. Подозреваю, старик посылает парня, когда понимает, что начальство уже видеть не может.
Две пожилые женщины из тех, кто обеспечивал клановый быт, неспешно шли мимо. Меня они, конечно, не заметили и продолжили разговор.
— Думаешь, Таджима-сама решил выбрать сестре другого жениха?
От подобного заявления испытал желание звучно впечатать ладонь в лоб. На этот раз говорившей женщине, для разнообразия. А то себе скоро синяк в форме руки набью таким действом. Слишком часто в последнее время приходилось делать этот жест, хотя бы мысленно.
— Да кто же знает! Только с Хизао-сана какая теперь опора… Жаль, талантливый был мечник!
Подавил желание явиться тенью отца Гамлета и заявить, что с учётом ситуации в брак с Хидеки придётся вступать мне. После всего того взаимного сношения мозгов, какое у нас было. Но незачем давать ещё поводы для пересудов. Не поймут ведь шутку. Женщины прошли дальше, и к их разговору я больше не прислушивался.