Сачико мысленно обругала себя: не успела прикрыться или замазать шрам толстым слоем лекарства, чтобы сразу не было понятно его состояние.
Таджима встал за её спиной, подцепил пальцами немного мази и лёгкими движениями нанёс лекарство на рубец.
— Всё хорошо, — пробормотала девушка, — подумаешь, слегка натёрла. Я вполне выздоровела.
— Действительно хорошо? — от вопроса, шепотом заданного на ухо, куноичи почувствовала, как внутри всё сладко сжалось.
Да и глава теперь не столько обрабатывал рану, сколько ласкал. Сачико бросило в жар. Вспомнилось, что у них уже давно ничего не было, и вряд ли мужчина завёл себе любовницу в провинции.
Горячее дыхание коснулось кожи, а затем он легонько прихватил губами за шею. Чуткие пальцы теперь поднялись выше, лаская грудь.
Сачико протянула руку, погладив топорщащиеся волосы на затылке мужчины.
— Так гораздо лучше, — промурлыкала девушка, млея в кольце крепких рук.
— Ты действительно достаточно восстановилась? — мужчина развернул её к себе лицом и словно в душу заглянул. Сачико облизнула пересохшие губы.
— Кое от чего, пожалуй, стоит воздержаться, — всё-таки ответила она, — но, Таджима-сама, вы ведь сможете увидеть границы моей выносливости.
— Опять разводишь официоз в постели, — фыркнул мужчина.
— А мы ещё до неё и не добрались, — провокационно улыбнулась девушка, прижимаясь всем телом.
***
— Значит, никто даже примерно не может сказать, когда это произошло.
Оставшиеся на хозяйстве Хагоромо и соклановец красноречиво переглянулись.
— Я не в упрёк, — поспешил обозначить свою позицию для союзника, который ещё не до конца научился считывать наши эмоции. — Просто интересно. Да и надо искать замену. Ладно, это подождёт, нужно закончить начатое, а то так и не узнаем, кто пожаловал на этот раз. Час на подготовку!
Обоих шиноби как ветром сдуло. Хорошо, что даже не стал переодеваться. Чиркнул в склерозник заметку о необходимости найти хоть какого-то медика.
Прежний лекарь пропал. Скорее всего, это произошло перед смертью кокусю или сразу после неё.
Видно, старик опасался обвинений. Вот уж перед кем действительно неловко, совсем ведь не при делах был человек. Не говоря уже о том, что куча народу осталось без медицины. Если слугами могли заняться наши ирьенины, то вот к наложницам и разного рода мелким аристократам из свиты кокусю их лучше не пускать. У кого-то просто отсутствует знание всех тонкостей этикета, не хотелось бы порождать проблемы на ровном месте. А некоторым с барышнями работать придется лишь под гендзюцу. Одни визг поднимут и разговаривать не захотят, другие соблазнить попробуют. Как же, симпатичные парни!
— Я иду с вами, — в комнату вошла Сачико. Она уже успела освежиться и сменить доспехи на кимоно.
— Может, лучше отдохнёшь с дороги? Тем более, ты уже переоделась.
— Мы только и делали, что отдыхали. Везде, где было можно, — девушка примирительно подняла руки. — Обещаю на рожон не лезть. И вообще, для меня это прекрасная возможность пообщаться с отцом.
А это уже запрещённый приём! Вот ведь ещё проблема. Таро так и не поговорил с дочерью. От возможности остаться с ней наедине шиноби бежал как черт от ладана. Отдавать прямой приказ? Увольте, это должно быть решение Таро!
— Хорошо, — смирился с неизбежным. Не знаю, когда и как она собирается это провернуть, но сил нет смотреть разворачивающуюся трагикомедию. — Только обещай, что ради этого разговора не будешь подставляться под удары.
— Опасайся подобного не от меня, — посоветовала Сачико, развернулась и выскользнула за дверь.
Поняв, о чем она предупредила, лишь вздохнул.
Прикинув оставшееся время, плюнул на этикет. Нет времени разводить танцы с бубнами! Под прикрытием иллюзий направился в ту часть дворца, где располагались учителя юного аристократа.
Молодой мужчина с мечтательным видом складывал в оригами послание. Привлёк его внимание легким шорохом. Поймав взгляд, погрузил первого из наставников в иллюзию. Короткий приказ: занимайся с учеником, чем должен, а не интригуй. Чуть подумав, добавил в закладку мысль, что наградой может быть не только власть. Потом заставил поверить в вспорхнувшую птицу и отступил в тень.
Закладка легла слишком хорошо. То ли конкретный человек именно этим и занимался, то ли просто воля слабая. Судя по ухваченным обрывкам мыслей, его больше волновала некая красавица и зародившаяся идея довести дело до храма. Ну-ну, совет да любовь, я даже поспособствую! Юному аристократу в ближайшие годы отцовские прелестницы всё равно без надобности, а там своими обзаведётся.
Два почтенных старца увлеченно передвигали фигурки сёги. Демонстративно зашуршал в саду. Оба повернулись на звук, как репетировали. Их разумы погружались в иллюзию неохотно. Для начала внушил им образ неосторожно спрыгнувшего с дерева кота. Старики вернулись к игре. Убедившись, что гендзюцу прочно оплело их сознания, повторил приказ.
В этот раз переключить клиентов с тщеславия на что-то иное было сложнее. Ну, раз они так страстно сражаются за сёгибаном*, пусть и дальше уделяют внимание друг другу. Два пытливых разума до чего-нибудь стоящего додумаются.
Вернувшись в выделенные комнаты, перевёл дух. Голова потяжелела. Мда, танто махать привычнее. Вот этим и займусь в ближайшее время.
*Сёгибан — столик для игры в сёги.
***
Теперь было понятно, почему отец столько времени проводил в кабинете. Мадара не выдержал, впечатал лоб в столешницу. Благо, поблизости не было никого, кто мог бы попрекнуть таким недостойным наследника поведением. Почти все бумаги, с которыми он мог работать, уже были проверены. Оставалось пара подшивок.
Отчёт о потерях. Даже дотрагиваться до него оказалось неприятно. Сперва Мадара просмотрел лишь мельком, радуясь, что в списке не так много имён. После этого мальчик смог начать изучать детали. Ирьенины старались писать коротко и по существу, но всё равно единственное, что удалось понять — соклановцев убил сложный яд, образцы которого так и не получилось до конца разобрать на составляющие. Среди трофеев были и ингредиенты для разных снадобий, но не рецепты. Странные растения, которые удалось найти, стараниями Сена-сана уже проросли, но их Сенджу не был ирьенином и дальше не мог помочь с исследованием. Он даже не мог толком объяснить, как у него это получается.
Прикреплённый следом отчет о работе над телами убитых врагов тоже оказался малопонятным.
Вспомнился Хаширама и его владение шосеном. И ведь друг учил медицинские техники, не прерывая занятий, необходимых наследнику клана. Подобное осознание не вызывало зависти — у каждого свои сильные стороны и слабости. А вместе можно было бы прикрывать недостатки.
У Сенджу ирьенины лучше, наверняка они смогли бы разобраться. Вот если бы попробовать объединить усилия…
Но для этого необходимо было как минимум официальное перемирие. Вот только принимать такие решения он не имел права. И отец не примет, пока не появится серьёзной угрозы. Просто потому, что иначе этого не поймут.
Представлять их с Хаширамой вместе разбирающими задачи было приятно.
Те упражнения, которые отец предложил для них, Мадара показывать другу не решился, ведь это касалось кланового обучения. Но так хотелось. А вот окажись они союзниками, наверное, стало бы можно. Интересно, какие бы решения предложил Хаширама?
Отвлёкшись от мечтаний, мальчик просмотрел бумаги, ожидавшие отправки к отцу.
Внутри всё скрутилось в тугой узел. Большая часть шифровок была пока недоступна. Но и то, что он смог прочесть шаринганом с двумя томоэ, взволновало. Неужели взрослые, видя неизбежность войны, будут бездействовать? Хотелось действий. Но единственное, что он мог, — отправить письмо отцу.
***
Вклиниться между соклановцем и его противником удалось в последний момент, не успев завершить движение и неловко подставив под удар кунай. Не дожидаясь травмы, разжал пальцы, чувствуя, что оружие выворачивает из руки. А затем, сложив печать, просто выплюнул огонь в лицо не успевшего уйти врага. Чакры использовал много, струя вышла яркой и большой, охватившей всё тело. Через миг пришло понимание, что противник ушёл техникой замены и полыхает бревно. С каждой секундой всё больше бледнеющая Сачико, тем не менее, ловко отбила прилетевшие кунаи.