Но Глеб просто велел мне встать, взять его за руку и успокоиться, прежде чем мы вернемся в наполненный людьми зал. Роберта к тому времени уже нигде не было видно. Мы с братом попрощались с гостями, а потом Глеб отвез меня домой и, оставив с Аглаей, куда-то ушел.
Вода в ванной уже становилась прохладной, но я не чувствовала холода. Я оцепенела до глубины души. Слезы иссякли, осталась только тупая боль.
Вскоре пришла Аглая и помогла мне выбраться из ванны. Одевшись, я рухнула в постель, желая проспать всю ночь напролет и никогда больше не просыпаться.
Я уже начала засыпать, когда почувствовала, что кто-то сел на край моей кровати. Устало приоткрыв глаза, я увидела Глеба. Он нежно гладил меня по волосам, говоря, что все будет хорошо.
Я закрыла глаза и погрузилась в блаженную темноту. Последней моей мыслью было то, что он, должно быть, мне просто приснился, потому что это было невозможно. Мой брат никогда не был нежен со мной и никогда не утешал меня. Он был всегда задирист и груб.
Но, когда сорвалась моя последняя слеза, я мысленно взмолилась, чтобы его слова оказались правдой. Что все будет хорошо…
POV Даня
*За несколько месяцев до начала “Хулиган. Его тихоня”*
— Когда же ты перестанешь позорить нашу семью, Данил?
Я сильно пожалел, что не лег спать пораньше или не ушел из дома. Часы только что пробили полночь и мои родители вернулись со встречи. Я растянулся на диване в своей комнате и читал комиксы, когда они внезапно ворвались в дом и начали свои нападки.
— Ты не пошел на встречу, хотя я специально просил тебя прийти, — отец расхаживал перед мной с разъяренным видом. — Даже твой друг Кирилл был там со своими бабушкой и дедушкой, а у меня не было сына, которым я мог бы похвастаться.
Что за чушь.
Бабушка силой утащила Черепа за собой. И, зная его, он, вероятно, ушел еще до истечения первого часа.
Вениамин смотрел вперед, выглядывая из-за спин моих родителей, которых сопровождал на этой самой встрече, когда я взглянул на него. Наш мажордом, как его любила называть мама, или в простонародье управляющий домом, и телохранитель, коим Вениамин является для нас с отцом, поймал мой взгляд и покачал головой: как бы извиняясь за то, что не смог помешать родителям войти в мою комнату.
— Ответь своему отцу, сынок, — тихо проинструктировала меня мать и я сосредоточился на ней.
Я с трудом проглотил гневную реплику. Они всерьез думали, что я уступлю их диктату? Отец видите ли попросил меня прийти? Этот человек даже не потрудился сообщить мне об этом лично, а только послал горничную передать мне это распоряжение.
И моя мать. Моя холодная, непреклонная мать.
Неужели она думала, что все еще может указывать мне, что делать, после всего того дерьма, через которое я прошел из-за нее?
Я знал, что вел себя как непослушный подросток. Но и не мог просто приложить усилия к тому, чего хотели от меня родители, потому что я никогда по-настоящему не заботил их. Они думали только о репутации и финансовом благополучии семьи. Они никогда даже не хвалили меня за все хорошее, что я делал. А когда я перестал им покоряться, они вдруг заметили меня и стали уделять мне внимание. Так и зачем что-то менять?
— Это твоя вина, — сказал отец моей матери. — Если бы ты не нянчилась с ним, если бы не баловала его, он бы не стал таким.
— А что я, по-твоему, должна была делать, Денис? — мать приподняла идеально выщипанную бровь. — Ставить его в угол? Хлестать ремнем? Орать на него матом за каждую провинность? Достаточно было того, что так делал ты.
— Ты продолжаешь защищать его до сих пор.
— Он мой сын. Я буду продолжать защищать его. Даже от тебя.
— Вы можете не устраивать скандал в моей комнате? — я тяжело вздохнул и медленно сел.
— Видишь? — насмешливо спросил отец. — Ты думаешь, я буду терпеть такое неуважение?
— Что плохого в том, что он не хочет наблюдать ссору родителей. И, пожалуйста, Данил, ради Бога — перестань настраивать отца против себя.
— Глеб Градов был подростком, когда начал работать в компании своего отца, — отец сердито ткнул в меня пальцем. — И я хочу, чтобы ты начал интересоваться нашей компанией, или я лишу тебя денег и вышвырну из дома.
Это была лишь еще одна угроза, которую отец никогда не осуществит.
— Денис, ты только устроишь еще один скандал, если сделаешь это.
— Меня тошнит от его такого поведения, Алёна. Пришло время напомнить сыну, как ему повезло родиться в нашей семье.
Повезло? Мне повезло? Однозначно нет.