— Он занят учебой, — возразила моя мать. — И, между прочим, учится хорошо. Наш сын не так безнадежен, как ты считаешь.
— Он общается с этими малолетними преступниками. Не думай, что я не в курсе его выходок с ними.
На кой черт им выяснять отношения, находясь в моей комнате? Им что, дома мало?
— Денис…
— Не смей выгораживать его и спорить со мной об этом, Алёна! — взревел отец и я невольно напрягся. — Теперь я действительно начинаю думать, что его поведение — полностью твоя вина!
— Не разговаривай с ней в таком тоне.
И отец, и мать уставились на меня после подобного замечания. Отец нахмурился еще сильнее, потому что мои слова предназначались ему, в то время как мать выглядела ошеломленной. Я мог ненавидеть ее, но она все равно оставалась моей матерью. Даже после того, что она со мной сделала, я все равно защищал ее. Потому что, по какой бы гребаной причине это ни было, я знал, что мама сделала это ради меня.
Я проигнорировал удивленное выражение лица матери и не сводил глаз с отца.
— Тебе разве не нужно никуда идти? — спросил я сквозь стиснутые зубы, пытаясь держать себя в руках, но безуспешно. — Например к своей секретарше-любовнице. Она то тебя со всех сторон устраивает, в отличие от нас с мамой.
Его кулак врезался в мою челюсть, до того как я успел среагировать. Я повалился на бок, в ушах неприятно зазвенело.
— Денис, прекрати! Отойди от него! Данил, с тобой все в порядке?
На мое лицо легли мягкие ладони матери, но я импульсивно оттолкнул их.
— Я в порядке, — пробормотал я, качая головой.
— Вениамин, не стой столбом! Вызови врача!
— Я сказал, что со мной все в порядке! — прорычал я, вскакивая на ноги. — Я ухожу.
— Куда это ты собрался? — проревел отец, готовый оттащить меня за шкирку назад, если бы не мать, которая остановила его.
— Подальше от тебя! — крикнул я, захлопывая дверь своей комнаты.
Как это было всегда, Вениамин поплелся за мной, когда я выбежал из дома и направился в гараж.
— Оставь меня в покое, — рявкнул я, остановившись перед своей тачкой.
— Вы заведены, Данил Денисович. Вам не следует садиться за руль в таком состоянии.
— Кто ты такой, блять, чтобы указывать мне, что я должен или не должен делать?!
— Я вам не враг, — тихо заметил Вениамин.
Я уставился на него, поджав губы, но не отпуская своей злобы.
— Ты на стороне родителей, а не на моей.
— Я уже доказал вам обратное однажды, Данил Денисович. И буду доказывать вам это снова и снова.
Вениамин проработал главой дома немногим более полугода. И да, он проявил себя, когда не рассказал моему отцу о том, что я и мои друзья сделали с насильником Жени Назаровой, проблемной студентки нашего универа. Он даже помог нам скрыть все это. И после того случая он часто помогал мне в подобных вопросах
Но я все равно относился к нему настороженно. Вениамин знал это и именно поэтому действовал осторожно.
— Вам звонят, — подсказал он, когда я не заметил звона своего телефона из-за своего состояния.
Звонил Влад, один из моих друзей, который просто так никогда не звонил.
Сделав глубокий вдох, я гневно ответил:
— Да?
После некоторой паузы, Рябинин соизволил ответить.
— Надо же, какие же мы сегодня злые, — съязвил он.
Я глубоко вздохнул, набираясь терпения.
— Просто скажи, какого хрена ты весь вечер обрываешь мой телефон, Влад.
— Ты должен прийти, — невнятно произнес он.
— Куда?
— В бильярдную, — на линии раздался треск. — Череп снова затеял мордобой.
Да вашу мать.
— Сейчас буду. Убедись, что вы двое останетесь там живы до тех пор.
Я отключился и увидел, что Вениамин уже набирал сообщение на своем телефоне.
— Ты услышал?
— В данный момент мои люди уже проверяют состояние ваших друзей, Данил Денисович.
У этого бывшего военного был невероятно острый слух и впечатляющие возможности решения проблем.
— Напомни-ка, зачем тебе гонять горничных в доме, если ты можешь просто стать главой охраны?
— Платят больше, — ухмыльнулся он, явно вспомнив свою первую зарплату из моих рук за подработку моим личным помощником в каверзных делах.
— Ясно. Я поехал, — сказал я ему.
Вениамин поднял взгляд, убирая телефон обратно в карман пиджака. Он долго смотрел на меня, а затем предложил:
— Данил Денисович, может быть, мне лучше сесть за руль?
— Валяй, — согласился я, решив, что спорить с ним слишком трудно. — Поехали.
Поездка в бильярдную прошла в тишине. Я смотрел в окно, стараясь ни о чем не думать и пытаясь избавиться от гнева до того, как увижу своих друзей. Челюсть все еще ныла, но симпатичное личико волновало меня сейчас меньше всего. Мне нужно было убедиться, что с парнями все в порядке.