Что, если бы она этого не сделала?
Я надел черные спортивные штаны и толстовку с капюшоном в тон. В фургоне было слишком тесно, поэтому я выскользнул на улицу, сел в свое зеленое походное кресло и, запрокинув голову, стал любоваться звездами.
— Прекрасная ночь.
— Что за… — Я вскочил со стула, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу. — Господи, Гарри. В следующий раз, блять, шумите. Вы меня до смерти напугали.
Она плюхнулась на стул.
— Вы хоть собираетесь извиниться? — спросил я, глядя на нее сверху вниз.
— Нет.
— Мило, — пробормотал я и вернулся на свое место. — Почему вы не спите?
— Вы первый.
Я ни за что не собирался объяснять причину своей бессонницы.
— Так я и думала. — Даже в темноте я мог разглядеть ухмылку на ее лице.
Я вздохнул, давая своему сердцу несколько минут на то, чтобы вернуться к нормальному ритму, а затем снова поднял взгляд к небу.
Гарри сделала то же самое, усевшись в свое кресло и скрестив ноги в лодыжках. Я не видел ее с того дня, как она принесла это кресло. Каждый раз, когда я уходил и возвращался, я задавался вопросом, не забрала ли она его. Но оно уже несколько дней стояло рядом с моим.
На ней была фланелевая пижама с различными красными и черными принтами. Топ был подобран в тон брюкам, а на ногах у нее были желтые сабо, такие туфли обычно оставляют у двери, если вам просто нужно выйти на минутку.
— Я вас не разбудил? — спросил я.
— Нет. Заснуть не всегда легко.
Она не объяснила, почему. Я не просил ее об этом. Мы просто сидели в своих креслах, окутанные прохладным ночным воздухом, и смотрели, как исчезает завеса тьмы.
К тому времени, как солнце показалось из-за горизонта, я решил, что в Каламити нет никого, с кем я хотел бы жить рядом, кроме Гарри. Мало кто мог предложить тихую компанию.
— Думаю, пора позавтракать, — сказал я, нарушая молчание.
— Завтрак — это хорошо. — Она вскочила на ноги. — Вы угощаете.
— Я собирался поесть здесь.
— Потому что вы скряга или… — Уголки ее губ приподнялись, когда она замолчала.
— Я не скряга. — Я оплатил все счета в «Джейн» тем вечером, не так ли? — Я не люблю общественные места.
— Так что вы будете прятаться здесь вечно.
— Нет, я строю дом. Как только все закончится, я спрячусь там навсегда.
Она рассмеялась гортанным, сочным смехом женщины, которая смеялась нечасто.
— Вы можете спрятаться завтра. Возьмите свой бумажник.
Я фыркнул, но встал и выполнил приказ, взяв с прилавка свой бумажник и бейсболку. Затем мы вместе отправились в центр города. Я в спортивных штанах. Гарри в пижаме.
Было еще достаточно рано, чтобы магазины и офисы были открыты. У кофейни стояло несколько машин, а перед кафе — еще несколько, но в остальном на тротуарах было тихо. По противоположной стороне Первой улицы шел мужчина. Когда он взглянул в нашу сторону, я пониже натянула бейсболку.
— Это Грейсон, — сказала Гарри. — Он помощник шерифа. Хороший парень.
Я пожал плечами и продолжил идти. Мы были в квартале от «Уайт Оук», где нас ждал завтрак и уединенная кабинка.
Гарри указала на женщину, которая выгуливала своего лабрадора в нашу сторону.
— Это Карли. Она была лучшей подругой Марси с шестого класса.
— Лаааднооо, — протянул я и надел капюшон.
Гарри усмехнулась.
— Как вы думаете, что именно произойдет, если вы покажетесь?
— Скорее всего, меня побеспокоят.
— Вас побеспокоят. — Она кивнула. — Если вы будете держаться особняком, то всегда будете новеньким. Как вы думаете, к Люси Росс пристают каждый раз, когда она приезжает в центр?
— Не знаю. Пристают?
— Нет. Потому что она одна из нас. Это ее дом.
— А как насчет туристов?
— Я уверена, что время от времени кто-нибудь просит у нее автограф. Но если бы я увидела Люси в толпе людей, и она выглядела бы смущенной, как вы думаете, что бы я сделала? Как вы думаете, что бы сделал кто-нибудь из нас?
— Пришел бы ей на помощь.
— Вы умнее, чем кажетесь. — Гарри похлопала по своему виску. — Но я не уверена, что стала бы спасать вас.
— Хорошо. — Я снял капюшон и приподнял поля бейсболки. — Лучше?
Она ответила самодовольной улыбкой и подождала, пока я открою дверь «Уайт Оук».
От запаха бекона и булочек с корицей у меня заурчало в животе, когда мы вошли внутрь. Гарри не стала задерживаться у стойки администратора. Она взяла два меню из стопки и направилась к столику. Она выбрала кабинку в углу? Нет, она выбрала столик в центре кафе.
Я сел на стул напротив нее и уткнулся в меню.
— Доброе утро, Гарри. — Появилась официантка с графином кофе и двумя керамическими кружками.
— Доброе утро, Марси.
Это имя заставило меня поднять глаза.
— Две Марси в Каламити. Моя дочь, — объяснила Гарри. — И Марси Дэвис.
— Ааа.
Гарри пнула меня под столом.
— Что? — Я стиснул зубы, потирая голень.
Она мотнула подбородком в сторону Марси.
— Ооо. — Я вздохнул и протянул руку. — Приятно познакомиться, Марси. Я Кэл.
— Вы уже заходили несколько раз. — Она пожала мне руку. — Добро пожаловать.
— Спасибо.
— Я оставлю вас, ребята, на несколько минут, — сказала Марси и исчезла.
Гарри налила кофе нам обоим.
— Это было так сложно?
— Да, — сказал я, поднимая свою чашку. Напиток был почти обжигающим, но я все равно отхлебнул.
Дверь открылась, и в комнату влетела женщина, одетая в темно-коричневые брюки и черную блузку без рукавов. Ее волосы были собраны в узел, открывая длинную линию шеи. Шею, которую я целовал всего несколько дней назад.
Нелли.
Господи, как же она была прекрасна. Мое тело отреагировало мгновенно, как и всегда. Стук моего сердца. Мне пришлось заставить себя сделать глубокий вдох. Прилив жара.
Перестану ли я когда-нибудь желать ее?
Гарри проследила за моим взглядом и, повернувшись, заглянула через плечо. К тому времени, как она повернулась ко мне, мои глаза уже снова были прикованы к меню. Она оказала мне услугу, начав читать и свое тоже.
Я рискнул бросить еще один взгляд в сторону двери и увидел, что зеленые глаза Нелли выжидающе смотрят на меня. Они слегка расширились. Затем она расправила плечи и направилась к кабинке.
Она не была пустой.
Нет, напротив нее сидел другой мужчина.
Он встал и поцеловал ее в щеку, прежде чем она успела сесть.
Это была моя гребаная щека.
Только это было не так. Потому что Нелли была здесь на свидании.
Глава 8
Нелли
Обычно после перепихона мы с Кэлом месяцами не виделись. Мы были за тысячу миль друг от друга. Прошло всего три дня с тех пор, как он был в моем доме. И трех дней было явно недостаточно.
У меня не было времени простить себя за слабость. У меня не было времени разделить секс. У меня не было времени напомнить себе, что единственными чувствами, которые я испытывала к Кэлу Старку, были презрение и раздражение.
Мне нужно было больше трех дней. И мне действительно было нужно, чтобы он был в другом настроении, а не сидел через два столика от меня, пока я пыталась съесть свой завтрак.
— Как блинчики? — спросил Зак.
— Хорошо. — Я отправила в рот еще кусочек. Аппетит, с которым я пришла в «Уайт Оук», пропал в тот момент, когда я переступила порог кафе и увидела Кэла. Мне потребовалось приложить все усилия, чтобы проглотить кусочек и выдавить улыбку. — Еще раз спасибо, что помог мне вчера.
— Без проблем. — Он кивнул, отхлебывая кофе.
Моя собственная кружка остывала. Вместо этого я пила воду со льдом, надеясь, что это поможет мне остыть. Мои подмышки были липкими. Лоб покрылся испариной. Мне стоило больших усилий не обмахивать лицо. Каждый раз, когда Кэл бросал взгляд на наш столик, мне казалось, что солнце пустыни опускается прямо мне за плечо.
Я рискнула бросить взгляд в сторону.
Кэл сердито смотрел в мою сторону из-под полей своей бейсболки.