В голове стало удивительно ясно. Мысли выстроились по порядку, и даже недавние шахматные поражения уже не казались такими болезненными. Она не проигрывала — она училась.
Алиса подошла к боксерской груше, поправила бинты на руках и начала работать: джеб, хук, уклон, серия. Все как учили в секции — никаких поблажек, никаких «для девочки хорошо». Пот стекал по вискам, щекотно полз по спине, но она не останавливалась. В теле бушевала энергия, будто изнутри её наполнял яркий свет.
И вдруг — шаги. Чужой ритм. Кто-то подошёл сбоку.
— Ну и ну, — прозвучал весёлый голос. — А котёнок-то почти тигр.
Алиса резко обернулась, дыхание сбилось. На краю площадки стоял Леон, в тёмной толстовке, с насмешливым блеском в глазах. Она хмуро нахмурилась, не спеша разматывая бинты.
— Ты за мной следишь? — произнесла она недовольно.
Леон рассмеялся:
— Расслабься, Орлова. Просто шел с вечерней тренировки, услышал удары. Подумал — кто тут с грушей дерётся в полночь, а тут ты. Сурово.
Алиса лишь вытерла пот со лба и ничего не ответила. Её энергия не ушла — она просто сменила направление. Леон чуть наклонился вперёд, продолжая посмеиваться, будто его ничто не могло всерьёз задеть:
— Знаешь, Алиса, мне вообще нравятся дерзкие девчонки. Так уж и быть, можешь стать моей девушкой.
Он подмигнул и чуть самодовольно скрестил руки на груди, ожидая эффекта. Но вместо возмущения или замешательства раздался заливистый смех. Алиса смеялась от души, звонко, искренне, даже чуть прислонилась к турнику, чтобы отдышаться:
— Прости, Леон, — проговорила она сквозь смех, — но это была, пожалуй, самая смешная шутка за день.
Леон усмехнулся, не теряя самообладания:
— Ну, насмешил — уже хорошо. Ладно, шутки в сторону. Может, на выходных куда-нибудь выберемся? Посмотрим город, расслабимся. Вдвоём.
Алиса выпрямилась, взглянула на него с лёгкой полуулыбкой, в которой не было ни кокетства, ни обиды, только твёрдость.
— Без меня управишься, — сказала она спокойно и уверенно, закидывая полотенце на плечо.
Леон не стал настаивать. Только поднял руки, как в тот раз, когда встретил её у корпуса:
— Мир, Орлова. Умеешь ты ставить на место.
Она не ответила, но в глазах блеснуло задорное веселье и уверенность в себе. В эту ночь Алиса чувствовала себя сильной, как никогда.
Глава 18
Алиса устало вошла в блок семьсот два, ноги будто налились свинцом, дыхание всё ещё сбивалось после тренировки. Не снимая кроссовок, она буквально рухнула на диван в гостиной, раскинув руки, как выброшенная на берег рыба.
Матвей сидел за столом с планшетом, оторвался от чтения и с едва заметной усмешкой посмотрел на неё:
— Если человек не умеет работать головой, он начинает работать физически. Классика.
Алиса закрыла глаза и хрипло пробормотала, не поднимая головы:
— Я слишком устала, чтобы огрызаться. Так что радуйся моменту.
— А с чего вдруг такая физическая активность? — не отставал Матвей. — Спортзал, турники, грушу молотишь, теперь вот приползла, будто с поля боя.
Алиса нехотя перевернулась на бок, глядя в потолок.
— Я буду участвовать в районных соревнованиях по единоборствам. От НеоПолиса.
Матвей хмыкнул, не удивлённо, а с каким-то ехидным удовлетворением.
— Правильно. Пусть тебе отобьют голову. Всё равно она у тебя без дела простаивает.
Алиса фыркнула, но даже не нашла в себе сил ответить. Вместо этого прикрыла глаза и тихо выдохнула.
— Знаешь, — сказала она спустя пару секунд, не открывая глаз, — лучше уж с разбитой головой и характером, чем с холодным сердцем и вечно надменной миной.
Матвей не ответил. Только взгляд его стал чуть серьёзнее. И дольше, чем обычно, задержался на её лице.
Алиса лишь махнула рукой — спорить с Матвеем не имело смысла, особенно сейчас, когда казалось, что даже на вдох не хватает сил. Она лежала, уставшая, но довольная. Режим был жесткий, изматывающий, но по-своему вдохновляющий.
Каждое утро начиналось с пробежки по аллеям НеоПолиса — свежий воздух, еще пустынные улицы и ритм музыки в наушниках. Сразу после — на стадион, где она оттачивала технику ударов, отрабатывала уклонения, падения, стойки. Потом быстрый душ и на лекции.
После занятий — шахматный клуб. Ее поставили в пару к Матвею, и хотя он неизменно побеждал, Алиса упорно не сдавалась. Эти партии становились личным вызовом. Она училась, наблюдала, анализировала — как будто это была еще одна тренировка, только для ума.
А вечером — снова спортплощадка. Алиса слушала аудиокниги: по стратегии, философии, даже биографии выдающихся ученых и спортсменов. Она училась жить в этом темпе. Училась не только побеждать, но и не сдаваться.