— Вот! — сказала Елена, передавая папку Алексею. — Всё готово. Удачи вам, Алиса.
Алиса поднялась со стула, кивнула Елене:
— Спасибо… за всё.
Папка уже была под мышкой у Громова-старшего. Он молча кивнул и развернулся к выходу. Алиса пошла следом, на ходу бросив короткий взгляд в сторону Матвея.
Холод. Отчуждение. Поза, как на обложке буклета «Идеальный курсант идеальной программы». Белесые волосы, ровная осанка, взгляд сквозь тебя.
Слишком гладкий. Слишком правильный.
«Наверняка заучка и душнила», — подумала Алиса, сунув руки в карманы и зажав жвачку зубами сильнее, будто этим могла подавить раздражение.
Алексей уже открыл перед ней дверь, не оглядываясь.
Чёрный седан был дорогой до абсурда — блестел так, что в его боках отражалась даже хмурая пасмурная погода. Матвей молча занял место на переднем пассажирском сиденье, а Алиса устроилась сзади, стараясь не цокнуть языком: кожаные сиденья, приглушённый аромат свежего салона, тишина, как в музее. Слишком вылизано. Слишком чуждо.
Алексей Иннокентьевич завёл двигатель. Машина тронулась мягко, почти беззвучно. Несколько минут ехали молча — Матвей смотрел в окно, словно его тут вообще не было, а Алиса грызла жвачку и украдкой изучала спинку его кресла, будто пыталась понять, из какого он вообще теста.
Голос Алексея нарушил тишину — спокойный, уверенный, с лёгкой долей иронии:
— Знаешь что-нибудь о НеоПолисе, Алиса Сергеевна?
Она немного удивилась, услышав официальное обращение, но быстро собралась.
— Слышала. Ну… краем уха. Проект какой-то. Город. Что-то крутое и вроде как очень закрытое.
Алексей кивнул, не глядя в зеркало — просто продолжил говорить, как будто читал выдержку из личного манифеста:
— НеоПолис — наукоград. Мы строим его последние семь лет. Это город, где учёные, инженеры, айтишники, биотехнологи и другие специалисты не просто работают — они живут там. Весь город — как один большой проект. Самообновляющийся организм. Платформа будущего.
— Ага, — хмыкнула Алиса, уже чуть менее вызывающе.
Она не перебивала. Слушала. Бабушка всегда говорила — если взрослый говорит серьёзно, не нужно спорить. Внимание — это уважение. Даже если внутри у тебя всё клокочет.
Алексей продолжил, уже спокойнее, будто сам не заметил, что стал говорить мягче:
— Для подростков вроде тебя, у нас — образовательный кластер. Колледж — это только начало. Лучшие получают возможность остаться. Работать. Развиваться. Те, кто не справляется — возвращаются в старый мир.
Он сделал паузу.
— Ты ведь не хочешь возвращаться?
Алиса на мгновение задержала взгляд в окно. Прохожие, старые дома, лужи, мусор у обочины.
— Пока не знаю, — честно ответила она. — Но попробовать — могу.
Словно где-то внутри что-то шевельнулось. Не интерес — нет. Не надежда. Просто упрямое: а вдруг и правда получится?
Глава 3
Матвей повернул голову и медленно, с какой-то ленивой неторопливостью посмотрел на Алису. Его взгляд был внимательным, спокойным, как у человека, который привык оценивать — не для ссоры, не для конфликта, а просто... чтобы понять, с кем имеет дело. Ни интереса, ни неприязни. Словно разглядывал новую переменную в уравнении.
Алиса прищурилась, не отводя глаз. Она терпеть не могла такие взгляды — ровные, холодные, правильные. Казалось, он уже всё про неё понял, уже поставил свою аккуратную галочку: асоциальная, проблемная, ненадёжная. Ну-ну, подумала она. Слишком ты гладкий, чтобы знать, каково это — отрабатывать каждый день как последний.
Матвей первый отвёл взгляд. Достал из сумки планшет, включил его — ровный свет экрана осветил строгие строки формул. Учебник по физике. Он провёл пальцем по странице и углубился в чтение, будто рядом вообще никого не было.
Алиса закатила глаза.
— Ну конечно, физика, — буркнула себе под нос. — Заучка.
Раздражение внутри разрослось, как сорняк. Не было ничего хуже этих "слишком идеальных" — тихих, аккуратных, без единого шрама. У них всё в жизни шло по плану, расписанному родителями, преподавателями и, чёрт подери, школьным психологом.
«На районе бы тебе быстро объяснили, что к чему,» — подумала она, глядя, как тот снова листает экран.
Но дальше было уже не до него.
Седан замедлил ход, и Алиса непроизвольно подалась ближе к окну. За ним начал раскрываться другой мир. Словно кто-то провёл линию между «до» и «после». Высокие белоснежные здания, зеркальные фасады, гладкие дороги, клумбы, сверкающие стеклянные купола над корпусами. НеоПолис был не просто городом — он выглядел как декорации к футуристическому фильму, как мечта, материализованная из глянцевых брошюр.