— Ты знаешь, что мог бы этим зарабатывать? — пробормотала она спустя несколько минут, глядя в своё отражение.
— Мастер-колорист Громов? — усмехнулся Матвей. — Сомневаюсь. Это скорее способ провести с тобой время, не получив по голове.
— Хитрый, — ухмыльнулась она.
Они немного помолчали.
— Кстати, — сказала она, слегка повернув голову, — как ты так быстро собираешь этот твой кубик-рубик? У тебя же он как-то за пару секунд в руках щёлкает, и всё готово.
Матвей усмехнулся, не останавливаясь.
— Есть схема. Алгоритмы. Научиться несложно, просто нужно понять, как работает логика. Хочешь — научу.
— А вдруг у меня нет логики?
— У тебя логики больше, чем у половины нашего курса. Просто ты её прячешь под розовой краской и тяжёлым взглядом.
Алиса фыркнула, но в её глазах блеснуло что-то тёплое, почти домашнее. И пока Матвей продолжал работу, тишина между ними стала не неловкой, а комфортной — той, что бывает только между людьми, которые чувствуют друг друга даже в молчании.
Дверь в ванную внезапно распахнулась с характерным скрипом, и в проёме возник Валера с кружкой в руке и абсолютно ничего не подозревающим выражением лица. Он замер, как будто вкопанный, и вытаращился на происходящее.
— Фига се! — воскликнул он, чуть не расплескав чай.
Матвей чуть нахмурился, не прекращая наносить краску:
— Стучаться надо, гений.
Валера моментально нашёлся и фыркнул:
— Дверь закрывать надо. Правда, замок клинит уже недели две.
Алиса, которая до этого мирно сидела, бросила на Матвея искоса и заметила:
— Я же говорила, что тогда дверь была не заперта.
— И я говорил, что у тебя паранойя, — буркнул Громов и закатил глаза, нанося последние мазки на одну из прядей.
Они переглянулись — и в этом молчаливом взгляде было всё: и лёгкий стыд, и негласное признание, что эта сцена выглядит… ну, необычно. Особенно с табуретом, кисточкой, перчатками и розовой краской.
Валера, между тем, оправившись от культурного шока, сделал глоток чая и с ухмылкой добавил:
— Слушайте, если это новый способ сближения, то я пас. Но красивая сцена, чёрт возьми. Надо будет записать в мемуары.
— Валера, вали отсюда, пока не покрасили тебя тоже, — не выдержала Алиса, фыркнув и стянув с лица надоевшую заколку.
— В розовый, между прочим, тебе пойдёт, — подхватил Матвей, и они оба рассмеялись.
Валера театрально закатил глаза и, уходя, пробормотал:
— Блин. А ведь я просто в ванной полежать хотел с кружкой чая.
За дверью снова воцарилась тишина, только лёгкий плеск воды и хруст перчаток нарушали спокойствие ванной. Матвей чуть улыбнулся краешком губ.
— Ну что, теперь все знают? — шепнула Алиса.
— Ну, хотя бы точно знаем, что замок не работает, — усмехнулся он.
Матвей вышел из ванной буквально на пару минут — чтобы вымыть руки от краски и, кажется, немного остыть от внезапного появления Валеры. Алиса в это время проверяла равномерность окрашивания у зеркала, но как только услышала шаги, сразу обернулась.
Матвей вернулся, как обычно спокойный, с той лёгкой, почти ленивой улыбкой на лице, с которой он всегда входил в комнату. В пальцах у него привычно вертелся кубик-рубик. Алиса чуть прищурилась — пальцы у него были длинные, ловкие, красивые, как у пианистов или хирургов. Она даже немного покраснела, поймав себя на этой мысли, но, разумеется, ничего не сказала. Только опустила глаза, делая вид, что рассматривает свои ногти.
Матвей присел на корточки рядом, их взгляды встретились, и он кивнул на кубик.
— Смотри. На самом деле всё просто. Кубик — это не хаос, а система. Главное — понять логику.
Глава 31
Он начал говорить спокойно, размеренно, будто читая сказку перед сном. Пальцы порхали над гранями, собирая стороны с удивительной скоростью и точностью. Кубик вращался в его ладонях, будто подчинённый живому ритму.
— Сначала белый крест. Это база. Потом углы. Вот — белый готов. Дальше — средний слой. Поворот сюда, сюда…
Алиса смотрела, затаив дыхание. Казалось, она понимала лишь часть того, что он говорил, но наблюдать за процессом было завораживающе приятно. Как гипноз.
— Ты когда-нибудь пробовала? — спросил он, на секунду отрывая взгляд от кубика.
— Один раз. Чуть не выкинула его в окно, — призналась она с кривой усмешкой.
Матвей хмыкнул.
— Типичный путь. Но на самом деле, если раз собрать по схеме, станет понятней. А там уже и до слепой сборки недалеко.
— Ты умеешь и с закрытыми глазами? — удивилась она.
— Иногда. Но не на время. У меня пока зрительная память не как у чемпионов. Хотя… когда-то тренировался.