Алиса тяжело вздохнула и взяла вешалку. Её лицо красноречиво говорило: проще согласиться, чем спорить с Милой. Она скрылась за шторкой примерочной, а Мила между делом устроилась перед зеркалом, поправляя волосы.
— Кстати, — с видом философа произнесла она. — Смотрела тут старый фильм… Там Мэрилин Монро сказала, что мужчина должен обеспечивать семью. Тогда у женщины будет время… на любовь.
Из примерочной раздалось приглушённое фырканье, а затем — вздох.
— Звучит так, будто женщина — это декоративное растение на фоне банковского счёта, — отозвалась Алиса.
— Неправда, — спокойно ответила Мила. — Это значит, что если рядом мужчина, который умеет решать проблемы, то у женщины появляется шанс жить сердцем, а не вечно выживать.
Примерочная замерла, а потом шторка отъехала в сторону. Алиса вышла и остановилась, неловко поправляя подол. Платье сидело идеально. Оно подчеркивало линию талии, будто создано по её меркам, и при этом совершенно не выглядело вызывающе. Она выглядела в нём старше, но не старомодно, а — увереннее. Чуть иначе. Почти… эффектно.
Мила одобрительно кивнула.
— Вот о чём я говорила.
— Не буду его брать, — тут же выпалила Алиса. — Оно дорогое, да и не моё это всё.
— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Мила, вставая. — Не хочешь — не надо. Нет, так нет.
Алиса нахмурилась.
— Ты так сразу? Без споров?
Мила улыбнулась и пожала плечами.
— А зачем? Упрямцев проще подождать.
Алиса прищурилась, но уточнять не стала. Подозрения накапливались где-то в груди, но… всё же платье было действительно красивым. Даже если она так и не признается в этом вслух.
Глава 45
Мила, сияя, как новогодняя ёлка, влетела в квартиру и тут же помчалась в свою комнату. Пакеты звенели ручками, ткань шелестела, каблуки стучали по полу.
— Не мешать! — крикнула она на бегу, скрываясь в комнате.
Алиса, едва закрыв за собой входную дверь, села на диван, а точнее — рухнула на него всем телом, раскинув руки и закинув голову назад. Усталость накатила волной.
— Мила — это отдельный вид спорта, — пробормотала она.
Матвей, устроившийся за столом с ноутбуком и электронной книгой, бросил на неё искоса взгляд. Его губы тронула лёгкая усмешка.
— Хорошо сходили?
— У меня ноги отваливаются, и ты — изверг, — буркнула она, не открывая глаз.
— Уже второе оскорбление за вечер, — заметил он и откинулся на спинку стула. — Я начинаю волноваться за свою репутацию.
Алиса приподнялась, опершись на локти, и посмотрела на него с прищуром.
— Я просто напомню, что всё это началось с того, как ты решил сделать из меня жертву шопинг-рейда.
— А ты выжила, — усмехнулся он. — Значит, у тебя сильный дух.
Алиса фыркнула и снова откинулась назад. Повисла пауза. Матвей смотрел на неё чуть задумчиво, потом заговорил:
— Почему ты так сильно подчёркиваешь нашу разницу? Деньги, статус, всё это. Почему уверена, что из-за этого отношения невозможны?
Она открыла глаза и посмотрела на него внимательно. Тихо, но твёрдо сказала:
— Потому что в паре, где один — богаче и влиятельнее, всегда есть риск неравенства. Один диктует условия, другой должен подстраиваться. Один решает, другой соглашается. Это не союз — это соглашение. И даже если изначально всё честно, всё равно рано или поздно разное мышление, разное восприятие, разная точка отсчёта — всё это приведёт к конфликту. Или к молчаливому согласию… со всем, что не по душе.
Матвей какое-то время молчал, перевернув страницу на читалке. Он смотрел на экран, но было понятно, что мысли его не там. Затем он спокойно сказал:
— Я докажу, что ты ошибаешься.
Алиса чуть приподняла бровь.
— В смысле?
Он поднял взгляд, и в его глазах сверкнул тот самый хищный, ироничный блеск, который всегда появлялся, когда он ставил себе цель.
— Просто жди. Или не жди. Но ты всё равно убедишься. Я умею спорить красиво. И выигрывать.
Валера вылетел из комнаты, будто его подстрелили, и с выражением искреннего потрясения на лице воскликнул:
— Это просто капец!
Матвей, не отрывая взгляда от электронной книги, спокойно отреагировал:
— Что на этот раз могло так поразить человека, видавшего двоечников в естественной среде?
— Я, блин, только что увидел ценник на туфли, которые Мила хотела! — всплеснул руками Валера. — Это ж, черт возьми, стоимость моего старенького мопеда! Или половина ноутбука! Или… или месяц жизни!
Матвей расхохотался, громко, искренне.