– Оля, а ты постарела и поправилась, - наконец выдаёт Тамара Константиновна. Я вздрагиваю, услышав такие слова. Теперь и я всматриваюсь в бабушку более пристально. В свои пятьдесят шесть она выглядит довольно неплохо, высокая, поджарая со свежим мелированием на волосах. Светлые брюки и тоненький свитер в полоску, бабушка будто собралась на прогулку.
– Мама, а ты, наоборот, очень похорошела. Возраст тебе к лицу, – моя мама отвечает, как ни в чем не бывало. И я знаю, что она говорит искренне. Взгляд бабушки перемещается на меня.
– Похожа на отца. Точная копия. Только маленькая, в её годы ты была уже высокая, как модель.
Она обсуждает меня так, словно меня здесь нет.
– А я ростом в бабушку Катю, – молчать я не собираюсь.
– Заметно.
– Проходите. Ужин готов. Вы наверное голодные с дороги, – дед переводит разговор в другое русло.
– Переодевайтесь во что-нибудь приличное и ждём вас к столу, – Тамара Константиновна чеканит, будто мы её студентки. Они уходят, а мама шепчет мне на ухо:
– Спокойнее, Соня. Она всегда такая. Иди переодеться, я покажу тебе твою комнату.
Она ведёт меня по коридору и налево.
– Раньше это была моя спальня. Здесь особо ничего не поменялось.
Я с интересом рассматриваю интерьер. Мебель старая, резная. Спальный гарнитур, состоящий из шкафа, кровати и туалетного столика, розовые обои (ненавижу этот цвет) и плюшевые игрушки на полочке.
– Мне нравится. У тебя был хороший вкус, – мне и правда нравится все, кроме цвета обоев.
– Давай, не задерживайся. Тамара Константиновна не любит, когда опаздывают.
Я быстро заныриваю в чемодан, достаю самые приличные джинсы и тонкую водолазку с длинным рукавом. Платья я практически не ношу, с собой у меня есть два сарафана, но они слишком открытые для бабушкиного взора.
Стол накрыт так, словно мы и правда самые дорогие гости. Сервировка, как в дорогом ресторане.
– Я приготовила мимозу. Ты же ещё любишь этот салат? – Тамара Константиновна рассматривает дочь, которая в своём зелёном платье выглядит лет на десять моложе. Вообще у меня очень красивая мама, а зелёный цвет очень подходит к её болотным глазам.
– Да, мама. Удивительно, что ты не забыла.
– На память пока не жалуюсь, – бабушка тут же отворачивается, чтобы рассмотреть меня поближе.
После "радушного приёма" я веду себя, как мышка. Накладываю себе салат и мясо под внимательным бабушкиным взором и молча ем, тщательно пережевывая каждый кусочек.
– И какие у вас планы?
– Тома, девочки только приехали, дай поесть спокойно, – дед снова встаёт на нашу защиту. Кажется, мы подружимся.
– Я найду работу, а Соня будет подавать документы в колледж, – спокойно отвечает мама.
– На какую специальность? – Тома отмахивается от мужа и продолжает свой допрос.
– Я планировала на туризм. У нас это довольно востребованная профессия, – я включаюсь в разговор.
– Оля, и ты разрешаешь? – бабушка орудует ножом и вилкой, будто настоящая аристократка.
– Конечно.
– Сама без высшего образования и дочь отправляешь по своей дорожке. У меня есть предложение получше. Я помогу с поступлением к нам на факультет международных отношений. Хорошая профессия в будущем, плюс отличные связи. У нас учатся не бедные дети, многие из которых уже ангажированы в посольства.
Я прямо представляю себя среди этих детей и как они будут рады моему присутствие.
– Я сказала что-то смешное? – бабушка заметила, как я прыснула в кулак
– Нет, Тамара Константиновна, – называть её бабушкой у меня не поворачивается язык.
– Какие у тебя баллы по ЕГЭ? Английский, история, русский?
– Средние. Самый высокий по истории - семьдесят девять.
– Маловато. Но я поговорю с ректором. Не думаю, что будут проблемы.
– Тома, ну давай уже спокойно поужинаем. Обсудим погоду или последние новости. Сонечка, тебе подложить ещё салатик?
– Спасибо, дедушка, с удовольствием, – я мстительно смотрю на бабушку, заметила ли она, что к ней я обратилась по имени отчеству. Заметила. Губы поджала, но молчит. Что ж бабуля, видимо будет весело.