– Тоха, я должен тебе кое в чем признаться, – Мотя вилкой ковыряет отбивную. – Только никому не рассказывай.
– Идёт.
– Я влюбился. Вчера. Её зовут Соня, – он шепчет, будто кроме нас здесь есть ещё кто-то.
– Понятно. А сколько ей лет?
– Почти восемнадцать.
Я давлюсь яблочным соком.
– Не старовата для тебя?
– Мне скоро одиннадцать, – он обиженно смотрит в мою сторону. – И, вообще, я же ещё вырасту. Если даже собственный брат не понимает, то с кем я могу поделиться?
– Прости. Как вы познакомились и когда? – держу серьёзное лицо, для Матвея это, и правда, кажется важным. Подыграть ему не сложно.
– Помнишь тех ребят из школы, что постоянно ко мне пристают?
Я киваю, а Мотя продолжает:
– Вчера они подкараулили меня у первого подъезда. Я уже думал, мне точно конец. А потом появилась Соня, и бац, всех раскидала, почти, как в Мортал комбат. Теперь я играю за Соню Блейд.
Он переключается на приёмы, которые выучил с утра.
– Почему не позвонил?
– Да я ладе телефон достать не успел.
Я с ужасом думаю, что было бы, если бы эта Соня не появилась так вовремя. Я у неё в долгу. А в должниках я ходить не привык.
– Ты познакомишь нас? – хочу лично поблагодарить её, как там сейчас это принято. Подарки, сертификаты, деньги?
– Хорошо, но только при одном условии, – Матвей тянется ко мне через стол. –Обещай, что не влюбишься в неё.
– Даю слово. Девушка брата – это святое.
Он расплывается в улыбке. Самое лёгкое и простое обещание в этой жизни. Я в принципе не собираюсь ни в кого влюбляться, а в какую-то левую девчонку и подавно.
4. ПРОТИВОПОЛОЖНОСТИ ПРИТЯГИВАЮТСЯ
… с таким выражением лица даже не знаю кому он может понравиться…
Соня
Приоткрываю дверь в коридор, чтобы понять есть ли кто дома. В длинных пижамных штанах и кофте довольно жарко, особенно, когда на улице шпарит солнце.
– Соня, мы с тобой одни. Бабушка с дедушкой давно ушли на работу, – мама кричит из кухни.
– Доброе утро, мамочка, – теперь я чувствую себя намного расслабленнее. Быстро бегу в туалет и душ. Давно я не просыпалась в одиннадцать утра, видимо сказывается усталость после дороги.
– Когда они вернутся? – я открываю дверь в комнату нараспашку, чтобы собираться и разговаривать с мамой.
– После двух. Завтракать будешь?
– Буду, – натягиваю шорты и короткую майку. Ещё не хватало в такую жару и по улице ходить, как в скафандре.
Значит, я успеваю по быстрому помыть Гришу и вернуться. А там как раз сяду искать автошколу.
– Мам, я пойду помою Гришу, здесь буквально в трех метрах есть мойка. Я уже договорилась. Не думаю, что за такое короткое расстояние меня кто-нибудь остановит, – сажусь за стол, есть хочется ужасно.
– Хорошо. Только вернись пожалуйста до двух, – она выразительно смотрит на мой внешний вид.
– Идёт.
На мойку я заезжаю ровно в двенадцать. Юра уже ждёт меня. Почему он разрешил мне помыть машину, так и остаётся загадкой, но думаю, что ненадолго.
Он объясняет, как пользоваться водой и пеной, и уходит в кабинет. Так даже лучше, я спокойно и в одиночестве быстренько все сделаю.
Я напеваю себе под нос любимую песенку и привожу Гришу в идеальное состояние, когда чувствую, что за мной кто-то пристально наблюдает. Обычно это смущает меня, но сейчас нет никакого стеснения. Какое-то необычное ощущение расслабленности и чего-то необъяснимого. Я делаю вид, что не замечаю будто не одна.
Незнакомец подаёт голос. И я узнаю вчерашнего мажора, который заблокировал мою машину. Может Москва не такая большая, как кажется?
Я здесь всего два дня. И каждый из них он попадается мне на пути.
Он одет словно с иголочки, видно, что шмотки не дешёвые. И за что мне на голову этот придурок? То, что он придурок можно понять с одного взгляда. Надменный, напыщенный, с чувством полного превосходства в глазах. Так и хочется стереть это выражение лица.
Но я стараюсь держать себя в руках. Кто знает, что у него в голове. Все, что я позволяю себе – это немного подразнить, якобы я и правда могу его облить. Он понимает по своему, его агрессию просто невозможно не уловить. Это тормозит меня и остужает. Видимо чувак совсем ненормальный, раз не понимает шуток и намёков.