Мориарти открыл глаза.
– Откуда ты...
– Неважно, – Шерлок встал и внимательно посмотрел на него. – Партита номер один, значит, – его взгляд скользнул к бледным пальцам, начавшим вновь отбивать мягкий ритм.
– Как...
– Ты сбиваешься на третьем такте.
Он развернулся и, отойдя к столу, взял из стоящей на нем корзины алое яблоко.
– Ричард Брук, – проговорил он негромко и бросил на Мориарти короткий взгляд через плечо. – Ричард Брук. Ключ от всех дверей. Я жду тебя снова, на крыше Бартса, когда ты его найдешь. Не забудь навестить Китти Райли.
Мориарти смотрел на Шерлока, подошедшего к вешалке за своим неизменным черным пальто, собираясь сказать, что сроду не знал никакой Китти Райли, и вообще, это ему здесь положено быть сумасшедшим, но отчего-то замешкался.
А когда он вновь поглядел в ту сторону, Шерлока в комнате уже не было.
***
– «Остаться в живых…» – при появлении Шерлока Джим скривился и с отвращением ткнул пальцем в кнопку на смартфоне. – Дурацкая песенка. Как тебе моя небольшая история? Про рыцаря-лгуна, а?
– Для автобиографии сухо, для обвинения – слишком много эмоций, – усмехнулся Шерлок. – И мы с тобой здесь не за этим.
– Нет, не за этим, – Мориарти поднялся. – Я хотел… О, прыгать с крыши ты, пожалуй, не будешь, – смерив Шерлока взглядом, перебил себя он. – Но я все равно спрошу: кто такой Ричард Брук?
– Тебе лучше знать, – не обращая внимания на издевку в голосе Джима, ответил Шерлок.
– Ты назвал его имя, когда я был у тебя, – холодно сказал Мориарти. – Ты что-то знал про него.
– Я про многое знаю – почему тебя удивил именно Ричард Брук?
Глаза Мориарти сузились и гневно сверкнули.
– Твое самое главное дело. То, которое принесло тебе мировую известность. Дело о Райхенбахском водопаде.
Выражение лица Шерлока не изменилось.
– Ричард Брук – по-немецки Райхенбах, – настаивал Джим.
Шерлок молчал.
Мориарти смотрел на него с подозрением, взглядом змеи, в любой момент готовой напасть.
– Ты положил это имя передо мной, будто визитку от старого друга. Ты пытался унизить меня?
– Я пытался сказать тебе, что он давно мертв.
– Кто… давно мертв? – Джим отступил на шаг и попятился.
– Готтфрид фон Райхенбах. Он умер в Бонне пять лет назад.
– Что за… это неважно, – снова усевшись на край парапета, Мориарти взглянул на Шерлока исподлобья. – Ты ничего не знаешь о нем. Ты не можешь… Даже ты не можешь этого знать.
– Я – Шерлок Холмс, – уронил Шерлок, – и знать подобные вещи – моя обязанность. Но ты прав, в данном случае это скорее случайность. Или, может… подарок. Любезность, выбранная… для тебя.
– Какая еще к черту любезность? – Мориарти, казалось, перестало хватать воздуха. – Ты ничего обо мне не знаешь, – оборвав предыдущую фразу, сердито сказал он.
– Кто такой ты, Джим? – Шерлок внезапно широко улыбнулся. – Забудем историю актера Ричарда Брука – она подходит только для желтых газет. Тот, кто сейчас передо мной, гораздо важнее. Джеймс Мориарти.
Мориарти молчал. Полы его пальто, запахнутые на груди, походили на темные створки шкафа.
– Джеймс Мориарти, – продолжал тем временем Шерлок, – математический гений и вундеркинд, в двенадцать лет окончивший школу и поступивший в Йельский университет.
– В Кембридж, – поправил Мориарти отсутствующим тоном.
– В Кембридже ты проучился два года, но там тебе не понравилось. Низкий уровень преподавания математики.
– Мой профессор по высшей алгебре не умел решать уравнений, – на лице Мориарти промелькнуло подобие злобной улыбки.
– Не умел решать уравнений, подходящих для твоего уровня, – спокойно кивнул Шерлок. – Поэтому ты перевелся.
– Я встретил его во втором семестре, – голос Джима звучал измученно и устало.
– Готтфрид фон Райхенбах – профессор кафедры экономики и прикладной математики, – Шерлок смотрел на поднявшегося вновь и теперь стоявшего напротив него Мориарти. – Он был отличным преподавателем, был умен и талантлив, но самое главное – он обожал тебя. – Пауза. – Слабость гения – потребность в аудитории, – с грустью добавил он.
– Я никакой не гений, – Мориарти вздрогнул и отвернулся. – Математика – это слишком сложно. Не дает ощущения жизни. Предпочитаю взрывы и пистолет.