Лиралей усмехнулась.
- Могло не остаться, - она поднялась, неуверенно прошлась по комнате.
Уже было чувство равновесия. Уже был полный контроль над телом. Да, магические зелья исцеляют куда быстрее мази. Всего полдня – и ты на ногах, готовый снова кинуться в ураган, туда, куда понесет ветер. Она не была ни к чему привязана: и лес давно лежал проклятым пепелищем, как и её некогда родная деревня. Мир был открыт на все четыре ветра…
- Я скоро уйду отсюда, кролик, - сказал Ликан хмуро.
- Куда пойдешь?
- Да черт его знает, - пожал плечами оборотень. - Возможно, вернусь туда, откуда пришел. Сама знаешь, зачем, - в его глазах полыхнули кровавые огни жажды мести, но тут же погасли, и он уже с легким подгавкиванием в голосе весело сообщил: - Если хочешь – айда со мной, кролик.
Лиралей улыбнулась и покачала головой.
- Нет.
Они расставались тепло – и обещая когда-нибудь ещё встретиться, если останутся живы и найдут друг друга в этом огромном мире. За спиной был найденный в кладовке колчан, несколько стрел и паршивенький, но лук, - а в золотистых глазах с рассветными лучами прыгали огоньки уверенности. Её, уходящую в рассветный туман, провожал недоуменный взгляд оборотня.
Ликан нутром чувствовал, что девчонка с головой лезет в омут, из которого, скорее всего, не выберется, - но это было её решение и он не считал себя вправе становиться у неё на дороге.
Примечание к части
Soundtrack: Within Temptation - Aquarius
Название главы переводится как Точка равновесия. Советую обратить на это внимание, как и на сон в начале главы.
Глава 3. Bleed!
In the shadow of the moon,
She danced in the starlight
Whispering a haunting tune
To the night...
Velvet skirts spun 'round and 'round
Fire in her stare
In the woods without a sound
No one cared...
© Blackmore's Nights - Shadow of the Moon
…И вновь эти стеклянные стены сухой клетки под водой.
И вновь эта медленно убивающая сухость и жажда.
Если не двигаться - можно еще сохранить немного влаги. Если дышать реже... Впасть в сон, пережить до тех пор, пока кто-нибудь из охранников не швырнет в камеру немного воды, заставляя слизывать её с пола просто для того, чтобы ещё немного продержаться. Уснуть, чтобы не тратить силу и воду внутри…
Но ты все равно проснешься в этой проклятой клетке, один в окружении темноты, зная, что вокруг много воды - но она вся за гранью стеклянного куба. Уже особо ничего не важно - лишь бы протянуть еще немного, прежде чем глоток вернет к жизни...
К жизни, права на которую нет ни у кого здесь, включая охрану. Даже охранники - это лишь чуть поднявшиеся заключенные.
Он помнит этот сон.
Еще немного - и в камеру к нему швырнут новичка, еще не истощенного от голода и жажды, но напуганного и ничего не знающего о местных реалиях. И тогда, увидев полуживого монстра, свернувшегося в темном углу на полу клетки, малек допустит свою первую и последнюю ошибку здесь - попытается подойти, не ожидая нападения.
Кровь состоит из воды. Даже в мясе есть вода.
Он слаб, и такие бои не всегда решаются в пользу заключенных ранее, но испуганный новичок не успевает отреагировать – уже спустя считанные секунды он лежит с разорванным горлом, а монстр, в котором уже давно не видно ни капли от Живого, жадно раздирает его, изредка смотря жёлтыми глазами в сторону охраны у его клетки.
Клетки наиболее опасного из всех заключенных.
Охранник с усмешкой наблюдает за происходящим, ещё не подозревая о том, что окажется первой жертвой, когда чудовище выберется на свободу.
Ни у кого здесь нет права на жизнь - и они вынуждены вырывать его у других, пытаясь отсрочить свой конец.
Или умирать.
Впервые за последние дни он просыпался один.
Дождь уже давно не лил, и редкие капли срывались с листвы тех зарослей, где Сларк задремал. Наступающие вечерние сумерки встретили холодным склизким туманом, стелющимся по влажной земле. Некоторое время он так и лежал, прислушиваясь к звукам вокруг. Заляпанный в грязи, пропитанный запахом крови буквально насквозь – мало кто признал бы в этом монстре разумное существо.
«Ты улыбаешься…»
Недоумение Ликана, не понимавшего, почему Лиралей назвала эту амфибию-убийцу другом, можно было понять. Среди людей порой ему попадались такие же опустившиеся на самое дно, в ком не осталось ничего от человека, в то время как сам оборотень оставался человеком внутри, пусть внешне и пугал.
В Сларке же не осталось ничего от того, кем он был раньше. Или всё-таки осталось?
«…и я вспоминаю то…»
Если бы сейчас были живы те, кто знал его до заключения на Тёмном Рифе, они могли бы рассказать о беспечном и веселом пареньке со светлой чешуей и необычно яркими, почти янтарными, глазами. Ещё не прячущемся от яркого света. Ещё охотящемся только на мелкую рыбу на побережье.