- Хорошо. Береги себя.
Когда она добралась вместе с двумя о чем-то беседующими сухопутными до морга, где-то далеко на городской башне пробили два часа ночи.
Странный холодок, метнувшийся по телу, заставил Сирену в мгновение вскинуть голову, прислушиваясь. Сквозь тысячи звуков, окружающих её, она различила чьи-то шаги. Тонкий слух, легко вылавливающий мелкие детали и за пределами воды, и в ней, через общий шум выделил на несколько секунд звук шагов, не похожих на шаги ботинок сухопутных. Как мягко ступающие по камням лапы амфибии.
Нага обернулась на звук. Но лишь тени плясали в ночной темноте, чуть разгоняемые фонарями.
Показалось?
Рассказ её занял от силы полчаса: Бегущая по Ветру говорила хоть тихо и медленно, но очень коротко и по сути, как и положено разговаривать с теми, кто старше тебя на несколько веков.
- …вот так, - закончила Лиралей тихо.
Замолчав, она закрыла глаза – и глубоко вдохнула горячий поток воздуха, дыхание камина, испаряющее последние капли воды, оставшейся на её лице. Тихое размеренное дыхание, дыши спокойнее. Не нервничай ты так. Что ж – ты можешь доверять Духу как себе, ты это знаешь. Но всё равно это неловкое чувство, когда доверяешь то, что боишься произносить вслух, о чем боишься думать, даже оставшись одна.
- Я правильно тебя понял? – медленно проговорил Ксин, уже принявший материальный облик, но по-прежнему не выходящий из камина; замерший в огне пламенной статуей. - Значит, ты его любишь?
Он не закончил фразу, выжидающе смотря на девушку. Лиралей кивнула, сглатывая страх:
- Да.
Интересно, сможет ли она произнести потом это вслух, смотря в жёлтые глаза своего спутника-монстра?
Повисла напряженная тишина, прерываемая лишь треском огня в камине, да дыханием человека и Духа. В огненных глазах Эмбера, похожих на два раскаленных уголька, мелькнула пламенным всполохом отстраненная досада.
- Нашла с кем связаться, - вздохнул Ксин. - Скользкой дорогой ты идешь. Конечно, сердцу не прикажешь. Я не буду врать: я могу тебя понять. Понять, но не одобрить. Такие вещи – тоже урок. Быть может, жестокий урок.
«Что произошло с тобой – то тебе будет уроком. Лишь одно я скажу: некоторые уроки заканчиваются смертью».
Она помнила эту фразу произнесенную этим размеренным голосом, как-то неуловимо разбивающим всё на четыре слова.
- Я не знаю, что делать, - проговорила Лиралей, не открывая глаз. - Чем дольше я остаюсь с ним рядом, тем больше меня к нему тянет. И тем опаснее это становится для него. Я боюсь подвести его и…
- Не задумывалась ли ты, - прервал её Ксин, - Что чувствует сейчас он?
Бегущая по Ветру вздрогнула, открывая глаза.
- Быть может – то же самое? Он может уйти сам. Ничего его не держит. Но остается с тобой. Ты не думала – почему?
Огненные блики камина, пляшущие по стенам комнаты…
«Я без тебя выживу! Ты в одиночку – нет!» - срывающийся злой крик взрывом раздался в памяти, резонируя со вспыхнувшей болью, скользнувшей ножом по шрамам на щеке.
Слезы, внезапно потекшие по лицу – нервы начинали сдавать. Можно ведь и умирать, воя от кошмарной боли, но умирать без слез. И можно ведь жить, но плакать от того, что разрывает твою душу.
- Мне Ликан сказал, что я его идеализирую. Я всё понимаю, - прошептала она еле слышно. - И кто он. И кто я. Я всё понимаю. Он много раз говорил, что не держит меня, что я могу уйти, пока не поздно. Что может уйти сам, когда станет слишком опасно для него…
- Но он не уходит. Хотя сейчас вполне может. Ничто его не держит, - чуть улыбаясь, повторил Дух. - Или, всё же, держит?
Сомнения. Страхи. Танцующее по стене пламя. Теплые блики, падающие на чёрное зеркало рядом с камином. Зеркало, в котором на фоне кромешного мрака отражалась сама Лиралей – но в котором не видно было ничего из окружения.
«Отражения притягивают друг друга…»
- Девочка, тепло нужно всем, - мягко произнес Дух. - Даже таким, как он. Тепло есть внутри каждого. У кого-то – целый костер. У кого-то – лишь искра. Загасить можно любой костер. Разжечь можно любую искру. Вопрос лишь цены этого.
Она молчала, прикусив губу – и не замечая, как по подбородку стекает кровь. Дух протянул ладонь, осторожно стирая красные следы. Обжигающее, но не ранящее касание.
- Если уверена – зажги искру. Но ты рискуешь сгореть. Не уверена – беги прочь. Но тогда рискуешь погаснуть. Стать лишь холодным угольком. Точно как и он. Выбирать тебе – не мне.
Она чувствовала себя так неловко – плача, как маленький ребенок, перед существом, столь старше неё, сейчас мягко вытирающим её слезы.
- Не плачь ты так, - голос Духа сливался с треском огня. - Расскажу тебе сказку одну. А там сама решай.