Ах, Слитис. Спасибо. Всё ж, ты умеешь остудить пыл вовремя, мой голос разума. Хорошо, я послушаю тебя в этот раз. Мы не на своей территории – и будет разумнее последовать твоему совету, и пойти на поиски вместе с этими мартышками. Вряд ли он рискнет напасть на нескольких противников сразу. Всего пару минут передышки – мы его не потеряем, слишком много на нем крови, слишком четкий след.
Ты права, темнота, привычная мне, играет со мной злую шутку сейчас. Мы молимся разным богам. И я знать не хочу, к кому он взывал.
Хочешь, я расскажу тебе сказку?
Она грустная, предупреждаю сразу. Она есть у нас – она есть у них. Она звучит по-разному, суть остается одной. Это ни в коем случае не рассказ о том, что правильно, а что нет.
Решать это лишь тебе. Я расскажу сказку так, как звучит она у нас.
Их было двое. Она была прекрасна как огонь и смертоносна как лесной пожар. Лисица, каких поискать, красивая и хитрая воровка, дурачившая людей, со звонким смехом веселящаяся над неудачниками. Из любого капкана выберется, из любой западни выскользнет. Свободный и вольный зверь с горящим бесстрашным взором – и постоянной погоней на искристо-рыжем хвосте. Лишь портили её два глубоких шрама, оставшиеся после побега из лап охотников. Один пересекал её глаз, навсегда закрыв его, другой пролегал глубже, в самой душе. Да, порой, чтоб выбраться из капкана, приходится жертвовать чем-то более дорогим, чем всего лишь один глаз.
Но она забыла о шраме, ведь зачем вспоминать неудачи, когда можно жить, наслаждаясь воздухом и чужой кровью – жить здесь и сейчас? Она чем-то похожа на твоего друга была, вырывающая свою жизнь жестокой ценой.
Как-то раз, гуляя по лезвию ножа, насмехаясь над теми, кто безуспешно пытался поймать её, вышла лисица к озеру посреди леса. Оттуда рукой до моря подать было, и ветер нес с собой запах соли. Глубокая ночь была. Тихо плакал затихающий дождь, сметая запутанные следы.
Хотела воровка выпить воды из озера, но когда склонилась над рябящей от капель дождя гладью, увидела кровь. Много крови, растекающейся в воде. Несколько неуверенных шагов, и лапы её наткнулись на что-то живое под водой… Кого-то ещё живого, но уже умирающего с распоротыми жабрами, захлебываясь своей кровью.
Он был кошмарен – и состояние его было не лучше его вида. Говорят, он был единственным, кто настолько долго плясал со смертью, что сам стал ею. Спроси своего спутника, Лиралей, и, быть может, он расскажет тебе, что много веков назад был единственный преступник, кого, в отличие от твоего друга, так и не смогли поймать. Избежавший кошмаров заключения, но вместо этого всю жизнь дурачивший смерть.
Но тогда этот морской дьявол был беспомощен. Истекающий кровью, выкинутый на берег и доползший в чужой стихии до озера, где готов был уже просто умереть. Умереть, но не сдаться тем, кто шел за ним.
Увидев над собой стоящую по колено в воде лисицу, он решил, что смерть пришла-таки за ним.
За двумя молча наблюдал Страж Мертвых, Некро’Лик. Он просто ждал, не имея права вмешаться, но готовый забрать эту жизнь.
Эту рыбку можно было съесть, но лисице стало жалко существо. Ведь как бы кошмарно он ни выглядел, смотря сквозь водную гладь, разрезающую два мира, сквозь кровавую пелену, лисица видела в глазах умирающего свое, пусть и искаженное, но отражение.
Она помогла ему, не зная ещё, какую ошибку допускает…
Дыхание сбивалось.
Это несложно лишь на первый взгляд – бегать, запутывая следы погони. Казалось бы, в чем проблема? Город огромен, аки лабиринт, на дворе ночь, везде есть, где скрыться, а ты видишь куда лучше противника. На деле было всё гораздо менее жизнерадостно.
Противников было много – и неизвестно было, откуда они появятся на этот раз. Одного-двух ещё можно снять, но придется заплатить лишними минутами и риском быть замеченным.
Это лишь кажется простым – уйти из обзора всего на несколько секунд, чтобы за время в тенях восстановить раны и потом внезапно вогнать нож в спину очередного противника. Вы пробовали с ранами двигаться так быстро, чтобы успеть ускользнуть? Попробуйте – и вы обнаружите, как тяжело даже просто дышать, когда вы истекаете кровью!
Противник знал город гораздо лучше него, знал все переходы, все тупики, всё, где можно было спрятаться. Быть может, стража была плоха – и впервые имела дело с таким монстром, чувствующим себя в тенях как дома, – но, увы, она не раз и не два ловила других преступников, и уж точно была у себя дома, в своей стихии.
Плоскостность пространства тоже раздражала – не вода, знаете ли, где ты можешь двигаться во всех направлениях. Можно забраться на крышу, но это не так уж и удобно, не везде даже есть шанс пробраться, а уж с крыши тебя снять не составит проблем – и не таких акробатов ловили.