Впрочем, к Сирене явно относились более доброжелательно, чем к её компаньону.
- День добрый… Лиралей, - Сирена перевела взгляд на девушку.
- Здрасьте, - хмыкнула лучница, пытаясь подняться.
Разметанные по лицу рыжие волосы были перепачканы в засохшей крови, на лице – несколько ссадин, нижняя губа рассечена. Лишь недавно пришлось оттаскивать от неё взъяренную стражницу, чтобы та не переломала девчонке руки. Впрочем, следы от побоя всё равно остались.
Лучница подняла взгляд на Сирену, слабо усмехаясь. Странная улыбка – она действовала Наге на нервы. Насмешливая, обреченная улыбка смертника. Пусть твои руки заломлены за спину и скованы наручниками, ты смотришь на меня так, словно бы и не приговорена уже к смертной казни.
Я поражаюсь твоей стойкости: тому, как ты улыбаешься смерти в лицо.
Подумав и решив, что не имеет особого смысла помогать добраться ей до стула, Нага присела рядом с лежащей на полу девушкой, свернув хвост.
Какие бы ни были правила у этих существ суши, она поговорит с ней по-своему…
- Как самочувствие?
Девчонка косо усмехнулась.
- Очень забавно спрашивать это у того, кого вы собираетесь убить.
- И всё же: ответь.
- А по мне что, не видно? – хмыкнула Лиралей. - Замечательно!
Сирена вздохнула.
- А серьезно?
- Я серьезно, - засмеялась девушка. - От моего ответа что-то меняется?
Больше не в силах удерживать шею, Лиралей вновь уткнулась носом в холодный пол и закрыла глаза. Ей было начхать, как она выглядит: какая сейчас-то уже разница…
- Быть может, и меняется, - мягко произнесла морская стражница.
Странное это, всё же, ощущение: смесь отвращения и сострадания к этому сухопутному существу, смесь жалости и презрения. Сирена протянула руку, потрепав девушку по волосам. Та уже не представляла угрозы – и почему-то вызывала желание прикоснуться, как к пойманной акуле… просто, чтобы убедиться, что этот монстр, лишь недавно убивший несколько Живых, такой же живой, материальный, дышащий.
Что это просто пойманный Живой. Такое ж существо, как она сама.
Лиралей чуть дернулась, словно пытаясь отстраниться, но тут же замерла. Пару секунд стояла глубокая тишина. Нага решила немного выждать: нутром чувствовала, что девушка собирается что-то спросить сама, а значит, будет какая-то зацепка для дальнейшего разговора… начальная нота.
- Что вы с ним сделаете? – тихий вопрос лучницы прозвучал на границе слышимости.
- Посмотрим, - Сирена прикрыла глаза. - Скорее всего: казним. Он и так достаточно натворил.
Слабый смех. Девчонка чуть наклонила голову, смотря на Сирену.
- Вы себя на его месте представить пытались? – ядовито и странно-весело поинтересовалась она. - Вас кидают в клетку за преступление, которое даже не факт, что вы ещё совершили, и чтобы выжить вам приходится жрать таких же неудачников, как вы сами… Чтобы потом вас за это же и убили.
- Не факт? – Слитис тихо рассмеялась. - Его вину доказали.
- Да ну?
- Да. Полагаю, он тебе всё рассказал по-своему? Неужели ты ему веришь? Он много кого обманывал: иначе бы не выбрался с Рифа. Так что, наговорить он всего мог. К тому же, я знаю, что произошло на самом деле.
Чуть полыхнувшее в золотистых глазах пламя.
- А с чего я должна верить вам?
- А с чего, - мягко парировала Сирена, - Ты веришь ему?
- А какое вам дело?
- Я задала вопрос.
- Я первая.
Улыбка на лице Лиралей откровенно пугала. На войне, допрашивая тех Левиафанов и предателей-слизеринцев, кого удавалось изловить живьем, она не раз видела полубезумные ухмылки – и они были понятны. Но мимика этой девчушки недвусмысленно намекала как раз на холодную трезвость сознания – ни грамма паники, ни капли страха или ярости.
Ни единой ноты безумия – и оттого её искренняя и наглая улыбка пугала.
- Хорошо…
Времени было более чем достаточно, да и Сирена не надеялась на очень короткий разговор. Если девчонка такая наглая, то к интересующим ответам придется подводить аккуратно и мягко. Возможно, для этого даже придется говорить с ней, как с ребенком. Впрочем – она действительно много младше, лет на десять, самой Сирены…
«А значит, она много младше и Сларка?» - неожиданное наблюдение чуть сбило Слитис с мысли, - «Что ж… тем вероятнее, что она куда наивнее, чем он,» - продолжать эту нить, впрочем, не хотелось, и Сирена вернулась к исходному потоку: