Забиваясь всё дальше в тени, стараясь не дышать, охотница думала лишь о том, чтобы её не нашли. Азарт сменился страхом. Хоть и не продирающим до костей, как одна лишь мысль о демоне, но вполне оправданным.
Движение. Ещё движение. Глубже в тени, такие чужие, такие опасные. С детства все привыкли, что самые кошмарные твари прячутся от яркого света там, в тенях. Что многие хищники охотятся по ночам, когда глаза их жертв не способны их различить. Отсюда же все эти сказки про монстров, приходящих из темноты?
Внезапно спина наткнулась на что-то… живое. Тени рядом зашуршали, по телу метнулась сжимающая волна страха. В панике, Лиралей метнулась было в сторону, как кто-то крепко сгреб её в охапку.
Вскрик был мгновенно заглушен чьей-то перепончатой шершавой ладонью, а у горла оказалось лезвие ножа. Она попыталась дернуться, но тень лишь крепче сжала её, а конец ножа уперся в артерию. Острое лезвие, пляшущее на коже, готовое в любой момент срезать тонкую нить жизни…
Но не срезающее, лишь щекочущее нервы.
- Тихо, черт подери, - еле слышно прошипели рядом. - Не брыкайся ты.
«Сларк?» - Лиралей немного обмякла, перестав сопротивляться.
- Это я, - в шепоте проскользнула и тут же исчезла успокаивающая нотка. - Не шуми, а то убьют нас обоих.
Тем временем там, на склоне, несколько морских тварей, выползших на сушу, искали их. Искали не там, где они на самом деле были. Их отвлекал ветер, сбивая запахи человека и амфибии. Их отвлекали многочисленные тени.
Тени и ветер защищали своих подопечных – по мере своих возможностей.
Запах крови. Он почти весь был в крови, склизкой и липкой. Ещё горячей. Привкус соли и металла. Запахи мешались в неразборчивую кашу, в которой различался один слабый-слабый на её фоне запах самого Сларка. Он давно уже не казался даже странным, - и почти не был отталкивающим, как запах тварей, пришедших за ним.
Хватка чуть ослабла, нож уже не плясал у самого горла. Хриплое дыхание Сларка раздавалось прямо над ухом Лиралей. Оказавшись первый раз так близко, лучница сейчас слышала, как нервно колотится сердце спутника. Не сразу она поняла, что чешуйчатые, чуть скользкие руки Сларка совсем не холодные, наоборот, от него исходил легкий жар, совсем нехарактерный для рыб и амфибий с температурой окружающей их среды.
«Он… теплокровный?» - внезапное открытие позабавило её несмотря на близкую к критической ситуацию.
- Сейчас они отойдут, - прошипел бандит тихо, - и осторожно убираемся отсюда. Мы с ними не справимся.
Лиралей чуть кивнула – и тут же ощущение тепла исчезло, как только Сларк отпустил её, отодвинувшись.
- Я думал, их меньше, - пробормотал он, пытаясь отдышаться. - Черт, не делай так больше, ага?
- Что?
- Не стреляй первая, - буркнул он, осторожно пробираясь у самого валуна. - Идем. Только тихо…
- Ранена?
Лиралей попыталась отмахнуться – так и лежа на траве и держась за рану, открывшуюся после последней перебежки. Они оторвались от погони. Уже в который раз.
Но на этот раз её мутило. Поначалу, в запале бега, под действием страха и шквала эмоций, она не обратила на раны внимания. Боль глушилась – и тело двигалось легко. Но силы уходили быстро, и сейчас она просто хлопнулась на землю, уже не в состоянии пошевелиться. В безопасное укрытие Сларк её уже просто оттащил.
Помнится, Аюшта часто ругалась на неё, когда лучница возвращалась с очередной охоты, притащив с собой тушу убитого зверя – и целый комплект глубоких ран. И непонятно было, что волновало дриаду больше: возможное заражение или охота на зверей. Как-то раз, втирая целебную мазь в рваные раны подруги, Аюшта наконец призналась, что всей душой любит Лиралей как лучшего друга, но её пугает хищная натура лучницы. Всё нормально – и мы часть природы, а природа куда более жесткая и порой жестокая стихия, чем незнающие люди пытаются её изображать. Просто я травоядное – а ты хищник. Лиралей беззаботно хохотала над этими словами, лишь иногда тихо взвизгивая от боли в ранах, а Аюшта ругалась, что если она будет так смеяться, они снова откроются…
В голове туман. Похоже, на одном из ножей была отрава.
- Не двигайся, - Сларк, тяжело вздохнул, сев рядом. - Какие вы, люди, слабые…
Мази оставалось совсем на дне. Он её почти не использовал сам – таскал на всякий случай.
Лиралей оказалась как раз таким случаем.
- Рану не закрывай, - он убрал её руку от разорванной раны на боку, начав втирать мазь. - Всё, потерпи сейчас немного.
Холодно. Морозит.