Спешили мужички радоваться жизни.
Вот и успели.
На встречу с Богиней.
Двоим, что держали девке руки и прижимали ее к столу, короткий меч и боевой нож мужики вогнали под ребра одновременно. Гретта не оставила им выбора. Началá веселье никого не спросясь… С купчика, что нетерпеливо возился с вязками на штанах прижимая локтем елозившие по столу ноги жертвы. Мазнув глазами на его друганов, она с блядской улыбочкой зашла мужику за спину и коротким сильным толчком загнала узкий, похожий на стилет, кинжал прямо в подставленную задницу. Била не абы как, естественное отверстие хорошо направило кинжал в дёргающейся заднице, не дало соскользнуть в сторону и локоть качественного, хоть и туповатого, с бабы какой толк, железа пропорол внутренности живота, диафрагму и легкие, потому ни криков, ни особой крови не было. Железку, маркитантка неслышно и незаметно извлекла из тонких кожаных ножен закрепленных на внешней стороне бедра под платьем. Била абсолютно спокойно и привычно-безжалостно. Так, как научила старая шлюха с которой Гретта до воссоединения семьи пару месяцев скиталась по разоренному войной графству. Старая карга прожила интересную, главное, долгую жизнь придерживаясь незамысловатых правил. Не можешь победить — сбеги, нет сил или слишком опасно — раздвинь ноги и не бузи. Главное выжить, а там и дождёшься счастья если не упустишь момент, когда нужно рвать из чужого горла свой кусок. И рвать лучше вместе с горлом. Рвать побольше, и повкусней, но ровно столько, чтоб люди добрые не узнали, да не позарились. Не то вместе с зубами отберут…
Бабья жестокость и жадность? Бросьте. Как замаслились глазки борзых купчиковых наёмников Гретта заметила ещё от стола. Ладная баба хорошо, но две вдвое лучше. Тем более на пятерых-то… Бойцовые качества и жизненные устремления своих братьев она знала лучше некуда, но и становиться следующим угощением на чужом празднике жизни не хотелось. Даже если Григ, он же глава рода, поимеет на этом деле серебрушку-другую… Опять же пора обзаводиться рабочими руками, и не только. Устала она в одиночку двух здоровых мужиков обихаживать да удовлетворять… Григ дурак-дурак, но жаден, и девку не отпустит, и за так никому не отдаст, а желающие заплатить табунами не ходят.
Как валить безмятежно жравшую на дворе пару охранников Гретта долго не раздумывала. Понимала, что времени мало, а наёмников ещё и отвлечь требуется, чтоб резать по одному… Дёрнула за собой трактирного вышибалу пока туповатый бугай вместо того, чтоб делать хоть что-то, пялился на три трупа под столом. Тому по должности положено срамными девками приторговывать, вот и решат, что свеженькую тащит. Наемники народ опасный, недоверчивый, но тут подвоха не заподозрили. Расслабились в безопасности да и внизу живота ощутимо давило. Должны были отвлечься… Один тут же бабе подол задрал, полез товар щупать. Второй поближе к вышибале сунулся, слегка пугануть того перед торговлей. Когда он бабу огибал, словно куклу с глазами, Гретта ему в печень свой любимый кинжал засунула. Спиной почуяла как вышибала задёргался. Оценщик то ли услышал что, то ли за тугие бёдра лапая, сбрую оружейную зацепил. Пока наёмник в юбках путался, Гретта ему второй кинжал вогнала в башку под основание черепа. Вконец, ошалевший вышибала отшатнулся. Вязаться с бешеной и напрочь отмороженной бабой мужик не желал. Себе дороже. Его куда более сообразительный хозяин давно уже не рыпался и скрипя зубами униженно кланялся и скороговоркой бормотал благодарности, пока Григ громогласно объяснял деревенским олухам какие страшные беды и ужасные раззоры отвели от них «герои спасшие столицу и государство».…
Опытный купец крупами и овощами и прочими долгоиграющими продуктами запасся на всю неблизкую дорогу. Пока старшина маленького рода пыжился и надувал щёки перед трактирной братией, Гретта припахала ошалевшую девку и с ней на пару споро перетаскала припасы в свои фургоны. Недоверчивый Григ отговорившись спешкой наотрез отказался от обеда-ужина, о ночёвке трактирщик и заикаться не стал. Из нечаянных трофеев Григ, скрипя зубами, честно выделил хозяевам долю и не малую. К тому трактирщик рассыпаясь приторными славословиями презентовал три хорошо прокопчённых окорока. Четверым на месяц с избытком. Через пару часов уже на четырёх повозках выехали на тракт, благо оставалось еще часа три светлого времени.
Примерно 2987 год от явления Богини. Аренг
Григ набросился на сестру с кулаками едва трактир скрылся из виду. Только что пережитый страх за собственную шкуру выродился в дикую злобу на не в меру умную выскочку, по бабьей дурости устроившей в трактире смертельную замятню. Однако отвести душу не удалось. Гретта соскочила с повозки и нырнула в придорожные кусты. Убегать баба и в мыслях не держала — без защиты семьи, хоть и столь кривобокой, молодой девке кроме ошейника ждать нечего, но и лишнего огребать не хотела. Как и надеялась, Григ за ней не полез, а выругавшись, что-то пробурчал сидевшему на козлах брату и поплёлся к переднему фургону. Едва заскрипели колёса она вылезла на дорогу прямиком в объятия Рэя.