Мда… много еды не всегда хорошо, особенно если желудки перестроиться не успели. Еще и дождик прошел перед обедом, короткий, но обильный. В общем, утонуть не утонешь, но стоять пришлось на носочках и высоко задирать предельно откинутую назад голову. Довольные зрители ржали и гавкали громче лошадей, но тут ветерок поменял направление…
Добровольных спасателей не нашлось, а МЧС еще нет и дай бог никто до такой супердорогой глупости не додумается, но и хорошую веревку для спасения упрямого барана Алекс портить не собирался. Нет, сам залез, сам и вылезет, потихонечку доломает за ночь доски и часика через четыре выберется. Хлебнет конечно бодрящего, как же без этого, а и поделом. Мы же баиньки, вон и солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Да и куда девать его потом такого гм… пахучего. По ночам сейчас не холодно, вон и закат на дождик кажет. Алекс конечно не метеоролог, но в эту пору льет почти каждую ночь.
17.04.3003 год от Явления Богини. Хутор Овечий
Алекс откровенно филонил. Время тянул. Для полного «ай лю-лю» частокол стоило удлинить ещё на три кола, примерно. Дурацкое количество. За одну ходку не вывезешь, а тащиться на вырубку дважды не хотелось. Уж больно все умотались за эти дня. Две не столь уж и коротких ходки в день. Четыре тяжеленных бревна. Это много. Слишком много. Не пакет брёвен на «Урале» с манипулятором притащить. Мужики даже осунулись. Впрочем, как раз на них-то Алексу было плевать. Не сдохнут, а сдохнут, туда и дорога. Чужака пугало состояние лошадей. Утром, сразу после завтрака его возле конюшни перехватил женский хуторской триумвират. Гретта при поддержке Лизы накатились первой волной. Сзади несмело маячила Зита. Вообще, последствия идиотской, а что ещё могло получиться у зазвездившегося инфальтивного тинейджера, попытки бунта вполне уложились в старую как мир схему: «Наказываем невиновных, награждаем непричастных». Так уж сложилось. Алекс лишь понадеялся, что муки душевные тягостнее телесной боли. Где-то там в душе понадеялся, глубоко-глубоко. Ладно, хотелось как лучше, а получилось, как получилось. Пришлось явить угнетенному народу чёрное прогнившее нутро безжалостного рабовладельца-кровопийцы. Гретта с Зитой уловив в хозяйском взгляде недвусмысленный приказ растаяли как рафинад в кипятке. А чё?! Алекс ещё на Лене-Оле грозу во взоре отработал. Лиза же и сама не поняла как в конюшне оказалась. Наедине с безжалостным и ужасным. Да ещё и вожжи на стене висят, как на грех…
А неча. Разборки старших на глазах у любопытных но не шибко вумных младших погубили и флот, и армию ещё той, настоящей Российской Империи, что имела во главе не презика, а императора. Ну какого уж имела-отымела. Скрывшись с глаз чужих долой Алекс давить перестал, но и выслушивать осторожно-почтительные наезды не захотел, понял уже о чём речь пойдёт:
— Лизонька, коль уж ты за ты за всю скотинку хуторскую в ответе, то тебе и телегу тащить.
Помолчал, внимательно наблюдая как лицо рабыни расцветает красными пятнами и когда решил, что та поняла и прониклась, продолжил.
— Запряг бы, да толку с того… Лиза, коль уж взялась за скотиной бдить, так по углам не прячься… Лошадок же ещё вечером обнюхала? Смолчала почему?
…?
— Теперь-то чего уж молчать… испужалась она, видите ли. — вздохнул и подойдя к ближайшей лошади скомандовал, — показывай, коль так вышло. За скотину с спрос с тебя, кто б на ней не ездил. Вот и следи, и ежели что, не молчи, она не люди, ей отдыхать нужно… Ну а за вчерашнее…
Очень хотелось простить, но… Повторять земные ошибки дороговато выходит, да и опасно. Обратно-то уж точно не зашвырнёт. Тут уж вся физика с математикой на дыбы встанет…
«Начальник всегда прав, а уж хозяин… Вот только дело от того страдать не должно. Впрочем, вина за генеральшей от животноводства есть и не выдуманная. Узнай я с вечера, что лошадям суточный роздых нужен, не дёргался бы сейчас работу мужикам подыскивая. А потому придётся Лизоньку пороть. Награждать и наказывать желательно в меру и дедушка Дуров тут не авторитет, цирк на жизнь мало похож. Макаренко! Ау!