– Тише ты! – воскликнул «может быть, менеджер».
– Ну серьёзно, они же не могут быть настоящими? – спросила женщина.
Остальные двое ничего не ответили, и, словно по сигналу, все трое отошли от вещи, вокруг которой толпились. Оскар наконец увидел, что́ же они рассматривали.
На маленьком рабочем столике стояла искалеченная коробка, которую, судя по виду, в последний момент спасли из уплотнителя мусора. Целлофановое окошко было грязным и с глубокими белыми складками, расходившимися словно вены. Уголки коробки были мягкими и потрёпанными, а верхнюю створку удерживала пушистая полоска скотча. Но даже через настолько повреждённую упаковку Оскар увидел зелёную голову и выпученные глаза.
Плюштрап-Охотник!
За спиной Оскара толпа уже ревела от гнева, как вдруг появился кассир. Оскара он не заметил – слишком уж сильно паниковал.
– Помогите! – крикнул он другим сотрудникам. – Они сейчас взбунтуются!
Прежде чем они успели повернуться, Оскар успел спрятаться. Дальше подслушивать разговор было не нужно, и он бросился к друзьям, всё ещё жавшимся к прилавку.
Женщина с хвостиком вышла к прилавку вместе с паникующим кассиром. На бейджике значилось «Тоня, помощник менеджера».
– Мне очень жаль, – объявила Тоня, – но Плюштрапов больше нет в наличии.
– Нет, есть, – тихо проговорил Оскар. Слишком тихо – его заглушила толпа.
Когда Тоня не ответила, он крикнул:
– Эй!
Она повернулась к нему, прожигая его взглядом тёмных глаз.
– Что? – рявкнула она.
– У вас там есть ещё один, – сказал Оскар. Может быть, это даже прозвучало обвиняюще. Он кивнул в сторону коробок, за которыми стоял Плюштрап-Охотник.
Тоня ещё раз посмотрела на толпу, потом – туда, куда показывал Оскар. Её взгляд задержался там чуть дольше, чем было необходимо, а потом она посмотрела на Оскара, словно они остались вдвоём во всём большом зале.
– Он повреждён, – ответила она.
– Как по мне, нормально выглядит, – соврал Оскар, решив испытать удачу. Он не совсем понимал, о чём Тоня говорила с коллегами, но был достаточно умён, чтобы понять, что с Плюштрапом-Охотником, которого вернули, произошло что-то странное. Но ему было всё равно. Желание заполучить игрушку полностью овладело им.
– Он не нормальный, парень. Он… м-м-м, сломан, – Тоня сложила руки. – Поверь мне, он тебе точно не нужен.
– Но…
– Он не продаётся! – стиснув зубы, прошипела Тоня, потом крикнула на весь зал: – Ребята, мне очень жаль! Уверена, нам потом завезут ещё партию! – А потом проворчала про себя: – Хорошо бы.
– Когда это произойдёт? – спросила женщина в футболке с надписью «Keep calm and dance on».
– Я не…
– Что я скажу дочери? – воскликнул мужчина в костюме и галстуке.
– Сэр, вы должны…
– Ваш кассир сказал, что Плюштрапов хватит на всех! – закричала женщина, стоявшая так близко к Оскару, что у него в ушах зазвенело.
– Сомневаюсь, что он сказал…
Толпа была уже готова всё разнести, но Оскар едва замечал их.
– Чувак, пора нам валить отсюда, – сказал Айзек.
– Он не шутит, – добавил Радж. – Мама однажды затащила меня на распродажу постельного белья. Когда у них всё закончилось, какая-то тётка кого-то взяла и укусила. Тут реально может пролиться кровь.
Айзек в ужасе посмотрел на Раджа:
– Я не хочу, чтобы меня укусили.
Но Оскар всё равно практически не слышал их.
– Мне всё равно, что он повреждён. Я его куплю, – сказал он Тоне, но собравшиеся слишком громко кричали.
Тоня разворачивала провод микрофона громкой связи.
– Господа, успокойтесь, пожалуйста! – закричала она в микрофон, сразу же отозвавшийся высокочастотным шумом; все на мгновение притихли, зажимая уши. Но после этого, похоже, все разозлились ещё больше, и вскоре покупатели разбежались по магазину, сбрасывая игрушки со стеллажей в поисках спрятанных Плюштрапов-Охотников. Больше всего происходящее напоминало какую-то сумасшедшую охоту за пасхальными яйцами.
– Ну всё. Я вызываю охрану! – закричала Тоня, отложила микрофон и достала из-под прилавка коричневую рацию. – Мне за это слишком мало платят.
– Слушайте, продайте нам того, который у вас стоит вон там, – настаивал Оскар. Он просто не мог взять и уйти, когда победа была так близка. Он не мог вынести даже мысли об этом.
– Отвали, малявка! – крикнула Тоня через плечо, потом прижала рацию к уху: – Где мистер Стэнли? Скажи, что мне тут нужна его помощь.
Потом Тоня отвернулась от прилавка.
Оскар даже не думал.
Если бы он подумал, то, наверное, ни за что бы не побежал к тем коробкам. Ни за что бы не отпихнул сотрудника-подростка и «может-быть-менеджера», которые таращились на измятую трёхфутовую коробку, стоявшую между ними. Уж точно он не схватил бы коробку. Не поднял бы её, случайно задев стажёра-подростка по подбородку и не слыша, как кассир и Тоня кричат Оскару, чтобы он остановился, подождал, положил её на место. Если бы Оскар думал, то ответил бы Раджу и Айзеку, когда те вдруг появились рядом с ним с криком: «Что ты творишь?»