– "Чёрт Горы"? – Ир нахмурилась. – Чотгор, что ли?
Мишка закивал:
– Я плохо запомнил просто и так называю. Братец Лис съел Чёрта Горы, и дядя Гена сразу перестал злиться. Ты же видела, тёть-Ир.
– Ты где такое слово-то услышал?
– Братец Лис сказал.
– Он ещё и разговаривать умел? – женщина обернулась к Колману. Тот тоже выглядел озадаченно.
– Что за чотгор?
– Да азиатская нечисть вроде наших бесов.
– И что, он в предметы вселяться умеет?
– Понятия не имею, – Ир пошарила по карманам, вытащила телефон – треснувший в трёх местах, но всё ещё рабочий. – Спрошу у Шоно.
– Давай.
Колман поднялся и пошёл в дом.
На веранде полдникали Генка, Лена и Вересовская. Вокруг стола скакала Малька, выпрашивая вместо обеда вазочку с печеньем. Опять, что ли, через окно пролезла…
– Коль, чай будешь? – поднялась при виде его Лена и, не дожидаясь ответа, пошла доставать кружку.
На подбородке у Вересовской расцвёл буйной синевой след вчерашних боевых действий, но глаза всё равно светились умиротворением. Вчера чуть не рехнулась, увидев Мишку на пороге, всю ночь от себя не отпускала. Под утро, видимо, разрешила сходить домой, успокоить отца.
– Слушай, Ген, а что за Капитан у вас тут жил? – Колман присел на свободный стул, сложил локти на столе.
Гена на секунду перестал жевать, глянул на жену, затем пожал плечами:
– Браконьер, что ли, старый? Ну, был тут один. Кончился, правда.
– Давно помер?
– Да вот, месяц-полтора назад. А что?
– Да Малька рассказывала, вы его псину приютили.
– Лайку, – Лена поставила перед Колманом большую полосатую кружку, тот убрал локти, освобождая место. – Не мы, Мишкины родители. Красивая собака. Дурная, правда…
– Угу, Майдара покусала, – подала голос Вересовская. Колман перевёл взгляд на неё. – Он, кстати, после этого через день и взбеленился. Может, бешенство?
– Майдар – это муж? – уточнил у неё Колман, та кивнула. – Чего вдруг? Полез к собаке не вовремя?
– Да она таскалась на старый участок, приносила оттуда всякую хрень – ветошь, кости, вещи пердуна этого старого, хозяина своего любимого. Заколебались выкидывать. А вот пару дней назад Майдар утром вышел – опять что-то мусолит у будки. Пошёл отбирать, а она как кинется. Думали, руку отхватит.
Кстати о птичках. Колман глянул на Генку.
– Твоя-то конечность как?
Ленкин муж поглядел на свою забинтованную в большой марлевый свёрток кисть, покрутил…
– Два пальца отгрызла, скотина.
– Надо было в больницу – может, пришили бы.
– А там нечего пришивать было, она ж их сожрала вместе с этим драным хвостом.
– За моего Мишку пальцы отдал, – Вересовская виновато и одновременно благодарно улыбнулась.
– И за Мишку, и за Мальку, – Лена наклонилась, обняла мужа, чмокнула в лысину. Тот опустил голову, довольно заулыбавшись, и неуклюже похлопал жену по руке.
Самой Мальки, кстати, на веранде и след простыл. Как и вазочки с печеньем. Колман улыбнулся: шустрая егоза – умудрилась, пока взрослые отвлеклись на свою болтологию. Молодчина.
– И всё-таки, что за Капитан-то? Прям такой страшный браконьер?
– Да какой страшный – сволота трухлявая, – отмахнулась Ленка и села на свой стул. – Терпеть его все не могли: хамло, да ещё и агрессивное. Сколько раз в детей камнями кидался. Мужики даже морду ему начистить пытались – вообще с ружьём на них попёр.
– Неадекватный… – поддакнула Вересовская.
– Зато на зверях отрывался, – хмыкнул Гена. – Вечно в запрет, да без лицензии, то силками, то крупной картечью, половину леса ямами изрыл, падла. Раньше дети по всему подлеску носились, сами орехи-ягоду собирали, а как этот пердун старый тут поселился – попробуй ребёнка одного отпусти!
На несколько секунд за столом повисло молчание. Не вовремя тема всплыла – только детей вернули.
– И что в итоге, от вредности помер? – нарушил молчание Колман.
– Да свихнулся вроде, – пробормотал Гена. – Несчастный случай на охоте. Не интересовался деталями.
– Ну, нашли тоже тему, – не выдержав, возмутилась Ленка. – Давайте о чём-нибудь поприятнее поговорим, а!
– Да чё ты, мать? – Гена подцепил вилкой ломоть помидора: овощи его жена резала так, что не сразу в рот запихнёшь. – Ну интересуется человек.
– А ты и рад поддержать. Иришка, садись иди.
Лена снова подскочила со стула и помчалась за очередным комплектом посуды. Колман оглянулся через плечо.
– Ну как Шоно?
Ир села рядом на последний свободный стул.
– Вечером собирается сюда, так что можешь ехать домой.
Мужчина глянул в телефон и кивнул:
– Через час пробки начнутся, надо собираться тогда.