Три дня. Три дня непрекращающегося ни на миг бегства. Три дня, разделяющие их клан от ужасающей бойни. Три дня, что для него казались вечностью.
Они всё время шли на восток, без перерывов на отдых и привалов, шли день и ночь, невзирая на погоду и препятствия, но в конце концов им пришлось остановиться. Члены клана в чьих телах не струилась чакра просто физически не могли идти дальше, а тратить силы и энергию на то, чтобы подстегнуть их выносливость и выиграть ещё пару часов было попросту бесмысленно. Если неведомый враг их всё же нагонит эти часы ничего не изменят, а вот усталость воинов и медиков может стоить им всего. Так что к концу третьего дня клан разбил стойбище и начал спешно готовиться к обороне. Возводились стены, барьеры, ловушки и убежища для гражданских. Дозорам и секретами были усыпаны все подходы к их стоянке на многие километры вокруг. В спешном порядке возведённом госпитале постоянно дежурила группа ирьенинов, а воины не снимали броню и не выпускали из рук оружия даже во сне. Но шло время, а враг всё не появлялся, это сильно действовало на нервы, но и давало надежду на лучшее.
На исходе пятого дня было решено направить разведывательную группу к руинам Чэнду, ибо и дальше пребывать в неведении было бесмысленно и даже опасно.
Утром же седьмого дня мир для Кагуя рухнул.
Такеши помнил всё вплоть до мельчайших деталей. Помнил как тем злополучным утром он в сотый раз поспорил с сестрой о возможной тактике для отражения атаки неведомого врага, помнил как в их дом ворвался один из членов Небесного Двора и доложил что разведчики вернулись, а вместе с ними вернулся и Отец! Он помнил даже гримасу ужаса на лице того гонца, которой он в тот момент не придал никакого значения, слишком обрадованный и взволнованный радостными вестями.
Из дома тогда он буквально вылетел, стремясь как можно быстрее увидеть Отца и первым распросить его о том что произошло. Где-то позади с точно такими же намерениями бежала сестра, и даже Мать, вечно спокойная и собранная в этот раз отбросила все приличия перейдя на бег.
До центральных улиц они добрались за считанные секунды. Собравшаяся там толпа мешала разглядеть вернувшихся, однако ясно свидетельствовала о том, что они уже вошли в стойбище. Именно тогда Такеши и заподозрил неладное. Нигде не было слышно ни радостных криков, ни улыбок, ни слов приветствия, только тягостное молчание и всё усиливающийся ужас. Чувствуя как сердце перестало биться он буквально по чужим головам добрался до главной улицы, и там… там… Там он увидел Отца.
В правдивости этого он ни мгновения не сомневался. Даже при том что его тело всё сплошь было покрыто страшными ожогами, не оставившими ни грамма чистой, здоровой кожи. Даже не видя роскошной гривы алых волос, даже не узнавая в искажëнной гримасе всё ещё тлеющего мяса родного лица, он просто ЗНАЛ что это его Отец, это его сейчас несут по этой проклятой улице!!!
Не осознавая себя он бросился к нему, но тут же был остановлен тяжëлой рукой Изаму, что появился перед ним словно из воздуха.
— Пусти! — не то прорычал, нечто прохрипел он.
— Нет, ты сейчас ему ни чем не поможешь, только навредишь.
— Я сказал пусти!!! — уже окружая кулак прозрачной сферой завопил он, но тут же замер, услышав пронзительный женский крик.
— Дорогой!!!
— Отец!!!
Мать с сестрой бросились вперёд, но так же как и ему, путь им преградил Изаму.
— Прочь! — одним взглядом буквально разрывая фигуру Первого Советника на части проревела мама.
— Нельзя, — тихо но всё так же непреклонно ответил им он.
— Или ты пропустишь меня к мужу, или я пройду к нему по твоему трупу, — без тени эмоций ответила ему Умеко и уже собралась перейти от слов к делу, как вдруг замерла на месте, — Откуда это.
Не понимая в чëм дело Такеши проследил за направлением взгляда матери и оторопел. Кисти рук Изаму были сожжены до костей! Но что… Внезапно в его голове мелькнула страшная догадка и встретившись взглядом со старым воином, он мигом осознал, что понял всё верно. Насильно проталкивая слова наружу, Такеши кое как сумел выговорить:
— Мы будем рядом… Мы должны быть рядом с ним.
Вновь короткая дуэль взглядов, после которой преграждающая им путь фигура сделала шаг в сторону.
В тоже мгновение они все разом сорвались со своих мест, спешно догоняя ушедшую вперëд процессию.
Им удалось поравнятся с ними лишь у самых стен госпиталя, ровно в тот момент, когда пять воинов Парада акуратно заносила тело Отца внутрь, в то время как остальные распределись по-всему периметру здания, ведя свой дозор.