— Вы сделали правильный выбор, — солью на кровоточащую рану, посыпались приторные слова аловолосой ведьмы, — Вот увидите, под патронажем Третьего Хокаге, Ча но Куни достигнет небывалых высот.
— Что? — на мгновение Кэзуо показалось что он ослышался, однако, несмотря на давящий груз прожитых лет, слух его ни разу ещё ни разу не подводил, — А при чём тут Третий Хокаге?
— Вы всё узнаете, позднее. Пока что просто отпустите все свои заботы и тревоги, более они вас никогда не побеспокоят.
Не сводя взгляд с мелководья, где напротив друг друга неподвижно застыли два мужских силуэта, Ринго поневоле поражалась той невозмутимости, с которой Глава Кагуя принял всё это.
Фугуки был ублюдком, тупым, жадным до власти, мерзким уродом. Куноичи могла бы придумать ещё сотни оскорбительных слов, каждым из которых с удовольствием окрестила бы этого недоноска, но одного среди них не было — слабак. Фугуки был кем угодно, но не слабаком, это она, скрипя зубами, но признавала. Те же кто не смог, давно уже нашли свою кончину на дне проливов Страны Воды, или же меж клыков Самехады, признавая своё поражение под звук ломающихся костей, звон рвущейся на куски плоти и влажный хруст перемалываемых в труху хрящей.
Смогла бы она вот так вот спокойно стоять, зная, что через пару мгновений Фугуки ринется к ней, в попытках забрать единственное что всё ещё принадлежало лишь ей одной? Вряд ли, уж точно не при таких условиях. А этот Аловолосый стоял, даже бровью не повёл, когда Суйказан высвободил свой меч из его импровизированных ножен, и проорал на весь залив:
— Ну что, Кагуя, готов сдохнуть⁈
— Пока нет, — лениво ответил ему Повелитель Костей, не моргнув и глазом. После чего широко осклабившись пророкотал:
— Но раз ты так уверен в моей кончине, то может всё же исполнишь последнее желание приговорённого и передашь свой клинок? Всего на секунду, ммм?..
— Если сумеешь пережить этот час, — прошипел ему в ответ Фугуки и не проронив более ни слова бросился в бой.
Расстояние между двумя шиноби сократилось до нуля в один миг. Фугуки пробежал по водной глади едва уловимым бликом, после чего обрушил на неподвижного Кагую мощнейший удар сверху вниз, норовя буквально смести его с пути.
Не трудно догадаться что Самехада не был типичным клинком. Он вообще мало общего имел с мечом, даже в базовой своей форме напоминая скорее дубину-канабо, а тысячи острых чешуек, покрывающие всю поверхность живого-оружия, лишь усиливали это сходство.
Глухой звук удара был слышен даже за сотни метров от берега, а вздыбившаяся гладь залива наглядно демонстрировала сколь много сил Фугуки вложил в одну единственную атаку. Рогатого буквально вбило в рыхлое песчаное дно, лишь для того чтобы мгновением позже резко взметнуть вверх взбесившимся водным потоком, под хриплый вой Фугуки:
— Техника Стихии Воды: Восходящий Поток!
Ринго хорошо знала этот приём. Прямо сейчас плоть Повелителя костей стёсывают тысячи разносторонних течений, что так и норовят перемолоть оказавшееся в их власти тело в кровавый фарш.
Если бы на месте Кагуи был кто другой, куноичи сказала бы что на этом всё кончено, но даже отсюда она прекрасно видела, как водный поток остервенело кромсал Третьего Хокаге на части… добившись ровным счётом ничего. Даже без усиления чакрой, плоть этого монстра была невероятно прочна, а то что яростному течению всё же удавалось стесать, мгновенно заживало, не оставляя и следа.
Очевидно поняв всю тщетность своих попыток, Фугуки прекратил поддерживать технику, вследствие чего тело Третьего просто рухнуло обратно в воду, однако тот, верный слову, даже не попытался подняться. Впрочем Фугуки довольно любезно помог ему в этом не простом деле — парочкой Водяных Лезвий, которые хоть и пропороли Аловолосого почти на сквозь, но усиленный костяк пробить всё же не смогли, банально разбившись об него.
Последующий десяток минут иначе как цирком куноичи назвать не могла. Суйказан посылал в Кагую технику за техникой, отчаянно пытаясь хоть что-то сделать этому чудовищу, но раз за разом терпя неудачу. Ему просто нечего было противопоставить феноменальной прочности и по истине демонической живучести Главы Конохагакуре но Сато. И Куноичи смеялась в голос, во всю наслаждаясь унижением с полна заслужившего это ублюдка! Что с каждой минутой приближался к собственному поражению и не минуемо последующей за ним мучительной смерти, не от рук Кагуи, так от клинков соотечественников.