— Я думаю только о деле и благе Деревни! — ожёг товарища яростным взглядом юный Шимура, — Неважно, прикончим мы эту тварь или возьмём живьём — Какурезато только выиграет от этого!
— Хаширама-сан этого бы не одобрил, — решил ударить по больному Хирузен, сам невольно сжимая зубы от всей мерзотности своего поступка, но иначе было никак. Им срочно надо было покинуть территорию Кусо, или последствия могут быть непоправимыми.
Услышав это Данзо невольно замер на полуслове, но тут же вскинулся и уже готов был ответить, как вдруг в размеренной картине их двухдневной слежки возникла аномалия.
Он вышел прямо из храма. Вольготной, почти ленивой походкой прошёл меж длинных рядов тории, и замер на границе храмовой земли, явно ожидая чего-то.
Глаза двух шиноби невольно раскрылись в недоумённом изумлении. Они не единожды обыскивали Храм, использовали все доступные способы и все известные методы, и ничего! Ни единого следа! Но… этот ублюдок… это Он… это точно был Он!
Картины минувшего вновь вспыхнули перед глазами. Беспомощность, отчаяние и боль, а после пустота. Они раздирали сердце на куски, требовали свободы, выхода. Ему просто нужно было дать им волю, направить этот поток в один выверенный удар.
Чья-то тяжёлая рука до боли сжала его плечо, вырывая тем самым из пелены кошмаров. Данзо обернулся и увидел Хирузена. Он что-то шептал, но разобрать что именно Шимура не мог. Кровь набатом пульсировала в висках, руки до боли сжимали кунай. Всего один удар. Всего один…
Поворот головы стал последней каплей. Ублюдок сделал то, что делать был не должен, он отвёл взгляд в сторону и более медлить Данзо не стал. Приглушённый, скрытый техниками и рядами печатей очаг в мгновение ока вспыхнул сверхновой, разгоняя по каналам чакру, что тут же наполняла тело силой. Один рывок. Сзади в мелкое крошево разлетается верхушка облюбованной им сосны, оглашая округу протяжным треском, но это уже было неважно. Молодой джонин пробирался к своей цели медленно, через ставший вязким словно кисель воздух. Он прорывался прямо к ней шаг за шагом. Сердце не успело отбить даже один удар, а он уже был на расстоянии удара клинком. Один в горло, один в подмышку, два в живот — поражая печень и селезёнку. Проверенная годами комбинация не оставляла шансов на выживание ни одному шиноби, если конечно в его крови не текла родословная Великих Кланов, или если рядом вдруг не окажется квалифицированный ирьенин. Он отрабатывал её тысячи раз, причём в последние годы исключительно на живых мишенях, и потому сразу же понял, что что-то не так. Догадка пришла мгновенно — кунай слишком легко прошивает плоть, словно прорывается не сквозь слои мышц и тканей, но скользит в податливом жиру. Мгновенно сориентировавшись Данзо попытался перевести удар в плоскость и резко довернул клинок в право, буквально разрезая только начавшее реагировать тело пополам. Но опоздал. Вместо рассечённого трупа на землю упала отрубленная по плечо рука, в то время как её бывший владелец, слишком резво для того, кто только что словил четыре удара по жизненно важным органам и лишился конечности, отпрыгнул в сторону, мазнув по нему взглядом янтарных глаз, в которых напополам с безразличием читалась явная… насмешка.
Размышлять времени не было, и потому Данзо вновь ринулся в атаку, на ходу складывая печать концентрации, но высвободить технику не успел.
На то место, где мгновение назад находилась их цель, обрушился чудовищный удар чёрного посоха с золотым набалдашником, мгновенно подняв вверх целые комья земли и озарив округу громогласным грохотом, но не достигнув главного — белобрысый ублюдок в чёрном плаще увернулся, уйдя с траектории удара в самый последний момент. Однако Хирузен и не думал теряться, на ходу напитывая свой призыв чакрой, заставляя тот удлиняться с немыслимой скоростью. Набалдашник, с хлопком преодолев звуковой барьер, устремился к юркому противнику, но тот вновь смог уйти, просто провалившись под землю. Понимая, что ублюдок может попытаться сбежать, Шимура вновь сложить печати, но его опять опередили. Протоптанная ногами тысяч паломников площадка перед храмом буквально взорвалась аморфным земляным фонтаном, исторгнув из себя белолицую тварь, а в следом за ней показался и третий участник их отряда.
Мешкать Какудзу не стал, потому сразу же активировал Джионгу, тут же покрываясь ковром из тысяч антрацитово-чёрных нитей, что устремились прямо к их цели, норовя погрести тут под собой. Вот только вместо податливого тела они смяли в мелкое крошево лишь одну из храмовых колонн. Их противник воспользовался Техникой Замены, но далеко уйти не смог.