— Дело не в резерве. Думаю, когда ты потеряла сознание, то у тебя ещё процентов девяносто энергии оставалось в запасе, судя по рассказу. Проблема в перегреве и общей неприспособленности. Ты слишком увлеклась со своим мечом, не просчитав риск.
— А это не одно и то же? Маховик это ведь, в каком-то роде, беспалочковая магия. И пускай я к ней не готова пока, но ведь в прошлый раз времени ушло куда больше на повышение температуры.
— Нет, маховик работает с тем же коэффициентом, что и палочка, просто механизм другой. Суть верная, но ты смотришь не в ту сторону. Проблема именно в твоём заклинании... Сейчас объясню наглядно.
Встав с кровати, маг нашел взглядом среди прочих книг у кровати переведённое на английский собрание медицинских трудов Парацельса в четырёх частях, выбрал третий том и подошел к Грейнджер. Присев на стул у кровати, он нашел нужную главу и «Левиоссой» подвесил раскрытую книгу в воздухе — всё-таки было какое-то непонятное удовольствие в том, чтобы иногда так бесполезно тратить магическую энергию на подобные мелочи. Он указал на схематичный рисунок, изображающий контуры нервной системы человека, а точнее параллельных ей «магических каналов», как тут у целителей принято называть цепи. В этом мире судьба Теофраста фон Хоэнхайма сложилась по-другому: некоторые книги он так и не написал, другие наоборот — никогда не появились в том прежнем мире, да и погиб он здесь иначе. Однако его вклад в алхимию, равно как и в изучение магических цепей и способов хранения магической энергии здесь оказался ничуть не менее великим. Разве что фамильными гербами он никогда не занимался, ввиду их отсутствия, зато работал с волшебными палочками и описывал механизмы их применения и подбора. А ведь кто-то другой на месте Кайнетта даже мог бы сказать, что сама возможность прочесть ранее неизвестные труды подобного гения стоит всех проблем и неудобств, включая собственную смерть.
— Вот они, каналы – сохраняют и передают магическую энергию в теле. В своём роде вторая нервная и кровеносная система тела, только на ином, духовном уровне. Мы пользуемся ими, практически не замечая, а точнее каждый раз палочка сама обращается к ним, отбирая немного энергии для сотворения заклинания.
— Это я знаю, в книгах, что мы вместе просматривали для перевода, это всё упоминалось, — отмахнулась Грейнджер, намекая, что не стоит, как с другими, начинать совсем уж с азов, говоря с ней.
— Я их всё же не «просматривал», а читал, — спокойно ответил маг, реакция ведьмы его скорее позабавила. — В конце концов, у меня на пять предметов меньше, так что время было. Но если ты всё это уже знаешь, то почему палочкой колдовать легче, чем без неё?
— Она собирает, проводит и фокусирует магию в нужной точке, создавая заклинание, — как по учебнику ответила Гермиона.
— Да, но магию она при движении собирает вокруг, ты ведь это помнишь?
— Я читала описание этого принципа, но так и не поняла — зачем, если магия и так уже есть у нас внутри? В этих самых каналах.
— Потому что её там не так уж много, а вокруг она почти бесконечна. Смотри, — он очертил мистическим знаком петлю и произнёс арию: — Люмос. Я сейчас собрал из воздуха в четыре раза больше энергии, чем потратил сам. Если просто поддерживать уже наложенное заклинание, — он неподвижно вытянул руку и просто указал мистическим знаком на шар света, — тогда палочка просто тянет магию из воздуха, но уже медленно, получается примерно поровну собственной и внешней энергии. То есть сил тратится в два раза меньше, чем без палочки, однако всё равно довольно много, к тому же постоянно. А на магический предмет без такого «концентратора» внутри, какой есть в палочках, требуется «полная цена», только собственная сила без внешней поддержки. Допустим, если брать отвлечённо, пусть весь резерв магии это пятьсот условных единиц, тогда «Протего», наколдованное палочкой, требует, допустим, одну единицу, без палочки, руками или через иной «артефакт» — уже пять, а поддержание, соответственно, по четыре и двадцать единиц в минуту. Идея ясна?
— Да. Это как мана в Populous.
— Что и где? — переспросил маг удивлённо.
— Это игра такая, очень популярная сейчас. Нужно исполнять роль бога для людей, и у игрока есть «мана» — некое количество очков, которые тратятся на совершение чудес.
— Но мана вовсе не… — начал Арчибальд, но быстро оборвал себя. Это просто совпадение терминов, и она явно имела в виду нечто совсем иное. А если он сейчас начнёт детально расписывать отличия Маны и Од, процесс их преобразования и так далее, то уйдет слишком много времени. И у Грейнджер появится слишком много ненужных вопросов. — Хорошо, пускай, если так проще понять. В нашем случае ты, опять же в условных числах, потратила на включение меча двадцать пять единиц сразу, по пять на каждый компонент, и потом тратила ещё сто в минуту на все — без скидок, без внешнего источника, только собственную энергию на активацию и поддержание. В старой версии, при коротких взмахах, расход был разовый и на три заклинания, но теперь ты тратила силы постоянно, каждую секунду. Зелье, которое поддерживает свой эффект за счёт тех же каналов, требовало ещё, допустим, пятнадцать или двадцать единиц в минуту, на телекинез и на «предвидение». И маховик ещё десять в минуту на двойном ускорении, — взяв со своей тумбочки перо и пергамент, маг вернулся, положил на колени ещё одну книгу и быстро начал вносить все эти расчёты. — Итого, условно, сто тридцать в минуту. При общем резерве, допустим, около трёх тысяч, это позволило бы тебе вести бой на подобных условиях минут десять-двенадцать реального времени — ведь под действием маховика энергия расходовалась в два раза быстрее. Вот только пропускная способность на данный момент, условно говоря, сто единиц в минуту. И ты её превысила на треть. А на самом деле, может быть, и в два раза, и даже больше — я всё-таки беру условные цифры, а точнее надо спрашивать у целителя.