— Да, Мерфи. Лучший результат на курсе в экзамене по ЗОТИ… — медленно произнёс Аластор, изучая его обоими глазами. И наверняка он не мог не замечать реакцию на мистический знак, но палочку убирать и не думал. — Думаю, разбирать все ваши школьные стычки будет малоинтересно, тем более, что мы уже прошли по основным моментам с остальными. Хотя допускаю, что пару раз вы могли и не попасться… Но лучше скажите мне вот что. Вы знакомы с событиями, произошедшими в Хогсмиде во время нападения этой весной?
— С чужих слов, сэр, — ответил маг, скрывая своё раздражение. Даже если «Аваду» невозможно использовать невербально, и он успеет среагировать на первые слоги арии, уходя в сторону и нанося удар в ответ, есть множество заклинаний, которые Аластор может применить молча. А расстояние сейчас не больше полудюжины шагов в самом лучшем случае. Но не прекращая контролировать действия профессора, он ответил ровным тоном: — От старшекурсников с нашего и других факультетов, а также из рассказов профессора Люпина.
— А вы сами где были в момент нападения? — спросил тот вдруг.
— В замке, как и положено первокурснику, сэр, — ответил маг, голосом изобразив удивление тем, что преподаватель не понимает настолько очевидных вещей. На самом деле этот разговор как-то слишком быстро начал напоминать допрос. — Это был выходной день, так что я занимался тренировками в чарах и трансфигурации, пользуясь пустующими классами…
— Само собой, в этом как раз ничего зазорного нет, — отмахнулся Аластор, будто ответ его и не интересовал. — Однако предположим, вы бы оказались в это время в Хогсмиде. Допустим, выбрались бы нелегально… Я верю, способ бы вы нашли, студенты всегда их находят, но да речь не об этом. Так вот, вы бы оказались, допустим, вместе с Грейнджер и её компанией. И что вы стали бы делать? Какие основные ошибки допустила их группа?
— В той ситуации лучшим выходом было покинуть деревню, воспользовавшись системой каминов или помощью взрослого, владеющего парной аппарацией. Либо оказаться рядом с кем-то из профессоров и действовать согласно их указаниям. Они избрали эту стратегию, однако выбирались по улицам, вероятно, посчитав, что напавшие бандиты не успеют или в силу своего низкого развития не способны перекрыть все выходы из неё. Это было их ошибкой — выбрать главную дорогу, а не уходить через лес, — Кайнетт, разумеется, не мог рассказать, что он стал бы делать в такой ситуации в реальности. Ответ включал бы слишком много поднятых мертвецов и заклинаний с использованием свежей крови, чтобы профессор его принял. Потому он попытался придумать что-нибудь, допустимое для Мерфи, но крайне нехарактерное для профессора Арчибальда: — Возможно, с учетом разницы в силах между взрослым волшебником, пусть даже плохо обученным, и учеником первого, а даже и третьего курса, по пути стоило бы завладеть обычным оружием, взяв его у уже оглушенных полицейских или солдат.
— А вы умеете стрелять из автомата, Мерфи? — с интересом спросил Аластор, продолжая внимательно его разглядывать. Впрочем, ответ вызвал перешептывания и среди учеников.
— Нет, сэр. Однако судя по фильмам, у всех офицеров полиции и военных должен быть при себе ещё и пистолет. Думаю, воспользоваться им сумел бы даже школьник. Это ведь не волшебная палочка, учиться семь лет не нужно. Такое оружие рассчитано далеко не на самых умных людей в мире, думаю, разобраться в нём было бы не очень трудно.
— Но ведь пистолет не предназначен для того, чтобы оглушить или усыпить противника, — заметил Аластор. Разговор уже пошел достаточно опасный, с учетом принятых среди волшебников правил. — Только чтобы убивать. Как палочка, которая настроена лишь на «Аваду», если вы знаете, что это такое.
— Скорее на «Редукто» или «Портоберто», — возразил маг. Менять тему было уже поздно, оставалось отыгрывать образ «магглорождённого из плохого района» до конца. — Попадание в голову убьёт на месте, попадание в руку — нанесет вред, но далеко не смертельный.
— Вы полагаете, в той ситуации школьникам допустимо было бы использовать «Редукто»? Тем, кто на это способен, по крайней мере.
— С учетом разницы в силах, да, — ответил маг уверенно. — Более того, когда они столкнулись с Краучем… Или с пожирателем смерти, который выдавал себя за него, а затем с вампиром — это был их единственный выход. В этом случае, как ни странно, даже жертв было бы меньше.