Однако именно её мелочность и нежелание проигрывать стояли за всей этой чехардой в тёмном коридоре. Месяц назад она под пристальным контролем Грейнджер и утроившей бдительность Тейлор всё-таки со второго раза записала «интервью» более или менее близко к сказанному, не считая пары допущений «для красоты». И даже на следующий день опубликовала, переврав и перекрутив факты не так уж и сильно — не больше, чем на треть. Однако сама Скитер явно сочла это своим «поражением», если не «унижением», и после этого решила взяться за Грейнджер, её клуб и её учеников уже всерьёз, чтобы отыграться. Глупо, мелко для взрослого человека, тем более сделавшего успешную карьеру и популярного, но, видимо, она совершенно не привыкла проигрывать, тем более «каким-то детишкам». И не то чтобы Кайнетту было совершенно незнакомо это чувство. Разумеется, она при всём желании не могла бы посвятить всё своё внимание подобной «мести», ведь её репортажи о турнире и международном обмене требовали в редакции регулярно, но она не забывала при случае пройтись по «кружку под руководством зазнавшихся магглорождённых» в статьях, посвященных школьным делам.
Основную ставку она сделала именно на популярную тему статуса крови, сосредоточившись на том, что во главе клуба оказались трое «грязнокровок», к тому же известных своими сложными отношениями с наследниками старых семей. Из чего Скитер уже принялась выстраивать картину чуть ли не расистской секты, прямо в школе с самых младших курсов готовящей бойцов для восстания против пропагандируемого ими и ими же выдуманного «диктата чистокровных»… Тот факт, что на собраниях спокойно присутствовали даже слизеринцы вроде Риверса, она предпочитала «не замечать». В начале ноября ей пришлось сбавить обороты, когда Грюму всё это надоело, и он неожиданно выставил в той же газете статью о своём видении дополнительного внеклассного образования в Хогвартсе на примере курируемого им клуба, убедительно разгромив тезисы и домыслы Скитер. Всё-таки старый аврор до сих пор имел в магическом мире немалый авторитет, а за своих новых подопечных он был готов вступиться, не глядя на их происхождение и факультеты.
Именно после этого Рита сменила тактику и начала «копать» более аккуратно, в свободное время пользуясь своими навыками в магической маскировке, чтобы найти на клуб и его участников что-нибудь достаточно компрометирующее, помимо обычных школьных сплетен. Пока не слишком успешно — разве что та статья с намёками на романтические отношения между Тейлор и Грейнджер наделала шуму среди школьников, но скорее просто в силу фривольности темы и яркого заголовка, ведь сколько-нибудь достоверных фактов там представлено не было. Однако она не прекращала попыток хоть что-нибудь найти. Сегодня, видимо, опять настала очередь Мерфи оказаться под прицелом.
Что касается двух других наблюдателей… Они, судя по всему, решили последовать примеру Скитер, хотя и по своим мотивам. Аманду, без сомнения, отправила Селвин, почуявшая, что «на этих грязнокровок» можно найти что-нибудь горячее — раз уж сама Рита взялась за это дело, что-то точно есть, а Марисса до сих пор надеялась отыграться за якобы страшные унижения священных семей и её лично. Уизли, насколько маг предполагал, решил вернуть их компании расположение Грейнджер, то ли ради победы на турнире, то ли чтобы в конце семестра не оказаться в самых худших учениках факультета без её помощи. А лучший способ для этого — скомпрометировать Мерфи в её глазах, найдя за наглым второкурсником какие-нибудь достаточно серьёзные прегрешения, и точно так же, «раз уж сама Скитер взялась, там что-то обязано быть». Кайнетт даже не стал бы полностью исключать, что до кого-то из них дошла та беседа с МакГонагалл или просто стал известен сам факт, что деканам есть, чем на него давить, а значит это «что-то» стоит отыскать. Разумеется, они даже были совершенно правы в своих предположениях, вот только Арчибальд не был настолько глуп, чтобы, уже зная о слежке, призывать духов или проводить ритуалы крови. Вместо этого, в очередной раз обнаружив чьё-либо наблюдение вне территории факультета, он предпочитал или проводить время в библиотеке, или, в столь позднее время, лишний раз с полчаса прогуляться по самым дальним и безлюдным закоулкам замка, будто в поисках укромного места для какого-нибудь омерзительного и очень тёмного обряда…
Хотя сразу трое его сопровождали впервые. Забавно было бы узнать, что они сами думают о происходящем. Насколько Арчибальд мог судить, Уизли просто и прямолинейно двигался за ним, уверившись в огромных возможностях своего артефакта и не думая о звуке шагов или о том, что он время от времени задевает в полумраке очередную статую или спотыкается на какой-нибудь ступеньке. Эмбер перемещалась куда тише и аккуратнее, вероятно, используя какие-то ночные чары или зелье, и при этом сама не могла не заметить его. Скитер, скорее всего, видела обоих, а сама держалась на удалении, наверняка будучи уверенной в своей полной незаметности.