Арчибальд был уже достаточно раздражен, чтобы в следующем зале с низким потолком, как только увидел довольно высокого азиата в неуместном здесь дорогом чёрно-золотом халате и старомодной квадратной шапке, сразу отдать ртути приказ на атаку, а не тратить время на разговоры и дуэльный церемониал. Плети жидкого металла ударили вперёд, легко разрезав пару древних конторских столов на пути, однако расстояние оказалось слишком велико — волшебник бодро отскочил к дальней стене, оказавшись вне зоны поражения. Он даже успел выкрикнуть какую-то арию и взмахнуть зажатым в правой руке прямым мечом, украшенным золотом и причудливыми узорами на клинке — результатом стал туманный барьер, разделивший комнату надвое.
— Депульсо, — маг указал палочкой на куски изрубленных столов, простым заклинанием швырнув их вперёд. Во все стороны разлетелись обрывки бумаги и деревянная труха, однако сами обломки завязли в барьере, словно в болоте. Несколько из них почти тут же вспыхнули, приняв на себя неизвестное заклинание китайца, но Кайнетт не придал этому значения. Сделав несколько шагов к самой границе барьера, он отдал команду: — Scalp.
Хлыст ртути ударил вниз, прорезал бетонный пол и затем взметнулся вверх, разрубив волшебнику ногу. Тот вскрикнул и потерял равновесие, взмахнул руками, отправив очередное заклинание в потолок — там протянулись три глубоких борозды, словно вытравленные кислотой. Расстояние до противника теперь было меньше семи шагов, потому Кайнетт отдал ещё одну команду, и два ртутных лезвия ударили из пола, проткнув упавшего китайца насквозь. Разрубить было бы надёжнее, но он хотел сохранить в целости мистический знак противника для дальнейшего изучения.
Убедившись, что волшебник мёртв, и дождавшись пока растает барьер, маг потушил тлеющие куски дерева, а затем направился к телу, стараясь обходить оставленные в бетоне разрезы. Самым нелепым сейчас было бы провалиться сквозь поврежденный пол и свернуть себе шею.
«Босс, тут кое-что странное», — мысленно произнёс Лливелин.
«Странное?» — уточнил маг, даже в мыслях сумев продемонстрировать недовольный тон. На его взгляд, за несколько лет ученик ко многому уже должен был давно привыкнуть.
«Да, реально странное. С обычными бойцами я разобрался, этаж чист, но последний противник — тут тебе лучше самому на него взглянуть», — попытался сквиб передать свою уверенность, но без особого успеха.
«Очень надеюсь, что это того стоит», — ответил Арчибальд, бросив взгляд на отлетевший в угол ритуальный меч. Что ж, собрать трофеи можно будет и чуть позже.
— Как минимум, ты оказался прав, это — нечто странное, — согласился Кайнетт, медленно спускаясь по лестнице в подвал. Ртуть он уже вернул на место, так что сейчас ограничился лишь волшебной палочкой в правой руке. Левая висела неподвижно, такая нагрузка на цепи каждый раз надолго вызывала почти полное онемение.
Лливелин стоял, держа в руках своё ружьё, а в углу на заваленном мусором полу сидел ребёнок лет семи на вид. Длинные чёрные волосы опускались до пояса и заодно скрывали его лицо, а одежда представляла собой серые от пыли лохмотья, но сильнее всего притягивали взгляд тяжелые грубые кандалы, сковывающие руки и ноги, цепь от них тянулась выше, к ошейнику, и дальше к вбитому в стену крюку.
— Это ведь не человек, верно? — уточнил сквиб, кивнув на прикованного пленника.
— Нет, не человек, — подтвердил маг, тщательно изучая это существо и его оковы. Пожалуй, цепи даже занимали его внимание больше. — Дух, какое-то из существ Гайи вроде боггартов и полтергейстов. Я бы даже сказал, — добавил он, вспоминая местные бестиарии, — дух-хранитель. Хранитель, которого силой вынудили защищать этот склад, словно родной дом. Думаю, это он заставлял нас считать, что место необитаемо, скрывая его «хозяев» от взгляда чужаков. Изобретательно, не стану спорить. Но я сомневаюсь, что даже преступники стали бы доверять тому китайцу, который держит Зао Джуна или Зао Шеня на цепи, это граничит для них со святотатством.