Созданный простыми чарами бледный шар над головой освещал длинные деревянные полки, книги с верхних приходилось снимать при помощи «Акцио» — роста пока ещё не хватало. Разумеется, маг не брал всё подряд — прочесть каждый том здесь не хватило бы времени, да и с немалой частью содержимого старых шкафов он уже и так знаком. Вся библиотека не была забитой до краёв запрещенными книгами по тёмным искусствам, вопреки некоторым слухам о Блэках и их поместье. Арчибальд даже предположил бы, что примерно половину этих книг он без проблем отыскал бы в Лондонской Библиотеке — античные и средневековые труды, работы Аристотеля и Платона, Фибоначчи и Оккама, многие из них даже не касались магии, а были посвящены философии, математике, натурфилософии, истории и литературе. Из оставшихся две трети можно отыскать в Хогвартсе, даже не заходя в запретную секцию, в общих каталогах библиотеки и среди завалов гостиной Рейвенкло. И только процентов пятнадцать приходилось на устаревшие, малоизвестные, непопулярные и, в самом деле, запрещенные или особенно редкие экземпляры, с которыми ещё предстоит долго разбираться.
Оставшихся до конца каникул двух недель на это, разумеется, никак не хватит, даже если бы у Кайнетта больше не оставалось иных дел и обязательств. Однако требовалось с чего-то начинать. Выбрать пару направлений, которыми стоит заняться в первую очередь, раз уж появились новые возможности, наметить первоначальный план работ. К тому же пока следовало делать упор на практике, оставив чисто академические исследования до более подходящего момента. Если такой вообще настанет.
Со стопкой из полудюжины книг маг вернулся к единственному ярко освещенному месту в тихом зале — массивному столу со старинной на вид лампой. Магическое пламя под стеклянным колпаком не дрожало и не давало дыма, но выглядело почти как настоящее. Аккуратно положив тома на край стола, Кайнетт погасил призванный источник света и коротко глянул в высокое окно — луна успела подняться высоко, вероятно, уже около двух часов ночи, однако у него ещё достаточно работы, выспаться можно будет и позже.
В этот момент двустворчатые двери почти беззвучно открылись, пропуская внутрь Грейнджер с волшебной палочкой в руке. Её джинсы и футболка откровенно не вписывались в общую атмосферу особняка, к тому же резко контрастируя с ножнами на поясе, но в библиотеке не было портретов, которые начали бы возмущаться вопиющим падением нравов современных ведьм вообще и грязнокровок в частности. Тусклый источник света был привязан к мистическому знаку, кроме того она левитировала перед собой поднос с тремя чашками. Увидев Мерфи, Грейнджер произнесла даже без вопросительной интонации:
— А ты ложиться даже и не собирался, Джеймс. Что ж, тогда составлю тебе компанию, — она направилась к нему, жестом направив поднос в сторону стола. — Луна уже ушла?
Прежде чем занять место за столом, маг просто кивнул на диван у стены, где уснула Лавгуд. Она успела снять туфли и подложить под голову высокую остроконечную шляпу, какую даже у ведьм редко увидишь в обычные дни, а также укрылась сверху длинной чёрной мантией. Лавгуд в доме Блэков находилась не только для компании, но и в качестве нештатного корреспондента для журнала отца — всё же такое событие, как восстановление наследника в правах и возвращение ему фамильной резиденции, случается нечасто, все подробности лучше узнать из первых рук. Однако даже запасы энергии и энтузиазма молодой ведьмы, успевшей излазить весь особняк от чердака до подвала, оказались не безграничны.
— Ясно. Я всё равно хотела кое-что обсудить именно с тобой, раз уж только нам не спится, — произнесла Грейнджер, опускаясь в кресло напротив.
— Что именно? — уточнил Кайнетт, взяв с подноса чашку с кофе.
— Это насчёт нашего разговора год назад, в мой день рождения, — сказала она, почти таким же жестом забирая с подноса свой чай. Предназначенная для Луны чашка с шоколадом так и осталась нетронутой. — Помнишь, про специализацию и разные направления в магии? Тогда быстро стало не до того, с этим турниром… и всем прочим. Я бы сказала, и сейчас немного не до того, но ведь в этот год мне уже нужно будет выбирать экзамены, потом два года — углубленное изучение нескольких предметов вместо общего курса для всех. Времени практически нет…
— А ты ещё не определилась, — закончил за неё маг. — Странно это слышать, ты сама так не считаешь?
— Знаю, знаю, «лучшая ведьма на курсе», — отмахнулась Грейнджер. — И она не может решить, чем хочет заниматься. Но это и правда так. Ирвин — большой любитель чар, Юфемия давно обогнала весь свой курс по зельям, Луна в восторге с первого же урока Ухода за магическими существами и может сама читать нам лекции по истории магии вместо и лучше Бинса… У тебя — семейные дела с духами и алхимией, — она указала на стопку книг на столе. — А я с первого года просто хваталась за всё сразу, не выбрав для себя что-то одно, потом и на третьем курсе взяла все занятия, пока Трелони не вывела меня окончательно своими бреднями. Ну, а теперь… посмотри, во что я в итоге превратилась? — она указала на себя свободной рукой.