— Прошу прощения, сэр? — медленно произнёс Кайнетт. Ему, словно неразумному ребёнку хотят запретить покидать школу? Как Поттеру два года назад.
— Очевидно, что вам угрожает опасность, пока Беллатрикс на свободе. Даже больше, чем остальным магглорождённым и полукровкам. Потому нам приходится принимать разумные меры предосторожности. Эта — самая минимальная из них.
— Мне понятно, профессор, — ответил маг, пытаясь скрыть раздражение. Да, это звучало разумно. Но менее унизительным от этого данное ограничение не становилось.
— Да, и ещё, что касается дуэлей. Поскольку Биттерси и Кэрроу здесь, не стоит давать им поводов для каких-то обвинений. Уже решено, что по результатам происшествия у Кингс-Кросс пройдет заседание Визенгамота, думаю, в октябре или в начале ноября. Вам придётся там присутствовать как свидетелям. Не стоит самим преподносить нашим оппонентам лишних аргументов в этом процессе, поводов для неудобных вопросов и к тебе, и к остальным. Хотя бы пару месяцев не привлекайте лишнего внимания, пока всё не разрешится.
— Я вас понял, профессор, — медленно произнёс Кайнетт. Он действительно не ожидал этого услышать. Однако из ситуации следовало извлечь хотя бы минимальную выгоду. — Однако, если вы считаете, что мне рано пока изучать атакующие заклинания, хотя бы с защитными и маскирующими вы при случае сможете мне помочь? Чтобы у меня было больше шансов не вступать в бой или хотя бы сразу отступить, и по возможности целым и невредимым.
— Думаю, это возможно, — медленно кивнув, произнёс Аластор. Он тоже понимал подтекст — примерное поведение в обмен на советы, и скорее всего далекие от обычного школьного курса. — Во всяком случае, можешь обращаться с вопросами и вне клуба, в свободное время, с этим я постараюсь помочь.
— Благодарю. Я рад, что могу рассчитывать на вашу поддержку в столь непростой ситуации.
***
— А это небольшой дар от меня, уже как для коллеги и нашего лидера, — произнёс Кайнетт с самым серьёзным видом, протягивая аккуратный пакет.
— Джеймс, ты бы ещё на одно колено встал… — смутившись, произнесла Грейнджер, однако подарок приняла, слегка удивившись весу свертка. — К чему этот пафосный тон? Мне это как раз меньше всего нужно.
Даже решив отметить в школе свой день рождения, ведьма постаралась не превращать это в официальное мероприятие для клуба. По её словам, «не захотела превращаться в африканского диктатора с ковром из орденов, который требует его славить на государственном уровне». И хотя собрались после ужина в выделенном им классе, никаких приглашений или внеочередного собрания клуба не было — пришли лишь те, кто знал о дате, и кто сам захотел прийти. Меньше десятка человек — всё-таки на своём факультете у неё не было подруг, да и достаточно близких знакомых немного, не считая двух приятелей.
— Я считаю, что формальности стоит соблюдать, — ответил маг, — их придумали не просто так. Не только для того, чтобы занять время.
— В любом случае, это не так уж важно, — она покачала головой, не желая продолжать тему. Затем аккуратно развернула бумагу, посмотрела на причудливо изогнутую фигуру из блестящего металла, украшенную гравировкой, и с удивлением поинтересовалась: — Спасибо, но что это вообще?
— Новый эфес для шпаги, — пояснил он. — Предыдущий всё-таки пришлось делать практически на ходу, без изысков и из того, что было под рукой. Давно стоило заменить его чем-нибудь более подходящим.
— Поня-ятно, — протянула Грейнджер с заметным сомнением. — Что ж, надеюсь, позже ты поможешь мне его заменить? Вот и прекрасно.
Кивнув ей, Кайнетт отошел ближе к окну. Его место занял Галахад, что стало для всех неожиданностью. Смущаясь и заметно нервничая, он подарил ведьме книгу, при этом неловким движением указав на Клэр и пояснив: «Это в благодарность за то, что вы терпите её здесь, несмотря ни на что». На что последовал громкий, хотя и несколько наигранный крик возмущения от Эгберт (точнее, теперь уже Крауч).
Однако просто постоять одному и подумать о своём магу не дали сразу несколько однокурсников.
— Привет, Джеймс, а ты всё в заботах? — поприветствовала его Сансет, подходя ближе вместе с Риверсом и Керри. — Наверное, помимо алхимии, ты-то себе вообще все двенадцать предметов набрал?
— Одиннадцать, — поправил её Кайнетт. — При всём желании я так и не смог найти ничего рационального в прорицании, во всяком случае, в той форме, как его нам преподают здесь. Все предметы у нас из класса взял только Росс.
— А у нас только Майкл, — поделился Риверс. — Хотя тех, кто хочет собрать себе полный СОВятник каждый год совсем немного. Как по мне, трёх дополнительных предметов и так вполне хватает.