— А я уж думал, ты просто не хотела хоть раз чему-то учиться у меня, а не наоборот, — заметил тот, но явно не всерьёз.
— А ещё этот курс занимает три месяца, а у нас будет всего пара недель до конца каникул, причём послезавтра придётся сделать перерыв на несколько дней, — извиняющимся тоном предупредил Люпин, делая несколько шагов по сырому снегу. Поместье Блэков, разумеется, было защищено от аппарации, однако барьер можно было снимать на время и в определенной области, что Сириус перед своим отбытием и проделал. Так что эта часть заброшенного сада сегодня будет площадкой для обучения и демонстрации.
— Как и всегда, длительность школьного курса рассчитана по уровню последнего лентяя, который должен его освоить, — пренебрежительно заметил Кайнетт.
— Возможно во многих случаях это и в самом деле так, — Римус не стал спорить. — Однако за пятую часть положенного времени очень хорошо, если вы только освоите базовые правила. Но я понимаю, что лучше весьма зыбкий шанс, чем вообще никакого. Гермиона, твоя подруга точно не хочет попробовать вместе с нами?
— Я предлагала, но Карин отказалась. Слишком большая нагрузка, она уверена, что сейчас не справится. Может, через год.
— А Рон ухитрился проболтаться дома, и потом миссис Уизли заявила что-то вроде «только через мой труп», и в общем не видать ему никаких уроков, — добавил Поттер. — Ему же ещё только пятнадцать, она решила, что это слишком рано.
— Ясно. Во многом Молли права, как я думаю. Как бы буднично аппарация ни воспринималась, она всё равно опасна, особенно в процессе обучения. Без полной уверенности или, если можно так сказать, из-под палки, за неё лучше не браться. А вот у вас особого выбора нет, к сожалению. А значит, давайте приступим, — Люпин извлек волшебную палочку и подвесил рядом с собой зеленоватый шар света, ещё один появился в трёх десятках футов от них, выделяясь ярким пятном в зимних сумерках. — Начнём с примера. Гарри, ты можешь переместиться вон туда и потом обратно?
— Да, это я могу, — уверенно ответил пятикурсник.
Он сосредоточенно посмотрел на ориентир, будто о чем-то задумавшись… А потом силуэт волшебника будто сжался в одну точку и тут же возник вновь в нужном месте, почти синхронно донёсся сдвоенный хлопок воздуха, мгновенно расширившегося в одном месте и заполнившего возникшую пустоту в другом, вверх взлетели тяжелые хлопья снега и капли воды. Поттер обернулся к остальным, помахал рукой, и затем повторил те же действия в обратном порядке, чтобы вернуться на место.
По оценке Кайнетта, на один прыжок мальчишке требовалось пять-шесть секунд, что в бою — непозволительно долго. Однако другие волшебники, с которыми ему доводилось сталкиваться, делали это быстрее. Тот же Трэверс, например, или Лестрейдж. Три секунды на подготовку, потом самое большее секунда — на само пространственное перемещение, плюс время, необходимое, чтобы сориентироваться в точке выхода, прежде чем аппарировать ещё раз. Любая мистерия имеет свои недостатки, и нет ничего удивительного, что они найдутся и у данного способа передвижения.
— Для твоего возраста — вполне неплохо, даже замечательно, почти без отклонений от цели, — похвалил его Римус. — А теперь Гарри, объясни остальным, как именно ты это сделал. Желательно, в деталях.
— В общем… — мальчишка явно не был готов к этому вопросу и потому растерялся. Поправив очки, он огляделся по сторонам, словно ища подсказки, и затем заговорил: — Как и почти все приёмы, что мне от… ну знаете от кого достались, это всё получается как-то само собой. Он много аппарировал за то время, так что я успел запомнить это чувство и все ощущения и действия. В общем, сперва нужно нацелиться на нужное место — тут, в дюжине шагов, это нетрудно было. Потом я представляю себе прямую линию между двумя точками и… и вжух! И вот я уже там, — он взмахнул руками, когда не хватило слов, чтобы описать необходимое действие.
— «Вжух и ты там»? — с той же интонацией повторила за ним Грейнджер, недоверчиво разглядывая приятеля.
— Крайне информативное и доходчивое описание алгоритма действий, — съязвил маг, тоже внимательно глядя на него.
— Я бы сказал, что на самом деле Гарри не столь уж далёк от истины, — вступился за него Люпин. — Это очень хорошее описание, как ни странно. Аппарация — она не похожа на обычные чары. Как и анимагия, например. Очень сложно объяснить другому человеку процесс превращения в собаку или в оленя, но и Бродяга, и твой отец, Гарри, уверяли меня, что для них это — нечто само собой разумеющееся, стоит только привыкнуть. Как и превращение для меня, если я попытаюсь сделать это осознанно, а не ждать полной луны, — признал Люпин. Ни для кого из присутствующих его природа уже не была секретом. — Потому и подход к аппарации отличается от всего, чему учат Флитвик или МакГонагалл. Нет жестов, нет слов заклинания, нет необходимости представлять себе результат, даже палочка и то не требуется. Всё работает по другим правилам, — волшебник начал по одному отгибать пальцы. — Первое, то, что Гарри назвал «нацелиться на нужное место». Как ещё называют этот принцип, «вижу цель, не вижу препятствий». Нужно увидеть место перемещения, а если оно вне зоны видимости — как можно подробнее вспомнить его. При этом нужно также представить себе расстояние до точки назначения и направление на неё, но не само перемещение. Поэтому легче всего переместиться туда, где ты уже бывал раньше, а лучше — если хорошо знаешь это место. Сложнее всего, когда тебя перекидывает порталом или через камин неизвестно куда, и ты пытаешься по указателю, по звездам и по мху на деревьях определить, куда же занесло, в какой стороне север, и куда удастся оттуда прыгнуть без риска промахнуться на десяток миль и оказаться в каком-нибудь болоте или посреди шоссе. Говорят, это ещё одна причина, зачем у нас в школе вообще преподают астрономию. Чем больше расстояние, чем хуже представляешь себе место и путь до него, тем выше будет погрешность.