Потому оставалось решить проблему самостоятельно и без привлечения властей. Но для этого им сейчас сил может и не хватить. Требовалась помощь, и вот с этим было сложнее всего. Кандидатуры имелись, но все они мага не устраивали. Аластор или старший Крауч мало чем отличаются в данном случае от директора, хотя они оба искренне желают увидеть Реддла мёртвым окончательно. Тонкс — аврор, даже если она целиком будет на их стороне, нельзя исключать внутренние проверки на лояльность, особенно сейчас, при расширении корпуса. Бывшие товарищи Люпина и Блэка по Ордену даже не рассматриваются, да и осталось их к нынешнему времени совсем немного.
Кайнетт посмотрел поверх тетради на ведьм. Закрыв глаза, Эмбер держала кристалл слюды перед собой и что-то беззвучно говорила, должно быть, настраиваясь на нужное действие. По крайней мере она не поступила как многие новички — не влила сходу как можно больше силы, от чего камень неизбежно растрескался бы, а то и взорвался в руках. С другой стороны, Крауч прислонила свой посох к столу и теперь изучала слюду, направив на неё волшебную палочку. Время от времени она делала на пробу жест, то ли пытаясь вспомнить какое-то заклинание, то ли собираясь создать нужный эффект самостоятельно. Однако арию пока ни разу не произнесла.
Маг слегка покачал головой и отвернулся. Список заинтересованных взрослых быстро подошел к концу, потому логично возникла мысль привлечь к делу детей. Его собственные ученицы были бы логичным выбором, однако обе пока ещё слишком неопытны, даже если имеют хороший потенциал. Они мало что видели, помимо учебных дуэлей и стычек в школьных коридорах. И в случае любой непредвиденной ситуации станут помехой, а не опорой. В родном мире в аналогичной ситуации он бы без колебаний приказал им пойти — в четырнадцать лет маг из старой семьи, даже без герба, представляет достаточную опасность и уже обладает подходящим количеством знаний, чтобы помочь хотя бы на вторых ролях. Здесь они пока ещё дети, даже если пытаются казаться перед ним взрослыми. Сейчас бросить их в бой, значит растратить ценный потенциал практически впустую, а это слишком расточительно. В этом мире у него пока не так много учеников, приходится беречь каждого до поры, пока они не смогут позаботиться о себе сами.
То же самое касается почти всех из клуба, включая Лавгуд и Тейлор: есть способности, есть знания, но слишком мало опыта, нужен ещё хотя бы год или два… Исключения — Грейнджер и Поттер. У обоих есть мощная мотивация, оба уже сталкивались с Реддлом лично, оба имеют достаточно большой резерв, чтобы просто поддержать более опытных волшебников при прорыве защиты.
Если выбирать из двоих, Кайнетт предпочел бы ведьму. Он сам обучал её, знал, на что она способна и что можно ей доверить. К тому же у неё достаточно собственных тайн, и потому не возникнет желания раскрыть пару чужих секретов, которые она может узнать в процессе. С другой стороны, мальчишка владеет множеством редких заклинаний, а также невербальной магией, да и что-то из личных разработок Реддла там внутри вполне может пригодиться, однако способности Поттера нестабильны, во многом он рассчитывает на интуицию, а не на знание и отработанный навык. Полагаться на него может быть не слишком здравой идеей.
В любом случае, на принятие решения осталось чуть больше недели — эти выходные слишком близко к полнолунию, а вот на следующие можно будет выступать. Безопаснее было бы дождаться каникул в апреле, однако за два месяца слишком многое может произойти, и потому придётся рискнуть сейчас.
— Предлагаю на сегодня закончить, — произнёс маг, закрыв тетрадь. — Это останется вам на самостоятельное изучение. Крауч, тебе стоит лучше освоить теорию и имеющиеся огненные заклинания, если ты хочешь добиться нужного эффекта сама, а не использовать готовое решение. Одной интуиции и желания тут не хватит — нужен точный расчёт. Мне кажется, за два года ты уже должна была понять, что создание заклинаний — достаточно кропотливый труд, а не гениальные вспышки озарения.
— Значит, ты специально дал мне такое задание? — уточнила Клэр, оценивающе посмотрев на него.
— Ты же просила больше внимания.
— А ты злопамятный, Джеймс.